Чтение онлайн

— М-м-м… Да я сама на машине… — кокетливо отвечаю, на что он одобрительно кивает.

— Круто. Очень даже…

— Благодарю…

Так вот что значит быть классной и своей для мальчиков… Можно подумать ты не знала. Как часто ты рядом с Хорольским чувствовала себя мальчишкой. Да постоянно… Порой и не верилось, что мы отличаемся. Зато сейчас это прекрасно чувствуется. Он вырос настоящим кобелем…

Аж смотреть тошно, будто током бьёт.

— Вам, походу, туда… — указывает мне на группу отдаляющихся одногруппников.

— А ты на кого?

— Логистика… Мы все, — указывает он на эту шайку лейку, и я понимаю, что Серёжа тоже там. И, видимо, они знакомы. — Ну, до встречи тогда, красавица… — прощается с ухмылочкой и уходит, а я бегу за остальными, предварительно бросив последний предупредительный в Хорольского. Это так… Пусть немного между лопатками заколет. Пусть у него в горле пересохнет и дурно станет. А я пойду по делам такая важная. Нарочно придаю походке уверенности и сексуальности, раскачивая бёдра, будто в последний раз на подиуме. Пусть пялятся. Слышу свист позади и улыбаюсь…

Уже там расспрашиваю девчонок и узнаю название клуба. Придётся писать маме, потому что папа сразу скажет «нет» скорее всего…

«Мам, в клуб надо отпросить сегодня. Со всеми».

«Вот те раз. Как первый день, малыш?».

«Пока нечего сказать. Но один козлина делает вид, что меня не знает».

«Не обращай внимания, Соф… У него сложный период».

«Какой ещё период?! Это у меня он сложный!!!», — пишу разгневанно. — «Так ты отпросишь?».

«Да».

«Класс. Спасибо, мамуля».

Болтаем с девочками, записываем расписание. У нас так мало мальчишек в группе, да и те, кто есть, мне совсем не нравятся. Но больше всего меня бесят разговоры девочек.

— Ну он самый классный, да…

— Да, мне кажется, вообще офигенный…

Угадайте про кого это? Как же бесит… Нашли на кого слюни свои распускать.

— Ну не знаю, мне Марк больше понравился, — тут же огрызаюсь, и они переглядываются.

— Ну да, Марк классный.

— Да, он супер…

Господи… Капец какой-то. Куда я попала, а?! Почему они все друг другу поддакивают, блин?! Своего мнения вообще нет?

Кто-то планирует гулять прямо сейчас. А лично я хочу переодеться. Тем более, что сегодня пар нет. Только мимолётное знакомство с университетом и друг с другом. И если честно, я в полной раздрае… Как так можно?! Столько лет дружить… Столько лет общаться и вдруг…

Сделать вид, что вообще не знакомы… Какой же козёл! Был бы тут папа сейчас, он бы ему устроил!

— Ладно, девчонки, я прямо туда подъеду…

— Точно?! Ты уверена? А так бы погуляли…

— Нет, мне переодеться хочется и вообще…

— Ну, смотри сама…

— Ага, чмоки-чмоки, — начинаю уходить оттуда и параллельно осматриваюсь. Парней уже нет, слава Богу… Ещё один взгляд Хорольского подобен разряду электрического тока прямо в сердце… А мне и так достаточно. Кое-как увернулась.

Однако, когда я спускаюсь с крыльца и подхожу к своей машине, неподалеку звучит сигналка другой. Ещё бы… Кто бы сомневался, что родители купят ему мустанг. Он же мечтал о нём чуть ли не с первого класса.

Закатив глаза, вижу, как он и ещё пара его новых друзей усаживаются в него, гогоча на всю улицу, и уезжают… А у меня внутри разрастается настоящий пожар. Нет, кострище! Я не понимаю, почему до сих пор вот так на него реагирую. С большой вероятностью, если бы он поздоровался, мы бы просто начали нормально общаться, как ни в чём не бывало… Хотя… Кого я обманываю. Я бы накинулась на него с кулаками. Почему он бросил меня, когда был мне так нужен! Почему просто исчез! Скотина такая… Не зря мама говорит, что ему есть в кого таким быть… Значит, она знает… Ууууух… Гены точно ничем не сотрёшь… Как говорится, кровь — не говно.

В таком настроении еду домой. Знаю, что сейчас там буду одна, но… Мне надо выдохнуть. Послушать музыку, потанцевать, подурить… Настроиться! И ещё сто раз подумать, стоит ли ехать туда, чтобы видеть его рожу. Я же уверена он там будет. Ну, как он пропустит. Ещё так посмотрел на нас с Марком, словно я для него пустое место. Бесчувственный, холодный, жёсткий. Как чёртова стена! И когда успел таким стать!? Я помню его другим…

Помню его неспособным глаз от меня отвести! Потому что мы и дня не могли протянуть друг без друга. А сейчас… Дико бешусь. Просто ужасно. Особенно, потому что все девчонки по нему сохнут. Словно он там самый-самый! Нашёлся мне пуп земли! Я же его как клопа раздавлю!

Сжимая руль, думаю о том, как мои руки смыкаются на шее бывшего лучшего друга… И душат его. Вот что это такое вообще, а?! Где гуманизм, София?!

Ещё и вырос таким конём. Вообще не понимаю, как и когда это случилось.

Мы всегда примерно одного роста были… Ну, не одного, но близко. А тут… Дылда какой-то перекаченный. Наверняка сидит на каких-то препаратах и качается. Придурок, блин, бесячий. Раздражает. Ещё и весь в татушках… Нет, татушки мне нравятся… Но папа говорит, что нужно думать, прежде чем их делать… Мол на всю жизнь. У мамы нет… И я пока тоже не настроена на них.

Доезжаю, слава Богу, без эксцессов, но настроение оставляет желать лучшего. И даже «бриллианты» не спасают ситуацию. Эмоционально я где-то на пике. Точно расскажу всё папе…

Включаю музыку, как планировала и иду устраивать себе показ мод. Если сейчас что-то и способно меня успокоить, то только это. Одежды у меня очень много. Платьев и подавно. Это любимая часть моего гардероба… Раньше до девятого класса это были джинсы, растянутые футболки и прочее…

А потом я хотела всем нравиться.

Скорее всего, потому что боялась, что меня снова бросят. А значит, он повлиял на мою психику. И он не заслуживает прощения. По-хорошему бы объявить Хорольскому войну. Но проблема в том, что я не уверена, что его вообще это заденет. Кажется, будто он сильно изменился…

Но вдруг внутри есть тот прежний Серёжа… С которым мы даже в манеже вместе сидели. Господи…

«Пап… Ты меня любишь?», — пишу и отправляю с грустной мордашкой, и конечно папа тут же реагирует.

«Разбила машину?».

«Ахахаха. Нет».

«Что тогда? Если парень, то никаких ночёвок».

«Папа, блин!».

«Да что?!».

«Точно не любишь».

«Люблю, конечно, печенька. Что случилось, говори».

«Серёжа…».

«Что Серёжа? Что он тебе сделал?».

«Ничего… Прошёл мимо, будто не знает. Я поздоровалась, а он… Так посмотрел, как на грязь из-под ногтей».

«Он не заслуживает твоих слёз. Ни один человек не заслуживает. Вы же у меня королевы. Выше нос. Твоя мама никогда по мне не плакала».