Чтение онлайн

Насколько событие черниговское поразило раскольничий мир, указывает отправление в Чернигов ко дню торжества на общественный счет с официально – удостоверенными полномочиями, нескольких депутаций из начетчиков раскольничьих общин, из которых заявили о себе раскольничьи начетчики – крестьяне д. Борковой, Меленковского у. и т. д. Песочной, Владимирской губернии, наставники и уставщики поморской и беглопоповской сект, казаки ст. Прочноокопской, Кубанской области, начетчики австрийского согласия, во главе с лжесвященником (Гаршенин), который дорогой заболел и не мог прибыть в Чернигов, и два начетчики-казаки из земли Войска Донского. Все они – соль раскольничьего мира, своеобразные типы. Вот черный, угрюмый, молчаливый, с потупленным взором, наставник изуверной поморской секты: он и стоит к вам во время беседы, и слушает, и говорит – все как-то боком, – полный сомнения и недоверия, а вместе и глубокой пытливости. Вот другой – беглопоповец, рослый, дюжий мужчина: он более разговорчив и общителен, охотнее возражает, все ему хочется увидеть, осязать и испытать не осязанием только верующего сердца, но руками и глазами. Он усерднее всех обследовал состояние исцеленного Дионисия, успел подсмотреть разные сучки в глазу у сослужащего православного духовенства относительно исполнения устава. Кубанские казаки – люди более мягкого характера и искреннего чувства, более всех других соглядатаев алчущие и жаждущие правды веры и спасения. Долго бродили эти и прочие представители и соглядатаи раскольничьих общин, как овцы не имущие ни пастырей, ни пажити церковной, среди многочисленных тысяч православного народа. Детская, горячая вера, не поддающийся описанию религиозный энтузиазм (возбуждение), величие богослужений, наконец, народные рассказы и явные уверения в чудотворениях постепенно преклоняли их сомнение в веру. При посредстве православных миссионеров, депутации раскольничьи обратились к преосвященному Антонию, епископу черниговскому, и высокопреосвященному митрополиту киевскому Иоанникию с просьбою открыть им мощи св. Феодосия для удостоверения в подлинности их нетления. Если Господь не возгнушался и Фоме неверному показать Свои язвы гвоздные и дозволил вложить в них персты усумнившагося, то, ради душевных немощей просителей, и дабы стоящие за ними тысячи их братьев познали истину, владыка благословил удовлетворить просьбу на другой день открытия мощей угодника Божия. Настал этот вожделенный для мучившихся своим неверием и сомнением раскольничьих соглядатаев, но страшный час. 10 сентября после совершения литургии и молебного пения, на площадку у подножия раки св. мощей стали упомянутые депутаты раскольничьи вместе с миссионерами. Толпа православных богомольцев была временно отстранена и едва сдерживалась. В полном облачении вошел епископ Питирим на возвышение, где установлена св. рака, и начал снимать покровы и разоблачать руки великого угодника Божия. Воцарилась мертвая тишина: страх и трепет прииде на присутствующих и на раскольников. По очереди, по одному и по два, подходили эти страждущие тяжким недугом неверия и сомнения: внимательно, долго каждый всматривался в нетленное тело святителя, почивающего во гробе новом, как живой – на обнаженные святые руки. О, чудо! Не только кисти, но и пальцы и ногти – все цело и невредимо, как будто святитель опочил не 200 лет назад, а 2-3 дня, осязали неверующие и ноги угодника Божия; поразительным было объяснение архипастыря, что при нетлении всего тела и одежды – лишь пята на одной ноге святителя обратилась в прах и пепел во исполнение божественной заповеди: «земля еси и в землю отыдеши».

И простые смыслом раскольники уразумели, какое величайшее удостоверение истины в сем явлении чуда нетления останков почивающего святого: в одном гробе, в одном воздухе и в одно время, при тех же условиях, все тело благодатью Божиею сохраняется нетленным, а некая часть служит исполнением общего предуставленного для всего человечества закона тления. Коснулась сердца раскольников призывающая благодать. Ни один из них не удержался от волнения и слез раскаяния и радости: все благоговейно приложились к св. мощам, чего ране не делали. Особенно трогательно было обращение от неверия и сомнения к полной горячей вере в святость и нетление новопрославленного угодника со стороны раскольников Кубанской области: со слезами и молитвенными стонами: «теперь верую, угодниче Божий прости моему неверию», они лобзали св. мощи и долго не могли оторваться от св. гробницы, вперив свои взоры. После сего тот час дали телеграмму своим и вызвали лжепопа своего сюда в Чернигов.

