Дурацкие игры магов. Книга вторая
Шрифт:
– Да, - ответила Маруся, и в пальцах мага задымилась сигарета:
– Тогда я предпочту воздержаться от вопросов.
Ричард и Валечка недовольно переглянулись и одновременно потянулись к кувшину, а Бастиар наклонился вперёд и, с удивлением поглядывая на сигарету, поинтересовался:
– Что происходит между тобой и принцем?
– Ничего особенного. Я его игрушка, - невозмутимо ответил маг и затянулся.
Граф сдвинул брови, выпрямился и с неодобрением качнул головой:
– Не понимаю. В тебе бушует сила, маг. Почему ты позволяешь обходиться с собой так…
– Артём - мой друг!
– Друг? Принц убивает тебя, а ты молчишь! Что за дружба такая?
Дмитрий опустил голову и повертел в руках сигарету:
– Не знаю… Но, как бы то ни было, я дал себе слово защищать брата и сдержу его. Я вытащу Тёму из Камии и помогу справиться с безумием!
– А меня ты спросил?
– раздался сердитый голос Артёма. Принц плюхнулся на стул рядом с Димой и налил себе вина.- Почему ты всегда решаешь за меня?
– Извини. Чего хочешь ты, Тёма?
– Твоей смерти!
– прошипел временной маг, отшвырнул кубок, и вскочил.
Дмитрий бесстрастно взглянул в его перекошенное яростью лицо:
– Тогда почему ты медлишь, Тёма? Я лишён магии и не справлюсь с тобой.
Артём оторопело моргнул, словно на секунду забыл, где находится, а потом заорал громче прежнего:
– Ты опять навязываешь мне свои правила! Да как ты смеешь?! Ты - никто! А я - принц Камии, и в этом мире я решаю, кому как жить и когда умирать!
– Простите, Ваше высочество, - ровным тоном произнёс Дмитрий и склонил голову, всем своим видом демонстрируя покорность: - Так как я должен жить, принц?
– Ты должен умереть!
– Хорошо, Тёма. Когда?
Шоколадные глаза наполнились слезами и беспомощно заметались по залу, словно ища поддержки у стен и дверей. И вдруг Артём, издав то ли стон, то ли всхлип, надрывно завопил:
– Я понял! Ты нарочно! Ты всё знаешь и притворяешься! Ты издеваешься надо мной!
Он взмахнул рукой, и Дима повалился на стол.
– Зачем, Тёма?
– пронзительно вскрикнула Маруся, а Ричард, Валентин и Бастиар испуганно вздрогнули: Дмитрий выглядел так, словно целитель не прикасался к нему.
Зловеще сверкнув глазами, Артём стащил друга со стула и за волосы поволок на середину зала:
– Неблагодарная свинья! Я посажу тебя обратно в клетку! Тебя нельзя пускать в приличное общество! Я честно хотел быть добрым, но ты этого не заслуживаешь!
– С меня достаточно!
– проревел Ричард, вскочил, опрокинув стул, и ринулся к временному магу. Оказавшись рядом, он приглушённо рыкнул и с размаха залепил ему пощёчину.
– Совсем отупел? Не понимаешь, над кем измываешься?
Артём прижал руку к пылающей щеке и ошеломлённо уставился на инмарца:
– Ты чего?
– Хватит, я сказал! Оставь Диму в покое!
– Ты в моём замке, Ричи! Здесь я…
– Заткнись!
– Инмарец грозно сверкнул глазами и скалой навис над другом: - Или поговорим о том, кому на самом деле должен принадлежит этот замок?!
– Что?!
– Хочу тебе кое-что напомнить, дружок. Ты всего лишь ученик великого пройдохи Олефира, а Дима - его родной племянник! Так кто из вас имеет больше прав на камийский престол?
– Я!
– чуть не плача, выпалил Артём.
– Да, что ты говоришь?! Может, спросим у камийцев? Они так трепетно относятся к великому магистру, что не преминут свергнуть самозванца и посадить на трон племянника Олефира!
– Свергнуть меня?
– в ужасе пролепетал временной маг, выпустил волосы Димы и беспомощно взглянул на него: - Ты хочешь занять камийский престол?
Приподняв голову, Дмитрии вымученно улыбнулся:
– Нет, Тёма, Камия твоя.
Лицо Артёма просветлело. Он победно взглянул на Ричарда и воскликнул:
– Вот видишь! Ему не нужен мой трон! Принц Камии - я!
Нервно хихикнув, Артём схватил Диму за шиворот и потащил дальше. Но не сделал и пары шагов, как инмарец вновь преградил ему путь. Он ткнул указательным пальцем в грудь временного мага и угрожающе прорычал:
– Принц ты или нет - спектакль заканчивай! Оставь Диму в покое!
– Не мешай!
– прошипел Артём, и его шоколадные глаза блеснули серебром.
Но Ричарда это не остановило.
– А что ты сделаешь? Посадишь в клетку рядом с Димой? Так лучше в клетке с ним, чем в замке с тобой!
– Чем тебя не устраивает мой замок?
– Хозяин у него идиот!
– Это почему же?
– вкрадчиво поинтересовался принц, и ледяной серебряный свет поглотил шоколадные глаза.
– Осторожно, Ричи!
– крикнул Валечка, но инмарец отмахнулся:
– Не встревай, Валя! Дай сказать этому заигравшемуся чародею всё, что я о нём думаю!
– Говори, - плотоядно оскалился Смерть.
– И скажу! Ты обязан Диме жизнью! Твой бред о великом Олефире - смешон! Фира давно напрашивался. Он заслуживал смерти, хотя бы за то, что сделал из светлого мальчика Тёмы безумную Смерть!
– Неправда!
– Заткнись и слушай! Ты обязан вылечить Диму и вернуть ему магию и память. Он единственный, кто может помочь тебе и всем нам!
– Он должен умереть!
– Нет! Я не позволю убить его! Я буду драться с тобой, даже если это будет мой последний бой!
– Ричард оттолкнул Смерть, загородил собой Диму и выхватил меч.
– Ну, давай, Тёма, убей меня! Лучше я умру, чем стану смотреть, как ты превращаешься в Олефира! Можешь и дальше петь ему дифирамбы, но меня ими не проймёшь! Я помню, как он издевался над Димой! Я догадываюсь, что он делал с тобой, Тёма! И я до сих пор ненавижу вашего учителя! Если бы я мог повернуть Время, я бы убил его сам!
Валентин залпом допил вино, ободряюще хлопнул бледного Бастиара по спине и переместился к Ричарду. Встав плечом к плечу с инмарцем, он посмотрел в ледяные глаза Смерти и удручённо вздохнул:
– Прости, Тёма, но Ричи прав. Ты, и впрямь, выглядишь карикатурой Олефира. Так не может продолжаться. Тебе придётся убить нас обоих, друг.
– Троих!
– поправила Маруся и оказалась рядом с мужем.
Смерть отступил, опустил голову, а когда поднял её вновь, на друзей смотрели полные горечи шоколадные глаза.