Чтение онлайн

Согласно исследованию Льва Николаевича Гумилёва, пассионарные толчки наблюдаются в среднем два-три раза за тысячелетие. Подобный параметр является характеристикой прежних времён.

Он необязательно может сохранить своё значение в будущем. Да и в далёком прошлом, видимо, он был иным.

Переход из одной фазы этногенеза в другую его фазу представляет собой точку фазового перехода. Она характеризуется резким изменением процентного соотношения пассионариев, субпассионариев и гармоничников, и потому внешне проявляется в ощутимой модификации прежней поведенческой доминанты.

Зачастую именно в такие критические моменты, нормальное течение этногенеза может быть прервано. Под воздействием сильных обстоятельств в таких ситуациях этнос испытывает «смещение» по шкале этногенеза с нарушением его нормального течения и перескоком этноса через последовательно идущие фазы этногенеза.

Если оно происходит вперёд, то народ оказывается в стагнации той или иной степени интенсивности. Смещение же назад придаёт ему новые силы.

Однако, если происходит возврат к формам этнической молодости, общий срок этногенеза не меняется. Рассеивания пассионарный толчок, второй закон термодинамики жёстко фиксирует продолжительность жизни этноса.

Видимо, наиболее хрестоматийным примером является случай этнического омоложения хуннов во время их исхода из Монголии во II в. под давлением сяньбийцев или древних монголов. Оставив в восточной части Великой Степи свой балласт преследующим их противникам, уцелевшие хунны в южноуральских степях превратились в гуннов, затем сказавших своё веское слово в европейской истории.

Впрочем, вследствие вероятностного характера Мироздания, смещение в состоянии осуществится в любой момент времени. При подобном стечении обстоятельств уцелевшие пассионарии, если им ничего другого не останется и покажется приемлемым, пусть иногда и не со всех точек зрения, могут включиться в этногенез иных народов.

Если принявшие их народы до того окажутся полностью или в значительной мере растерявшие свою собственную пассионарность, то они дадут им свежие силы и новую жизнь. Но, общий срок действия некогда полученного заряда пассионарности при всех таких и любых аналогичных им метаморфозах не увеличится и не уменьшится.

Необходимо отметить, что конец этногенеза вовсе не обязательно означает конец составляющих его людей. Нередко составляющие они, конечно же, исчезают вместе с объединяющим их этносом, но так случается далеко не всегда.

Гораздо чаще, участвующие бывшие участники закончившегося этногенеза оказываются вовлечёнными в процесс этногенеза другого этноса как его составная часть. Но, даже сохранив полную самостоятельность в рамках ксении, народ, утративший прежнюю пассионарность, теряет любые надежды на доминирующие роли в новом процессе этногенеза до тех пор, пока не захватит новую долю пассионарности от своих более активных соседей через совместные браки.

В результате, обычно, за исключением самых драматических ситуаций, члены этноса, прошедшего все стадии своего этногенеза, становятся рабочим материалом для иных этногенезов. Они могут оказаться, как их собственными, обновляющими этнос и выводящими его из состояния гомеостаза, так и импортированными.

Необходимо отметить, что новый пассионарный толчок может захватить этнос, ещё не прошедший свой предыдущий этногенез. Здесь потенциалы двух информационных импульсов накладываются друг на друга, что придаёт этносу не только второе дыхание, но и обновление с учётом всех имеющихся обстоятельств.

Подъём. Начало пассионарного толчка характеризуется резким ростом жизнедеятельности и появлением воли у прежде пассивного и слабого народа. Сопровождающее его резкое увеличение пассионарного напряжения в этническом организме определяется Львом Николаевичем Гумилёвым как «фаза пассионарного подъёма» или просто «фаза подъёма».

Она характеризуется постоянным и последовательным повышением уровней пассионарного напряжения. Нет никаких сомнений в том, что в базисной схеме развития ей сопоставляется энергетический рост.

Уровень пассионарного напряжения быстро поднимается от прежнего уровня пассионарности, обычно приспособленного к биоценозу ареала обитания гармоничника, до высших степеней пассионарного напряжения – стремлений к идеалу знания, успеха, победы, а зачастую и жертвенности. И тогда захваченные общей тенденцией обновления люди, даже желая адекватной оценки своих заслуг, подчиняются только тем, кого считают того достойным.

По мере увеличения пассионарного напряжения этнос наливается энергией и жаждой деятельности, ломающей многие старые перегородки и преграды на пути его развития. Для него наступает утро новой истории, когда от вешнего ветра перемен начинает таять снег уныния прошедшей зимы неудач, а людей начинают манить романтические дали, и жить им, в отличие от серых времён недавнего прошлого с его апатией, становится легко и радостно.

Направленная на поиск выхода из тупика, куда загнала людей их прежняя апатия и отсуствие у них предприимчивости, энергия кипящих страстей постепенно вырывается наружу. Она широко разливает по окрестностям половодье новой традиции, нередко заменяющей прежне царивший произвол и эгоизм.

Ожигая своей внутренней динамикой, этнос в фазе подъёма этнос в фазе подъёма, охотно идёт на включение в свою структуру осколков им иных народов. Здесь присущая гибкость и лабильность расширяющегося этноса нередко позволяет направить бушующую энергию вне этнической системы, поддерживая внутри неё мир.

Дело в том, что в такие времена благо командиров хватает. Вдобавок, включения, пусть и временно, но уменьшают постоянно растущие трения между умножающимися пассионариями и способствуют сохранению единства системы.

В иные фазы этногенеза подобное включение куда менее вероятно. Но, в такую эпоху ликования, видя, как быстро рушатся прежде казавшиеся непреодолимые преграды на путях развития, этнос идёт, в случае нахождения ими своей адекватной ниши, на включение даже целых иных народов, не вмешиваясь в их внутренние дела.

Разумеется, происходящее вследствие таких шагов разбухание этноса не может не приводить к падению в нём доли пассионариев. И, быстро достигнув некоторых значений, после того она начинает постоянно падать.

Экспансии этноса, и такое неудивительно с точки зрения древнеарийской философии, обычно имеет успех только в тех случаях, когда подвергаемые колонизации новые территории либо имеют сходство с той, где сложился данный этнос, либо могут быть органически использованы им в целях своего воспроизводства. Игнорирование или нарушение сформулированного принципа практически всегда приводит к возникновению на базе нескольких этносов этнических химер.

Вплотную занятый своими текущими делами, нарождающийся народ почти не имеет времени для обустройства своего быта и создания своей собственной оригинальной культуры. Как следствие, эпоху подъёма широко присущи культурные заимствования, позволяющие, пусть нередко, и не совсем эффективно, и только на первый взгляд решать встающие перед этносом задачи своей жизни.