В 2 часа дня того же 10 числа все раскольничьи депутаты приглашены были миссионерами в Троицкое архиерейское подворье для беседы (за исключением впрочем, донских, за неимением адресов их квартир) с ними о великой милости Божией, даровавшей им узреть телесными очами св. прославленные мощи великого угодника Божия и чудотворца. И здесь-то, в присутствии православных миссионеров, многих сторонних лиц, умягченные силою чудес огрубелые сердца раскольничьих представителей умилились, прежде хульные уста их отверзлись для прославления имени Божия и святых Его: в присутствии многих свидетелей раскольники единогласно и непринужденно исповедовали и свидетельствовали о своей вере в истину нетления, святость и чудотворения святителя Феодосия. (Извлеч. в сокращ. из брош. изд. «Мис. обозр.»: «Новые чудеса святителя Феодосия углиц.»).

Церковный историк Сократ повествует об одном необыкновенном случае, которым Промысел Божий чудесно засвидетельствовал неповторяемость таинства святого крещения. Один из иудеев, обратившись по наружности в христианскую веру, сподоблен был благодати св. крещения. Переселившись потом в другой город, он совершенно оставил христианство и жил по иудейскому обычаю. Но, желая ли посмеяться над верою Христовою, или, может быть, прельщенный выгодами, которые христианские императоры усвояли иудеям, обращавшимся ко Христу, он вторично дерзнул просить себе крещения у одного епископа. Епископ, не ведая ничего о лукавстве иудея, по наставлении его в догматах Христовой веры, приступил к преподанию ему таинства св. крещения и велел наполнить крещальню водою. Но в, то время как он совершив над купелью предварительные молитвы, готов был уже погрузить иудея в ней, вода в крещальне мгновенно исчезла… Тогда иудей, обличенный самим небом в святотатственном намерении своем, в страхе простерся пред епископом и сознал пред ним и всею церковью свое лукавство и свою вину. (Из «Воскр. чт.» 1851 г.).

а) Разительный пример перерождающей силы веры представляет ап. Павел. «Прежде он был горяч и вспыльчив, – теперь он только мужествен и решителен; прежде был склонен к насилию, – ныне могуч и предприимчив; некогда безудержу ратовал против всего, что заслоняло ему дорогу, – ныне он только стоек; некогда был дик и мрачен, – ныне только серьезен; некогда жестокосерд, – теперь только строг; некогда жестокий ревнитель, – ныне только богобоязнен; некогда был замкнут, недоступен для сочувствия и сострадания, – ныне знаком со слезами; прежде он не знал друзей, – теперь собрат людей, доброжелателен, обязателен, сострадателен, но не слаб, – всегда представляет собою величие, среди грусти и скорби, мужествен и благороден. Таким образом, не только его дух получил другое направление, и его всегдашняя стремительность новую цель, но и все наклонности и страсти приведены в состояние равномерности, так что великие силы гармонически сочетались в новое настроение духа, и в своем единстве образуют возвышенный характер». (См. «Апологию христианства», Геттингера. Ч. I, 1875 г., стр. 29-30).

б) Возрождающую силу веры изображает, по собственном опыту, св. Киприан, в письме к Донату, следующим образом:

«Когда я находился в тьме и среди мрачной ночи, когда плавал по морю настоящей жизни, туда и сюда, без надежды и опоры, не зная пути, лишенный всякой истины и всякого света, тогда я считал чрезвычайно трудным и несбыточным обетование божественного милосердия, что можно снова родиться и, получивши во святой купели новую душу и жизнь, оставить все прежнее и, еще живя в этом теле, сделаться новым человеком по духу и по сердцу. «Как возможно, говорил я, чтобы человек так скоро и вполне оставил то, с чем он родился, и что, от долговременной привычки, стало его второй природой? Как научиться воздержанию тому, кто привык к шумным пиршествам и изысканным яствам? Как помириться с скромным и простым платьем тому, кто блистает роскошными одеждами, сверкающими золотом и пурпуром? Кто утешался чинами и почестями, тот не может жить без них в неизвестности; тому, кто был окружен толпой почитателей, был сопровождаем многочисленными, всегда готовыми к услугами, почитателями, было бы мучительно быть наедине».

«Так думал я про себя, потому что тогда сам был пленен заблуждениями своей прежней жизни, от которых не видел возможности освободиться, – был предан порокам и, отчаявшись в лучшем, представлял для себя гибель естественною и необходимою. Но, после того как я омылся в бане возрождения от нечистого прошедшаго, и в очищенную душу излился новый чистый, свет, – после того, как я воспринял свыше Духа и стал новым человеком, непостижимым образом сомнительное стало для меня верным, закрытое открытым, темное ясным; я получил силу к тому, что прежде считал трудным и неисполнимым».

