Чтение онлайн

Ричард, Маруся и Валентин в ужасе смотрели на то место, где только что стоял Артём.

–  Он… - начал было инмарец и отшатнулся: к его ногам упало окровавленное тело Дмитрия.

От плаща и рубашки остались лишь клочья. Спину и руки покрывали вздувшиеся рваные полосы, а босые ноги с чёрно-синими, распухшими ступнями вызвали тошноту даже у видавшего виды целителя.

–  Я доходчиво объяснил?
– спросил Артём, задыхаясь.

Он смотрел на друзей красными измученными глазами и, точно пьяный, шатался из стороны в сторону. Маруся всхлипнула, опустилась на колени и дрожащей рукой провела по изуродованному лицу возлюбленного:

–  Почему?

–  Тебе не понять, детка, - криво улыбнулся принц Камии и тяжело опустился на стул.

Валентин с трудом отвел взгляд от истерзанного друга, потёр виски и удручённо вздохнул:

–  Ты допрыгаешься, Тёма. Дима очнётся и убьёт тебя.

–  Я не предоставлю ему такой возможности, - прошептал Артём и, запинаясь, добавил: - Запомните… эти двенадцать часов он выдержал, но я… временной маг… и могу сделать его мучения бесконечными…

Ричард и Валентин растерянно переглянулись: принц выглядел так, словно издевался не над Димой, а над самим собой.

–  Ты достойный ученик Олефира, Тёма, - скорбно произнёс инмарец.
– Великий магистр гордился бы тобой.

–  Убирайтесь!
– с яростью прошипел Артём и махнул рукой, словно отгоняя назойливых мух.

Валечка, Ричард и Маруся исчезли, а временной маг тоскливо всхлипнул и сполз на пол. Ему смертельно хотелось спать.

–  Дима… помоги…

Насилу перебирая руками и ногами, Артём подполз к другу, уткнулся в его окровавленное плечо и потерял сознание.

Солнечный Друг с кислым видом оглядел охотничью гостиную. Витражные окна со сценами травли почти не пропускали света, и в комнате горели шарообразные магические светильники. В их желтовато-синем свете угрожающе мерцали отполированные клыки и стеклянные глаза оленей, волков, кабанов и прочих лесных обитателей, чьи головы навсегда превратились в украшения.

–  Замечательная аллегория.

–  О чём ты?
– сердито спросил инмарец, исподлобья разглядывая мечи и кинжалы, луки и арбалеты, развешанные на стене.

Маруся подошла к огромному бурому медведю, вздыбившемуся на задние лапы, и бережно погладила его по мохнатому животу:

–  Думаю, Валя имел в виду то, что Артём считает Диму своим трофеем. И нас заодно.

–  Объяснение и предупреждение, - кивнул Валентин, шагнул к стене и снял с крючка тонкий изящный кинжал.
– Красивая штучка.

Землянин сотворил ножны и пристроил их на поясе джинсов. Ричард с недоумением следил за его другом.

–  Зачем тебе оружие? Против Тёминой магии он бесполезен.

–  Мой ответ Чемберлену!
– заявил Валентин и насмешливо пояснил: - Это ответная аллегория, Ричи - без боя мы не сдадимся!

–  Ты с ума сошёл? Драться с Тёмой?

–  Только в крайнем случае.

–  И всё равно…

–  Валя прав, Ричи, - вмешалась Маруся.
– Мы не можем просто стоять и смотреть, как Артём убивает Диму!

Инмарец скрипнул зубами, но возражать против самоубийственного заявления жены не стал. Душа Ричарда разрывалась от боли: он любил и Диму, и Тёму, и воевать с ними не желал. Однако, вспомнив, в каком ужасном состоянии временной маг приволок побратима, помимо воли сжал кулаки:

–  Значит, война.

–  Полегче на поворотах, Ричи, - проворчал Валентин.
– Тёма может понять твои слова буквально. А лично я умирать пока не собираюсь.

Землянин прикрыл глаза, осторожно заглянул в обеденный зал и покачал головой:

–  Они спят, так что, оставим войну до утра. Глядишь, у Тёмы просветление случится. Как говорят на Земле: утро вечера мудренее. Предлагаю воспользоваться народным советом.

Ричард угрюмо кивнул, обнял жену за плечи, и они направились к дверям.

"Мы обязательно должны поговорить, Маруся", - прошелестел в голове девушки мягкий голос землянина.

"О чём?"

"О тебе и Артёме".

"Здесь нечего обсуждать, Валя".

Двери охотничьего зала захлопнулись, и Валентин озабоченно потёр нос: "Всё страньше и страньше… Нужно во что бы то ни стало выяснить, что их связывает. Ненавижу быть в неведенье!" Валечка зевнул и переместился в свои покои.

Друзья.

Белое камийское солнце выползло из-за горизонта и атаковало Ёсс. Яркие, бойкие "воины" смело ворвались в окна замка, пробудили камийцев и возвестили о начале нового дня. Добрались они и до обеденного зала. Скользнули по светло-серому полу, осветили лица магов и требовательно заплясали на них, призывая проснуться.

Усилия солнечных диверсантов окупились наполовину: Дмитрий не шелохнулся, а вот Артём, почувствовав тёплое прикосновение, открыл глаза. Тело по-прежнему ныло, но по сравнению со вчерашней болью это были пустяки. Едва заметно шевельнув пальцами, временной маг задвинул плотные шторы и, когда в зале воцарился серый умиротворяющий полумрак, посмотрел на друга:

–  Просыпайся, поговорим!

Слова, подкреплённые магией, подействовали мгновенно. Дима очнулся и закашлялся, сплёвывая кровь. Затем медленно перетёк в сидячее положение, сложил руки на коленях и замер. Шевелиться не хотелось, ибо каждое движение отзывалось чудовищной болью.

–  Тебе не надоело, Тёма?

–  Мы только начали, - преувеличено весело ответил принц, вскочил и направился к столу.

Плюхнулся на стул, навалил в тарелку холодного жаркого, взял вилку и стал есть, искоса поглядывая на друга. Дима насмешливо качнул головой:

–  Спасибо, я не голоден. Лучше скажи: то, что ты делал со мной вчера… Именно так над тобой издевался Олефир?

Артём закашлялся, выплюнул кусок мяса и зашипел, как крыса, которой придавили хвост:

–  Заткнись! Не тебе судить великого магистра!

–  Почему? Если ты - мой брат, значит, я тоже сын Олефира и прошёл его школу вместе с тобой.

–  Ты мне не брат! У принца Камии не может быть такого убогого родственника!

Сжав в кулаке вилку, Артём с ненавистью и угрозой смотрел на друга, но Дима не думал отступать. Вчера он кое-что услышал от рыжеволосого целителя и хотел получить подтверждение его словам.

–  Тогда кто я, Тёма?

–  Моя игрушка!

–  Это сейчас, - оскалился Дмитрий, скрывая за ехидной ухмылкой болезненную гримасу, - а раньше? Король Годара и лучший маг Лайфгарма, не так ли?

Артём сверлил друга глазами, не в силах сказать ни да, ни нет, и Дима нервно рассмеялся:

–  Неужели я был сильнее принца Камии? Ты мстишь мне за это, Тёма?

–  Из-за тебя я убил великого Олефира!

–  Значит, не такой уж он был великий, раз его смог убить обычный принц Камии.