Чтение онлайн

В этот момент Валери подняла голову и посмотрела ему в глаза.

— Я беременна, Хуан. Я беременна от Альмасана.

Он замер. Напрасно он расслабился. Хоть на секунду, но поверил в чудо. Чудес не произошло. Хуан закрыл глаза, чувствуя, что и сам готов разрыдаться. Потом встал, посадил Валери на софу и медленно подошел к окну.

Чудес не бывает. Валери не может достаться легко. За право владеть ею нужно не только продать ей душу, нужно окончательно убить в себе гордыню, связать в узел все, что было ценно до этого, отречься от всего – семьи, счастья, друзей, собственных ценностей, воспитанных с самых юных лет. Пройти этот путь до конца, и, возможно, получить ее, как награду. Только стоит ли награда жертв? За окном моросил дождь, и капли текли по прозрачному стеклу, как слезы. Альмасан нашел способ победить его. Даже умерев, он будет жить в ее сердце, а ребенок будет всегда напоминать ему, Хуану, о его бессилии что-либо изменить. Он может получить ее руку, ее тело, но он не может получить ее душу, даже продав взамен свою.

Оставался еще один шанс. Сейчас уйти, оседлать коня и гнать домой в Мадрид, где его всегда ждут. Мать, брат и друзья, все, кого он оставил ради цели, обернувшийся мороком, будут рады ему. Его всегда все любили. Не любила только Валери. Стоит ли она всего того, что он готов бросить к ее ногам? Сейчас она нуждается в нем, ищет его защиты, но пройдет время, и Валери примется за старое. Она не любит его, сможет ли он вызвать в ее сердце хоть небольшой отклик, если будет не только дни, но и ночи проводить с ней наедине?

Он прикусил губу. Пейзаж за окном расплылся под дождевыми струями, и только спустя время Хуан понял, что это не дождь застилает ему вид, а текущие по щекам слезы. Что он стоит и смотрит в окно уже долгое время, но Валери молчит, не мешая ему принять самое важное в жизни решение.

Когда он обернулся, Валери испугалась его бледности. Но решение было им принято, ведь никакого выбора не существовало. Он не в силах был отказаться от нее.

— Мы поженимся сегодня вечером. Позови Катрин и Жака. И пусть священник ждет в замковой церкви, — сказал он.

— Ты не можешь жениться на мне. Я беременна от другого, — отозвалась она.

Он опустил голову и вцепился руками в спинку кресла.

— Отец этого ребенка тоже не сможет жениться на тебе, — сказал он, — но я обязан отвечать за собственные ошибки. Значит это и будет расплата. В конце концов, ребенок ни в чем не виноват.

— Твои ошибки? — переспросила Валери в крайнем удивлении.

— Я сам отдал тебя Альмасану, хоть ты все это время была моей невестой, я не смог защитить тебя от него. Поэтому мне за это и отвечать.

Она поднялась и сделала шаг к нему. Глаза ее были полны слез, и Валери не скрывала этого.

— Ты сошел с ума? — спросила она, — нет твоей вины в том, что я заставила тебя делать то, что хотела я! Зачем ты переворачиваешь все с ног на голову?

— Давай прекратим этот разговор, — он поднял голову и посмотрел на нее, — будь готова сегодня вечером. Ты знаешь, что я выполню любой твой каприз. Но я не могу позволить никому другому отомстить.

Валери смотрела на него, не в силах понять хода его мыслей. Потом отвернулась:

— Я никогда не стану твоей женой, — сказала она, — твой наследник не может быть сыном твоего врага. Это нечестно.

— Позволь мне самому решать, что честно, а что — нет, — ответил Хуан, — наша помолвка никогда не была расторгнута. Все это время ты была моей невестой. И только я несу ответственность за все, что произошло за это время.

— Прекрати, Хуан, — Валери подошла к нему и положила руки на плечи, — ты сам не понимаешь, чего ты хочешь!

— Я? – удивился он, — я всегда хотел только одного — жениться на тебе. Сегодня вечером я убью подонка, а ночью мы обвенчаемся в замковой часовне.

— Хуан, — проговорила она вкрадчиво, — ты забыл спросить мое согласие.

— Ты уже давала его... в Мадриде.

— Но я не давала его сегодня.

Глаза их встретились. Зеленые, полные слез глаза Валери, и черные, лихорадочно горящие глаза Хуана. Он молчал, что-то судорожно обдумывая, потом отвернулся и пошел к двери.

— Хуан, ничего этого не будет! — крикнула ему в след Валери.

Хуан обернулся к ней. Очень бледный, но совершенно спокойный. Он ничего не ответил, потом вышел, прикрыв за собой дверь и оставив Валери в полной растерянности.

Уже стемнело, когда дон Хуан подошел к дверям Охотничьего домика. В доме ярко горел свет. Хуан постучал, и на пороге показалась знакомая уверенная фигура. Хуан низко поклонился, сняв шляпу.

— Дон Родриго, не соизволите ли вы составить мне компанию для прогулки в такой приятный лунный час?

Хуан явно издевался. Дон Родриго не привык к подобного рода обращению с его стороны.

— С тобой? – усмехнулся дон Родриго, — что тебе приказано, пес?

Хуан усмехнулся.

— Ничего не приказано на этот раз. Удивительно, да?

— Такого быть не может, — дон Родриго засмеялся, и хотел было зайти в дом, но Хуан удержал дверь, — чего ты хочешь, мальчишка?

— Я уже сказал, хочу прогуляться с вами под луной. И не забудьте шпагу.

Дон Родриго был явно удивлен. Он совершенно не ожидал этого.

— Малыш, шел бы ты спать, — сказал он, — а то госпожа твоя будет тобой недовольна и высечет хлыстом. Иди, пока цел.

Теперь засмеялся Хуан.

— Да, такое возможно. Скорее всего, она не будет довольна. Но чему быть, того не миновать! Выходите! Или вам нужен другой вызов?

— Вызов? – удивился дон Родриго.

— Да. Мне нужно поступить так, как, возможно, и следовало бы… – Он размахнулся и, пользуясь тем, что противник совершенно сбит с толку, врезал ему в челюсть.

Дон Родриго отлетел в дом, проклиная паршивого щенка, который совсем отбился от рук:

— Ревнивая маленькая тварь! – прошипел он, вскочил на ноги и бросился в дом.

Хуан ждал, прислонившись к косяку, стараясь унять нервную дрожь. Он был достаточно уверен в себе, но дон Родриго был серьезным и опасным соперником, необходимо сохранять спокойствие, чтобы победить его. Но и Хуана поджидал сюрприз. Дон Родриго появился вновь, в руке его был клинок, а за ним следом вышла белая тень… Валери!

— Валери? – удивился он, — что ты тут делаешь?

Она пожала плечами.

— Иди домой, Хуан, — она смотрела твердо, — попроси прощения у дона Родриго и иди домой!