Друзья отправляются в путь
Шрифт:
его не испортила».
«Эмил перед смертью написал письмо. Товарищи
передали его на волю Мы все его прочли и перепи¬
сали. Вот оно:
«Дорогие товарищи! Это мое последнее слово.
Знаю, что умираю, но мне не страшно. Коммунист
не боится смерти. Я честно прожил свою жизнь. Если
бы пришлось ее снова начинать, я ее прожил бы
гак же. Живите! Настанет долгожданный день сво¬
боды. Вспомните тогда и меня! А этот день наступит,
и недолго вам уже осталось его ждать. Меня тогда
с вами не будет. Но с вами будет мой сын. Я наде¬
юсь, что он пойдет по тому же пути, по которому
шел я.
Тяжело писать. Задыхаюсь.
Прощайте, товарищи!
Эмил Шоймару»
«В Германии новые погромы».
«Ознакомиться со статьей Мари Кюри-Складов-
екой о радиоактивности».
«Фашисты напали на испанский народ. Они хо¬
тят задушить молодую испанскую республику».
«В Испании идут кровопролитные бои. Уверен,
что многие честные люди поедут сражаться в рядах
испанских республиканцев. И я поеду, если мне бу¬
дет разрешено... Не могу сейчас спокойно учиться
Проклятые фашисты! Неужели мир будет мол¬
чать? ..»
Илиеш, взволнованный, долго сидел, склонившись
над блокнотом. Щеки его пылали. Так вот какой
замечательный человек Леонте! А отец! Его отец!
Чувство гордости наполнило сердце Илиеша. Сту¬
дент Леонте никогда не говорил ему, что знает
его отца. А Эмил умер. Он не боялся смерти. Какое
он письмо написал!
Какие, оказывается, замечательные люди есть на
свете! Какие люди! И как стойко и бесстрашно они
борются.
Он снова и снова думал об отце. Да, таким
отцом можно гордиться.
Старая записная книжка в сиреневом переплете
словно открыла перед Илиешем завесу какой-то но¬
вой, неизвестной ему жизни. Знакомые ему люди
предстали перед ним в совершенно новом свете. И на
душе у Илиеша было тревожно и радостно.
ГЛАВА 24
«СКАЖИТЕ, МАДЕМУАЗЕЛЬ МОРАРЬ,
У ВАС ЕСТЬ БРАТ?»
Флорика сидела за столом и вышивала. Георги¬
еш, сидя у окна, читал книгу. Смеркалось. Флорике
трудно стало различать узор вышивки. Она встала,
сняла стекло с лампы и подошла к буфету за спичка¬
ми. За дверью послышались чьи-то тяжелые шаги.
Нет, это не шаги отца. Дверь открылась, и кто-то
вошел в комнату.
Флорика обернулась. У двери стоял полицейский'
сержант. «Ошибся, видно», — подумала она, выжи¬
дательно глядя на него.
Сержант заглянул в бумажку и отрывисто спро¬
сил.
— Здесь проживает Флорика Морарь?
Флорика удивилась:
– Да!.. Это я...
— Идем со мной! — и он указал рукой на дверь.
Георгиеш безмолвно стоял у окна. Он был бле¬
ден. Губы его дрожали.
— Куда? — испуганно спросила Флорика.
— Узнаешь... быстрей...— и он шагнул к Фло¬
рике.
Флорика последовала за полицейским. В дверях
она оглянулась. Георгиеш смотрел ей вслед расши¬
ренными от страха глазами.
Они молча шли по темной улице. Прохожие уди-
вленно оглядывались на нее. Флорике было стыдно:
бог знает, что могут подумать люди! И куда он ее
ведет? Может быть, убежать? Это ей удалось бы —
она хорошо бегает. Но у него на боку револьвер. Он
может ее застрелить. Почему люди не вмешиваются?
Они сами боятся полиции.
— Куда вы меня ведете? — ее голос дрогнул.
— Сейчас узнаешь,— буркнул, не оборачиваясь,
полицейский.
Они подошли к высокому, мрачного вида зданию.
На углу стояло несколько человек с корзинками и
свертками. Флорика встретила взгляд пожилой,
бедно одетой женщины. В нем были сочувствие и
страх.
Полицейский и Флорика вошли в здание. Стояв¬
ший в дверях другой полицейский посторонился, и
они поднялись по ступеням. Потом пошли по длин¬
ному и пустому коридору. С обеих сторон были
двери. Они подошли к одной из них. Полицейский
постучал, и они вошли.
Флорика очутилась в небольшом кабинете. За
письменным столом сидел черноволосый, смуглый,
очень хорошо одетый мужчина. Он просматривал ка¬
кие-то бумаги.
Страх Флорики начал проходить. Это был обык¬
новенный кабинет, ничем не примечательный. Муж¬
чина поднял голову и взглянул на нее совсем не
сердито.
— Садитесь! — сказал он.
Флорика села в удобное кресло. Полицейский по¬
вернулся и ушел. Она осталась наедине с незна¬
комым человеком. До нее донесся резкий запах
духов. Она взглянула на него, и ей почему-то бро¬
сился в глаза удивительно прямой пробор на его го¬
лове. «Кто этот румын? Что здесь за учреждение?
Зачем ее сюда привели?» — думала Флорика. На
столе, под зеленым абажуром, ровным светом горе¬
ла настольная лампа.
Мужчина взял одну из папок, лежавших на столе,
открыл ее и минуту что-то читал. Оторвав взгляд от
папки, он пристально взглянул на Флорику и улыб¬
нулся.
— Вы — Флорика Морарь?
Флорике понравилось, что он обратился к ней
на «вы».
— Да!
— Вас сержант не обидел? Он обращался с вами
вежливо?
—- Да!
— Знаете, это грубый, невоспитанный народ. ..
Сколько ни учишь их, а они все никак не научатся
должным образом обращаться с барышнями.
Он не спеша закурил папиросу и пустил кольцо
дыма.
— Я пригласил вас, чтобы кое о чем спросить...
Так, мелочь... После этого мы вас отпустим домой...