Чтение онлайн

Кожа также прекрасно защищает от проникания химических ядов. В классических сочинениях постоянно говорят о всасывании ядов через кожу, но это неправильно, и я охотнее говорю о неспособности всасывания кожею; и в самом деле, если оно и существует то в самой ничтожной степени.

Можно увеличить содержание в ванне стрихнина, мышьяка, или ртути в тысячу раз больше, нежели это необходимо для того, чтобы убить 10 человек и что же? – чрез час пребывания в воде нет доказательства, что в тело проникли хотя бы следы одного из этих веществ. Необходимо, конечно, удостовериться, чтобы небольшое количество яда не проникло через слизистые оболочки, или какое-либо повреждение кожи. Итак, кожа не всасывает и можно прикасаться к самым ядовитым веществам не опасаясь дурных последствий.

Таким образом, по отношению к температуре, травматизму, микробам и ядам кожа, как мы видим представляет замечательно устроенный покров допускающий организм совершать свое развитие, не подчиняясь вредным влияниям внешних перемен.

Прежде, нежели закончить историю развития пассивных сил самообороны организма, необходимо сказать несколько слов о влиянии анатомического расположения частей. Прежде всего устанавливается факт, что самые важные органы лучше всего защищены. Спинной мозг который является центром всего организма, помещен в полость с весьма прочными стенками, покрытыми в свою очередь толстим мышечным слоем. Головной мозг помещается в черепе, прочность которого несравненна. Глаз защищен не только костными стенками орбиты и скуловой костью, но также еще целым рядом подвижных защитников: бровями, веками, ресницами.

На конечностях наиболее важные части расположены глубже других. Так, например артерии помещаются более глубоко, нежели вены, как будто бы природа знала, что поранение артерии опаснее, нежели нарушение целости вены.

Все эти факты позволяют понять, как может продолжаться нормальное состояние организма, несмотря на резкие перемены среды и всевозможные опасности. (Извлеч. в сокращ. из кн. Шарля Ришз: «Самозащита организма», Спб. 1895 г.).

Физиология разделяют животных на два класса; одни сохраняют свою температуру неизменной, как бы ни изменялись условия окружающей среды: это теплокровные животные; другие, напротив следуют точно за измерениями температуры внешней среды: это холоднокровные животные.

Понятно, что мы займемся только теплокровными животными (млекопитающие и птицы), потому, что только они обладают известным средством самозащиты против тепловых перемен среды; для других оно не нужно.

Сначала мы займемся борьбой с холодом. Чаще всего приходится защищаться от холода, потому что, кроме редких исключений, температура среды ниже нашей собственной; приходится, следовательно, почти всегда приучаться к холоду больше, нежели к теплу.

Реакция против холода становится понятной, если допустить, что мы представляем химические приборы, производящие и теряющие теплоту: отсюда двойной путь к приспособлению, по отношению к образованию и к потере теплоты.

Это регулирование можно сравнить с тем равновесием в делах, которое старается поддержать коммерсант то увеличивая получку, то уменьшая свои расходы.

Мы имеем расходующий аппарат – тепловое лучеиспускание, и вырабатывающий прибор – образование теплоты внутри организма. Посмотрим сначала, каковы те процессы, посредством которых регулируется изменение лучеиспускания.

В нормальном состоянии мы теряем посредством лучеиспускания известное количество теплоты; в этом можно убедиться, помещая животное в калориметр – это наша тепловая потеря; чем лучеиспускание больше, тем больше мы тратим теплоты.

Многочисленными опытами доказано, что лучеиспускание усиливается при повышении температуры. Если измерять количество теплоты, теряемой кроликом при температуре от 0-150, то увидим что при 0° оно очень мало, при 15° гораздо больше, вследствие этого и происходит уравновешивание с внешней температурой; как будто бы он создан именно таким образом, чтобы терять больше тепла, когда жарко, и как будто он понимает что ему необходимо сохранять всю свою теплоту, когда температура понижается, и растрачивает ее с большею смелостью, когда она поднимается.

Это регулирование в большинстве случаев происходит вследствие изменений кровообращения на поверхности кожи. Чем больше протекает крови по кожной периферии, тем больше лучеиспускание. Когда существует прилив и краснота кожи, тогда увеличено лучеиспускание, когда капиллярное кровообращение уменьшается, тотчас же понижается и отдача теплоты.

Это доказывается самым простым наблюдением. Когда внешняя температура повышается, кожа краснеет к лицу приливает кровь, температура конечностей повышается, и организм может терять больше теплоты, потому что снаружи тепло, Наоборот если внешняя температура понижается, кожа бледнеет, обесцвечивается, конечности становятся холодными, анемичными, кровообращение в коже доходит до минимума, чтобы не терять драгоценного тепла, столь необходимого для внутренних органов.

Если предположить, что величина лучеиспускания при 0°=1000, то при 5° она=1600, 10°=2000, 14°=2600 (это для кролика).

Весьма важно остановить на этом факте наше внимание, потому, что он устанавливает довольно определенное различие между живым существом и инертным предметом. Последний теряет тем больше теплоты, чем ниже температура среды. Ньютон прекрасно доказал, что при одинаковой поверхности лучеиспускание вполне пропорционально разнице между температурой тела и среды. Поэтому, для того, чтобы не подчиниться закону Ньютона и относиться совершенно обратно, живое существо должно обладать активным регулятором, который и заключается в изменении кожного кровообращения.

Довольно трудно в калориметрических и опытах отделить часть теплоты, происходящую вследствие лучеиспускания, от образующейся вследствие усиленной продукции ее. Но вообще, определяя сумму тепла, выделяемого кроликом мы узнаем только ту часть, которая происходит вследствие лучеиспускания. Если, однако, измерение продолжается долго, то понятно, что только в случае постоянного сохранения одинаковой температуры, вся сумма отделяемого тепла происходит путем лучеиспускания. Было бы лучше для правильного определения образования тепла измерять химические процессы, т. е. потребление кислорода, потому, что последнее всегда сопровождается образованием тепла, и оба процесса идут параллельно.

Посмотрим, как влияет внешняя температура на потребление кислорода.

Результат очень ясен. По мере понижения внешней температуры, оно повышается; вот превосходный регулятор благодаря которому животное может долго противостоять внешнему холоду.

Очевидно, такое регулирование может происходить только посредством нервной системы, и притом различно для разных существ, потому что различные ткани, мышцы, железы, слизистые оболочки почти одинаковы у больших и малых существ но нервная система их реагирует совершенно различно.

У малых, где необходимо много теплоты, она усиливает горение, у больших, у которых потеря тепла меньше, она ослабляет силу горения.

Следующий опыт подтверждает это положение. Если взять двух собак различного роста, то мы найдем что величина окисления обратно пропорциональна росту. Собаки особенно удобны для таких экспериментов; потому, что именно они бывают самого и различного веса.

Эта разница в силе горения у больших и малых собак зависит от нервной системы. Если, в самом деле, дать животным хлорал то различие исчезает: большие и малые животные отделяют одинаковое количество тепла на единицу веса, это явное доказательство значения нервной системы для регулирования интенсивности горения, потому что при ее параличе оно пропорционально массе, а не поверхности лучеиспускания.