Чтение онлайн

Девушка подняла на меня зарёванное лицо.

– Спасибо… спасибо вам, барон! Я никогда этого не забуду, – пробормотала Марина.

– Иди к себе. Ему нужен покой. Лиза, дай ей чего-нибудь успокаивающего. Ту же валериану. Пусть выспится. А я… я пойду. Мне нужно в лес.

– Тебе нужно в кровать, а не в лес! – возмутилась Лиза.

– Нет, – я покачал головой. – Мне нужно “заземлиться”. Иначе я эту ночь не переживу.

Я вышел из комнаты, чувствуя, как каждый шаг отдаётся болью в спине. В коридоре стоял Степан, его лицо было серым от тревоги.

– Всё в порядке, Степан. Присмотри за ними. Я скоро вернусь.

Выйдя на крыльцо, жадно глотнул утренний воздух. Лес приветствовал меня шелестом листвы. Я чувствовал его беспокойство – он отдал мне часть себя и теперь ждал, когда я вернусь, чтобы замкнуть круг.

Но где-то в глубине сознания шевельнулась тревожная мысль. Эта зараза в Косте… Она была слишком цепкой. Не уверен, что она появилась сама по себе. Возможно, студента заразили целенаправленно.

Поговорю с ним позже. Возможно, он сможет подсказать, где ему удалось подцепить эту дрянь.

Я вошёл под сень деревьев, и лес тут же отозвался. Боль в пояснице, до этого напоминавшая раскалённый штырь, начала тупеть.

Приложив ладони к шершавой коре старой сосны, я закрыл глаза. Чёрные нити, которые я вытянул из Кости, неохотно потекли из моих рук в ствол, а оттуда – глубоко в почву. Лес не церемонился, я почувствовал, как тёмная магия потекла через корни в сторону аномальной зоны, а та прожевала чужеродную дрянь, выделив при этом чистейшую ману, полезную для моего леса.

Весь остаток дня я провёл в полузабытьи. Медитировал, прислонившись спиной к дереву, слушал шелест листвы и восстанавливал собственные каналы. Вернулся я только в густых сумерках, когда в окнах лечебницы уже затеплились огни.

На крыльце меня ждал сюрприз. Харитон Андреевич Валиев, вальяжно опираясь на трость, прогуливался под руку с супругой. Заметив меня, он просиял и приветственно приподнял шляпу.

– А, барон! Вот и вы! – его голос, густой и звучный, разнёсся по двору. – Мы уж со Степаном спорили: не утащили ли вас лесные духи в свои чертоги?

– Как видите, Харитон Андреевич, вернулся в целости, – я чуть склонил голову, подходя к ним. – Рад видеть вас в добром здравии. И вы, госпожа Валиева… выглядите чудесно.

Супруга Валиева действительно преобразилась. На её щеках появился румянец, а взгляд стал живым и ясным.

– Благодарю вас, Всеволод Сергеевич, – она присела в лёгком реверансе. – Ваша вода творит истинные чудеса. Мы с мужем как раз обсуждали… Харитон, дорогой, расскажи барону, о чём мы говорили.

Валиев степенно кивнул и, мягко отпустив руку жены, подошёл ко мне чуть ближе.

– Понимаете, Всеволод Сергеевич, я человек прямой, – начал он, постукивая тростью по ступеньке. – То, что вы здесь создали – это благословение. Я за три дня в вашем поместье забыл про одышку и ломоту в спине, которая мучила меня годами. Но... – он сделал паузу, многозначительно подняв палец. – Позвольте мне, как человеку, повидавшему свет, дать вам один добрый совет.

– Я весь внимание, – опёрся о перила крыльца. – Советы таких людей, как вы, дорогого стоят.

– В том-то и дело, барон! – Валиев оживился. – Здесь изумительная природа. Лечение выше всяких похвал. Но душа… Душа-то требует пищи!

– Догадываюсь, о чём вы говорите, – кивнул я. – Мы с вашей супругой уже беседовали на эту тему. Скука – вот главный минус моего санатория.

