Чтение онлайн

Я сглотнул и сунул руку в бардачок, стараясь не дрожать и не дышать. Достал права с техпаспортом и протянул ему. В горле затвердело, лоб вспотел, по телу поползли мурашки.

Все пропало... Мне конец!

Сюрприз с подлитым коньяком настолько выбил меня из равновесия, что я даже не успел сделать «правильное» лицо для гаишника. Так оставался маленький шанс, что он не учует запах, но это уже не имело значения. Запах не учует – на лице прочтет.

Терехин молча изучал права, потом стрельнул в меня глазами, наклонился к моему окну поближе. Взгляд его скользнул по свежему пятну на моей куртке.

Он принюхался, и лицо его просияло ярче солнца.

– Прямо за рулем, Кирилл Андреевич? Ну вы даете! Десять лет работаю, а такой клиент у меня впервые.

Я зло стиснул зубы и состроил виноватое лицо. Отпираться было без толку.

– Командир, я очень тороплюсь, у меня встреча через тридцать пять минут! – сказал я жалобно и постучал пальцами по часам на запястье. – Готов решить этот вопрос прямо на месте.

– Пройдемте в машину, Кирилл Андреевич, - сказал Терехин и кивнул на стоящую рядом «Ладу» ДПС. – Там обо всем поговорим.

Из машины ДПС я вышел, как оплеванный, и двинулся к своему «фольцу». Словно по велению волшебной палочки, из моего кармана вмиг исчезло сорок штук, и я потерял полчаса драгоценного времени. Минут пятнадцать я общался с гайцами в их машине и еще пятнадцать бегал к ближайшему банкомату, снимал деньги. Алкотестер показал 0,45 промилле, и меня могли спокойно лишить прав, если бы я вовремя не сунул гайцам взятку.

За руль я сел, скрипя зубами и трясясь от злости. На себя и на того неизвестного шутника, который угостил меня с утра коньяком в машине.

Самым идиотским и обидным было то, что мне пришлось признаться, что я решил выпить прямо за рулем. Ведь если бы я рассказал, что в «колу» мне плеснули коньяка умышленно, гайцы бы похихикали и заодно проверили б меня еще и на наркотики.

Я глубоко вздохнул несколько раз, пытаясь успокоиться. Глянул на часы.

До пресс-конференции оставалось пять минут, так что теперь я опоздаю в любом случае. Но паниковать пока что рано. Сейчас главное – добраться бизнес-центра, а там, на месте, что-нибудь придумаю.

Я домчался к месту назначения минут за двадцать. Двухэтажное здание бизнес-центра «Кристалл» сияло кирпичной желтизной посреди небольшого зеленого парка с декоративными елями. Парковка перед зданием была плотно заставлена машинами, вокруг не видно ни одной живой души. Наверное, и руководство "Дубликата", и журналисты уже внутри.

Припарковав машину, я вышел на улицу и почти бегом метнулся к главному входу. Перед дверьми топтались два охранника – высокие короткостриженые бугаи с лицами-ящиками, как две капли воды похожие друг на друга.

Я подошел и молча сунул им под нос удостоверение корреспондента. Один из них достал планшет и начал водить толстым пальцем по экрану. Наверное, искал мою фамилию в списке приглашенных журналистов.

Тут он покосился на напарника и хохотнул.

– Ты глянь. Еще один, - сказал он, показав приятелю планшет.

Второй охранник глянул на экран и скупо улыбнулся.

– Что не так? – Я посмотрел вопросительно на них.

Охранник с планшетом перевел взгляд на меня и ухмыльнулся.

– Десять минут назад еще один Кирилл Образцов вошел внутрь, - пояснил он. – Насчет второго нас не предупреждали.

Я криво усмехнулся. Странноватое, конечно, чувство юмора у этих дуболомов, ну да ладно. Я шагнул к двери, но охранник с планшетом выставил вперед свободную руку и покачал головой.

– Вы издеваетесь? – В груди у меня кольнуло холодком. – Я здесь по поручению редакции. Наберите вашу пресс-службу и спросите. Я есть в списке!

Я снова вынул «корочку» и ткнул в их ослиные рыла. Но охранник только усмехнулся и сказал:

– Мы уже отметили другого Образцова. А ты, походу, его брат-близнец.

– Нет никакого второго Образцова! – гаркнул я и нервно дернул уголком губы. – Я – Кирилл Образцов! Единственный! Впустите меня, вашу мать!

Я сглотнул, и руки мои затряслись. Злость, которую я с таким трудом погасил в машине, снова обожгла мне горло.

Охранники переглянулись, а потом все тот же «разговорчивый» бросил скучающе:

– Свободен. Не люби мозги.

– Ты охренел? Мне надо внутрь! Я и так уже опоздал! Дай мне пройти!

Я решительно шагнул вперед, но он схватил меня дубовой лапой за плечо и оттолкнул назад. Несильно, но я едва устоял на ногах.

– Парень, не борзей, - повторил охранник с металлом в голосе. – В последний раз предупреждаю…

– Да пошли вы! У меня работа там! Мне нужно быть на конференции! Не знаю, что за мудозвон прошел по моим документам, но я должен быть внутри, меня там ждут!!

«Разговорчивый» зевнул и, повернувшись к напарнику, сказал:

– Сережа. Разберись.

Молчун, который все это время не проявлял задатков речи, наконец отлип от стенки и направился ко мне.

И тут я пожалел, что сразу не ушел.

После нескольких мгновений боли и позора я сидел в машине и, хрипло дыша, наблюдал за главным входом в бизнес-центр с безопасного расстояния. Перед глазами плыли алые круги, в груди саднила боль, в ушах еще стоял глухой удар от моего позорного падения на землю.

Все произошло стремительно и очень больно. Охранник-молчун грузно ударил меня в грудь, а затем умелым броском отправил в нокаут. Довольно долго я лежал, раскинув руки, на асфальте и шипел от боли, которая пронзала все тело. Потом, сгорая от стыда и злости к самому себе, поднялся и, раздавленный, как вошь, поплелся к своему «фольцу».

Охранник-молчун тем временем вернулся на исходную позицию, а его напарник еще долго наблюдал за мной издалека и ухмылялся.

В итоге я сидел в машине, осыпанный позором с ног до головы, и совершенно не представлял, что делать.

Командиру я звонить не стал – даже представить было страшно, как Павел Данилович отреагирует на мой провал! А рассказывать, что вместо меня на пресс-конференцию пошел якобы другой Кирилл Образцов, было все равно, что сразу получить пинок под зад с работы. Я и так вишу на волоске, а после этого Бойко подумает, что я решил поиздеваться напоследок, и тогда мое увольнение будет, как публичная казнь, болезненное, унизительное, под овации коллег.