Другая стороны
Шрифт:
Улыбчивая Эстель принесла кофе и круассаны, свежая газета прекрасно вошла в утреннее меню.
Что за загадочная улыбка? Она появляется каждый раз, как только я что-то натворю...
– Эстель? – Уставился на нее недоверчиво.
На круглом личике вопросительно вздернулись брови, при этом она старательно прибиралась на столе, напрасно пытаясь придать всю важность процессу.
– Я вчера опять вел себя... Хм... – ложно прокашлялся, – плохо?
– Нет, – не перестает улыбаться она, – все было... прилично… вполне.
Эстель продолжает раскладывать приборы, должно быть старик Руссо желает спуститься.
– А чего так улыбаешься тогда? Я опять с котом разговаривал или что?
Она что издевается? Знает ведь, что я ничего не помню.
Девушка громко рассмеялась.
– Нет, все хорошо, правда...
– Ну, хорошо, так хорошо... Луи, – укусил свежий круассан и махнул женщине, которая так вкусно печет, – Спасибо!
Еще раз взглянул на Эстель, сдержать улыбку ей удавалось с трудом, я прищурил игриво взгляд, который должен был намекнуть: “если она не скажет, то ей не поздоровится...”
Не вышло...
Машина Джерома просигналила. Обычно этот звук слышу, если прилично опаздываю. Да... Непунктуальность у меня от отца. Всю свою сознательную жизнь он жил в опозданиях: он опоздал на собственную свадьбу, на похороны матери, опаздывал на мои дни рождения, а на мой выпускной и вовсе не явился.
– Давай помогу, – обратился к Эстель, – девушка несет тяжелый поднос с какими-то кувшинами, которые они с Луизой вчера перемывали... Ага... Вот он и еще один вспомнившийся момент со вчерашнего вечера.
– Ставь сюда, дорогой...
– В кого твоя дочь влюблена? – Пользуясь моментом, поинтересовался у Луизы.
– Понятия не имею... – поморщилась она, – хотя есть один парень, работает в кафе в двух километрах отсюда. Но не думаю, что это серьёзно...
Еще один гудок от Джерома, еще более настырный.
– Мне пора, прости.
– Месье Руссо, сегодня заказ пришел на тысячу бутылок Шардоне.
– Так в чем проблема?
В кабинет вбегает Матиу, – хипишной мальчишка, хотя и поразительно ответственный.
– Но мы больше пятисот не выпустим сегодня...
– А в запасах у нас нет?
– Нет, Шардоне нет...
– Оставь мне номер телефона, я сам свяжусь с заказчиком...
Ай, угодники святые, не надо этой тишины, в ушах стоит звон какой-то.
А ассоциации с назойливым писком, только затянувшиеся истерики Софи.
Надо было разобраться с ней еще месяц назад. Именно тогда, когда у нас прекратился секс. Но не только в этом дело, ласкового слова от нее не дождёшься. В большинстве случаев я сыт одними словами, физическая близость не вызывает у меня зависимости. Вероятно, поэтому меня женщины и бросают... Ну что поделать, если любовь гаснет, какой смысл в половом контакте?
Надо подучиться у одного моего знакомого... Пусть расскажет, как заниматься сексом без любви.
Матиу принес горе-номер...
Ох, недаром я вспомнил про заокеанского друга. Номер американский и, созвонившись с заказчиком, еще больше поверил в судьбу...
Сиэтл...
– Натали, – соедините меня с Греем, пожалуйста.
Давно я ему не звонил. Это заметно по тому, как долго мой секретарь ищет номер Кристиана.
Не успев даже поздороваться, слышу, как мой хороший знакомый раздаёт приказы, хотя тон у него достаточно спокоен. Узнаю Грея...
“Я не могу видеть этого уже... Да, Алекс, новую презентацию... И не забываем про русских... Осталось не так много времени...”
– Руссо? Bonjour mon ami!
Мне приятно, что Кристиан всегда старается со мной говорить на моём родном языке.
– Здравствуй дорогой друг. Непослушные сотрудники?
– Ты же знаешь, я с этим справляюсь быстро.
Я расхохотался, прочувствовав тонкую иронию его слов.
– Как семья?
– Все хорошо. Спасибо. Как поживает старый Руссо, про Жана ему так и не сказали?
– Без изменений. Про отца – нет, не сказали. Думаю, не стоит... Кстати, я пару недель назад звонил Каррику, и Миа брала трубку... Родители были в отъезде...
– Ого, и что... Миа и разговоры – горючая смесь... – даже сквозь трубку я слышу, как Кристиан улыбается, он всегда меняется, если дело касается его семьи.
– Она обозвала своих братьев занудами, потому что никто не собирается, порадовать ее племянниками.
– Да, думаю, Каррик и Грейс уже свыклись с безбрачием своих детей.
– Ты еще не остепенился?
– Дорогой друг, я остепенился еще лет десять назад. И не собираюсь никого посвящать в тайны своей личной жизни, ты ведь знаешь...Тем более, что добрая половина города делают предположения о мой гомосексуальности.
Вот тут у меня и вовсе поднялось настроение.
– А ты? Как твоя невеста, Софи, кажется?
– Вчера мы расстались.
– Сожалею, а в чем причина?
– В неверности, друг.
– О-о-о, но я бы ей это так просто с рук не спустил.
– Ты ведь меня знаешь, Крис – «Насильно мил не будешь».
– Как раз еще как будешь! – Возмутился тот.
Да уж, мой друг предан навеки своим идеалам и жизненной позиции.
Кристиан гостил у нас семьёй лет пять назад. Тогда мы и виделись последний раз, даже периодические разговоры по телефону не заменят живого общения. Жан в то время только женился на Мари, но очередная мачеха не продержалась и года. Невезение с женщинами – это у нас семейное. Возможно, именно поэтому я хочу дочку – чтобы, наконец, прекратилась эта череда любовных неудач.
– Через пару месяцев навещу ваш деловой город – продолжил я, – Есть у меня идея одна... Но это уже при встрече...
На той стороне провода слышу женский голос, с которым начал беседу Грей.
– Хорошо, Андреа, я понял, – ответил Кристиан, перешедший на английский.
– Извини Эмиль, но у меня встреча с одной настырной студенткой.
– Студенткой?
Не думал, что Кристиан станет размениваться на интервью со студентками.
– Да, она уже месяц названивает секретарю со своим интервью для студенческой газеты... Хочу покончить с этим раз и навсегда...