в) Когда св. Пелагея сподобилась крещения, она совершенно изменилась. Просвещенная св. верою и крещением, новая дщерь церкви Христовой не хотела надевать на себя украшения и драгоценности и вручила их крестившему ее епископу с тем, чтобы он продал их и вырученные деньги роздал бедным, сама же осталась в простой, убогой одежде. Прежде Пелагея была горделива, а теперь смиренна и кротка; прежде любила много говорить, теперь была молчалива; прежде любила сладкие кушанья, праздность и веселье, а теперь была воздержна, большую часть дня и даже ночи проводила в молитве («Чет. – Мин.» 4 мая).

г) Такое же чудное действие таинства крещения испытал на себе наш русский равноапостольный князь Владимир, который, выходя из купели, воскликнул: «теперь-то я увидел Бога истинного!» и из язычника жестокого, мстительного и преданного чувственному сделался кротким, милостивым, воздержным, исполненным святой, чистой любви к Богу и ближним, за что и причислен к лику святых.

Эти примеры святого действия в таинстве крещения убедительнее всяких слов говорят за благодатную силу крещения.

а) В Риме в царствование Диоклитиана, в 324г. по Р. Хр., на сцене театра во время кощунственного изображения христианского таинства крещения совершилось следующее чудо. Дело было так. Диоклитиан прибыл в Рим торжествовать двадцатилетие Максимианова царствования. В числе удовольствий, устроенных по этому случаю, были театральные зрелища. На сцене играл комедиант Генез. Играя в театре пред императорами и всем народом, он показал вид, что болен, и вскричал: «ах друзья мои! мне тяжело; желал бы облегчения». Другие ответили: «как бы нам помочь тебе? не построгать ли тебя, чтобы сделать более легким?» – «Несмысленные, – сказал Генез – «я хочу умереть христианином». «Для чего?» – спросили те. – «Для того чтоб этот великий день Бог принял меня, как беглеца». После того он позвал к себе священника и заклинателя, то есть комедиантов, представлявших их. Приблизившись к его ложу, священник сказал: «чадо, для чего ты позвал нас?» Тогда Генез, как бы по вдохновению свыше, отвечал им с твердостью: «хочу принять благодать Иисуса Христа и возродиться, чтоб получить отпущение во грехах». Они совершили над ним обряд крещения, и когда он был облечен в белые одежды, солдаты (комедианты) схватили его и представили императору для допроса, как исповедника. Тогда он, не ожидая вопросов, воскликнул: «внимайте, император и весь двор, мудрые и жители сего города! всякий раз, как только называли мне христианина, я чувствовал отвращение и оскорблял твердых в исповедании этой веры. Я отрекся самих родителей и родства потому только, что они были христиане, презирал я эту веру до того, что для вашего удовольствия копировал их таинства. Но когда вода коснулась меня обнаженного, и на вопрос: веруешь ли, я дал ответ, что верую, я увидел руку, сходящую с небес, и светоносных ангелов надо мною, читавших в книге все грехи, от юности мною соделанные; они омыли потом книгу в воде крещения и показали мне ее чистою и белою, как снег. Посему и вы, император и народ, смеявшиеся над таинством, веруйте со мною, что Иисус Христос есть истинный Господь, Свет и Истина, что Он есть Тот чрез. Которого и вы можете получить избавление».

Раздраженный император Диоклитиан велел жестоко быть его палками и поручил префекту принудить его к отречению. Генез, вытерпевши самые страшные муки, не отрекся и был, наконец, усечен 25 августа того года. (См. «Летопись церковн. событий и гражд. поясняющих церк.» Архиман. Арсения. Вып. I, стр. 89).

б) В ином роде совершилось чудесное знамение во время совершения таинства крещения над равноапостольным князем Владимиром. После совещания о вере Владимир, как известно из достоверных летописных сказаний, в 987 г., пошел с войском к Корсуню и, взяв его, требовал руки царевны у двора константинопольского. Ему отвечали: «пусть примет св. веру». – «Я давно испытал и полюбил ее», говорил Владимир. Между тем, на деле не столько он был готов к великой перемене, сколько казалось ему самому: еще нужно было для него особенное посещение Божие. Прежде чем Анна, сестра императоров прибыла, в Корсунь с духовенством и свящ. вещами, с князем языческим случилось то же самое, что было с Савлом, впоследствии апостолом Павлом: он ослеп. Прибывшая царевна предложила ему не медлить крещением, как средством к здравию. Он согласился. Епископ корсунский возложил руку на выходящего из купели князя. И вдруг Владимир в крещении Василий, прозрел и душевно и телесно, и в восторге воскликнул: «теперь я увидел Бога истинного!» Некоторые из дружины Владимира, пораженные чудом, крестились тогда же вслед за князем. Владимир возвратился в Киев новым, с памятниками боевой и христианской славы своей. (См. кн.: «Русские святые, чтимые всею церковью или место», Филарета, архиеп. черниг. Ч. II. 1882 г. стр. 385).