– Верно, но всё же дослушайте, – попросил Валиев. – Вечером, когда процедуры закончены, тишина в вашем имении становится… как бы это выразиться… гнетущей. Моя Софья уже изучила все узоры на обоях в нашей гостиной. Если вы хотите, чтобы к вам ехала столичная публика, вам нужно не только исцелять тела, но и развлекать умы.

– Совершенно верно, – подхватила Софья Павловна. – Барон, представьте: вечер, закат, а в саду играет лёгкий оркестр. Или литературные чтения при свечах. Нам, женщинам, решительно некуда надеть свои лучшие платья! Только представьте, как бы здесь закипела жизнь, если бы сюда прибыло не две и даже не пять дворянских семей!

Я невольно усмехнулся. В прошлой жизни я бы назвал это “организацией досуговой инфраструктуры”.

– Признаюсь честно, Харитон Андреевич, я и сам об этом думал, – ответил я. – Но пока что все силы уходят на медицину и безопасность леса. Идей у меня масса: от прогулок на лодках по озеру до разного рода представлений. Но вот беда – нет человека, который мог бы взять на себя организацию всех этих мероприятий. У меня ведь здесь ни актёров, ни музыкантов, ни толкового распорядителя. Может быть, вы можете предложить мне знающего человека?

Валиев вдруг замер, хитро прищурился за стёклами пенсне и переглянулся с женой.

– А ведь это знак, барон! – воскликнул он. – Именно сегодня я об этом и думал. Знаете, есть у меня на примете один человек… Мы знакомы по Саратову, он устраивал там несколько приёмов для губернатора.

– И как он? – поинтересовался я. – Профессионал?

– О-о, это не то слово! – Валиев даже крякнул от удовольствия. – В сфере развлечений он, пожалуй, лучший во всей губернии. Если нужно устроить бал на воде или театр теней в чистом поле – это к нему. У него чутьё на то, что понравится публике. Но… – Харитон Андреевич замялся, подбирая слова.

– Что “но”? Заламывает неподъёмную цену? – я напрягся, вспоминая состояние своего бюджета.

– Нет, цена – вопрос второй. Дело в характере, Всеволод Сергеевич, – Валиев понизил голос, словно сообщал государственную тайну. – Человек он… крайне необычный. Своеобразный, я бы сказал. У него очень специфическое чувство юмора и… скажем так, манеры, которые могут шокировать неподготовленного барина. Многие считают его сумасшедшим, другие – гением. Не каждый находит с ним общий язык. Но если вы сможете его обуздать и направить его энергию в нужное русло… Клянусь своим родовым именем, ваш санаторий станет самым модным местом не то что в губернии – в империи!

– Необычный, значит? – я задумался. – В моем лесу и так хватает “необычного”. Одним больше, одним меньше…

– Вот и я так подумал! – Валиев хлопнул меня по плечу. – Вам, с вашим хладнокровием, он как раз под стать. Если позволите, я черкну ему записку сегодня же. Пусть приедет, осмотрится. А вы решите, подходит ли вам такой… экземпляр.

– Буду вам признателен, Харитон Андреевич, – я пожал ему руку. – Хороший распорядитель – это именно то, чего мне не хватает.

– Славно! Вот и договорились! – Валиев выглядел довольным, словно совершил удачную сделку. – Пойдём, Софья, распорядимся насчёт письма. А вы, барон, отдыхайте. У вас вид такой, будто вы сегодня вручную дубы пересаживали.

Я проводил их взглядом. Развлечения – это хорошо. Это деньги, это репутация. Но слова Валиева о необычном человеке заставили меня насторожиться. В этом мире “необычный” часто означало “опасный”, а ещё чаще – “связанный с магией”.

Впрочем, выбирать не приходится. Если я хочу сделать из этого места золотую жилу, мне нужен тот, кто умеет пускать пыль в глаза аристократам.

Я зашёл в дом, собрался уже подняться к себе, но у лестницы меня перехватил Степан.

– Барин, – тихо проговорил он. – Там студент очнулся. Тот, которого вы спасали. Лизавета Павловна просила зайти, как вернётесь. Говорит, он рвётся что-то рассказать.