Чтение онлайн

Я уже решила, что ни за что не вернусь к нему в дом. Обещала пожить там пока Наденька в больнице - исполнила. Скоро нас выпишут и мы поедем домой. Хватит, погостили у папаши. Пусть сам приезжает к нам в гости. И огорчала только мысль о том, что оставляю здесь свою новую подругу Полину.

– Зайцева, тебе передачку принесли.
– заглянула в палату медсестра.
– Тут еда, так что не забудь поставить в холодильник и дату подписать.

– Конечно, спасибо.

Завтрак недавно закончился. Ненавижу пшеную кашу, поэтому бутерброд с хлебом и маслом вряд-ли можно назвать сытным завтраком, а до обеда ещё далеко. Посылка с едой оказалась очень кстати. Надя вот-вот должна проснуться, а потому я спешно открыла контейнер и едва не застонала от открывшейся картины.

– Уммм, какой аромат! 

Это было божественно вкусно! Может виной тому больничная надоевшая еда, может кулинарный талант Полины, но я едва не проглотила язык. Незаметно съела всё содержимое контейнера, хотя казалось что я не смогу такой объем одолеть за один присест. Смогла. И теперь ощущала приятную тяжесть в животе и потрясающее послевкусие на языке. 

В пакете не оказалось записки, зато я нашла маленький букетик каких-то полевых цветов и едва не прослезилась. Ну до чего Полина с Никитой хорошие! Благодаря им я совсем не ощущаю себя одинокой и чужой в этом городе.

Не удержалась и набрала подругу по телефону:

– Привет!

– Привет, как я рада что ты позвонила! Как там Наденька?

– Хорошо, сегодня поспокойнее. Сейчас проснётся и пойдем на процедуры. Как Верочка, как Ванечка? Ты хоть справляешься? А то повесили на тебя...

– Не смей так говорить! Конечно с двумя не просто, но мне это в радость. Тем более что Никита помогает когда не на смене как сегодня, например.

– Сегодня? Он работает сегодня?

– Да, а в чём дело?

– А как же ты мне картошку передала? Я как раз звоню поблагодарить вас. И за цветы.

– Цветы значит...
– Полина как-то весело хмыкнула и выбила из меня дух словами: - Так это Глеб всё сделал. И грибы собрал, и картошки нажарил, и всё остальное... Что ж он сам к тебе не поднялся?

– Не знаю...
– произнесла я, растерянно перебирая лепестки цветов.
– Может на работу торопился?

– Да, скорее всего. Ой, Верочка проснулась. Я пойду?

– Конечно! И спасибо, я так благодарна тебе!

– Мы же одна семья, разве можно иначе?

Я всё-таки прослезилась. Разве можно иначе? Разве можно так, на разрыв души от того, что тебя безоговорочно приняли в свою семью? Да, прежде всего из-за девочек. Но ведь хорошее отношение необязательно, однако оно есть, да ещё и какое!

Наденька проснулась и напомнила, что не время распускать нюни. Время завертелось и лишь после ужина я вспомнила о том, что так и не поблагодарила Глеба. В своей манере он сделал очередной мужской заботливый поступок. Просто взял и собрал грибов, просто нажарил обалденно вкусной картошки, просто привёз - столько много в этом "просто"! Могу лишь представить, в какую рань ему пришлось встать. Я даже представила его бродящим среди деревьев с лукошком. Сделал бы он это для чужого человека к которому равнодушен? Конечно нет. 

– Ну-ка красавица, пойдем на ручки.

Я взяла Наденьку, стараясь не задеть катетер и вложила ей в ручку букетик цветов. Она тут же ими заинтересовалась и потянула в рот.

– Ой, нет-нет моя хорошая, они не для этого. Давай вот так...

Я поправила и быстренько её сфотографировала. Поставила цветы в импровизированную вазу из пластиковой бутылки и отредактировала фото. Отыскала в контактах номер, которым ни разу так и не воспользовалась. Нашла его в мессенджере и отправила фото с лаконичной подписью: "Спасибо". Подумала и добавила: 

"Картошка с грибами выше всяких похвал".

Я не ожидала, что он мне ответит. Но когда тренькнул телефон, оповещая о входящих сообщениях, моё сердце пустилось в галоп.

"Всё для моих девочек".

Простая фраза от Глеба, но как много в ней скрыто смысла! И почему я так уверена, что к своим девочкам от отнес и меня? И почему от этой мысли меня охватывает трепет и радость?

Как только анализы Наденьки показали хороший результат нас стали готовить на выписку. Периодически нам придется обследоваться и принимать определенные препараты, но это ли не ерунда по сравнению с тем что девочка жива? 

В день выписки она повеселела как-будто чувствуя, что мучения закончились. И даже перестала капризничать. Я тоже с нетерпением ждала, когда можно поехать домой. 

Когда мы спустились вниз нас встречало всё семейство Стужевых, включая Верочку и Ванечку. С шарами, цветами и прочими праздничными атрибутами.

– Давайте я вас сфотографирую.
– вызвался Никита, доставая телефон.
– Пап возьми Верочку, Ксюш подходи с Надюшей ближе. Ага вот так... Класс!

Я готова была разреветься от переполняющих чувств, но мне не дали, тут же забросав вопросами по здоровью малышки. 

– Какие же они хорошенькие, красавицы наши!
– восхитилась Полина, глядя на сестёр.
– Наконец-то все вместе!

Если бы… На моём месте должна быть Вика. Я сглотнула застрявший в горле комок и всё-таки одна слезинка скатилась у меня по щеке. Я заморгала в попытке остановить потоп. Ну почему я такая плакса?! Чуть что сразу в слёзы. С детства от этого страдаю. Полина уловила моё настроение и погладила меня по руке.

– Она тоже с нами и, уверена, радуется за тебя и своих дочерей. 

Я кивнула и почувствовала, как Глеб забирает из моих рук Наденьку.

– Ну привет, моя девочка.
– и уже мне: - Я положу её в люльку. Садись.

Стужевы приехали на двух машинах. Никита, Полина и Ваня сели в свою, а мне пришлось устроиться на заднем сидении машины Глеба. Там были прикреплены две люльки, в которых уже лежали сестрёнки.

Когда мы выехали с территории больницы и повернули в противоположную от дома Полины сторону я напряглась.

– А куда мы едем? Нам разве туда?

– Мы едем туда, где ваше место. Ты же не думала, что я вас так просто отпущу?

Я поймала пронзительный и немного насмешливый взгляд Глеба в зеркало заднего вида. Ну, конечно, кто бы сомневался: взял и поступил по-своему. Я открыла рот чтобы выразить своё неудовольствие, но тут же его закрыла. Потому что нечего было сказать. Потому что он имеет на это право. Потому что и сама чувствую, что так правильно. 

Я закрыла глаза и откинулась на спинку сиденья, признавая своё поражение.