Чтение онлайн

–  Дима должен проснуться сам! Я же проснулся - теперь его очередь! Пусть вертится, как хочет - я пальцем не шевельну, чтобы помочь ему.
– Артём упрямо сжал губы и недовольно уставился на Бастиара: - Ты дал мне плохой совет. Придумай что-нибудь поумнее!

–  Как изволите, Ваше высочество.

Граф склонил голову и задумался.

–  Ну и что ты молчишь?
– спустя минуту осведомился принц Камии.
– Или все твои мысли разом ушли в отпуск?

–  Дело в том, принц, что Вы не совсем правы…

–  Что?!
– Артём взлетел с кресла и хищным зверем навис над Бастиаром: - Смеешь перечить мне? От моего братца наглости нахватался? Только имей в виду, Басти: Дима мне больше, чем брат, и я скорее умру, чем позволю себе убить его! А вот ты…

Артём осёкся и замер с открытым ртом: смысл фразы, которую он только что произнёс, привёл его в замешательство. Бастиар же с изумлением смотрел на повелителя и не верил глазам. Грозный и жестокий принц Камии выглядел запутавшимся мальчишкой, который вслух признался в своих заблуждениях и удивлён этим до крайности.

–  Да!
– Принц выпрямился, потряс кулаком, словно угрожая кому-то, и заорал в потолок: - Ты не заставишь меня убить его! Он мой единственный друг, а ты - сволочь! Я разбужу Смерть, и, кем бы ты ни был, ты узнаешь его мощь и гнев! Скотина!

Испуганно сжавшись, Бастиар проследил за взглядом Артёма, словно надеясь увидеть его врага, но, кроме замысловатой лепнины, на потолке ничего не было. И слава Олефиру! Ибо встречаться с могущественным существом, посмевшим поднять руку на таких магов, как Дмитрий и Артём, решительно не хотелось.

Тем временем принц глубоко вздохнул, опустился в кресло и благосклонно улыбнулся графу:

–  Спасибо за мудрый совет, Басти. Пусть ты всего лишь озвучил его, но от этого он не потерял привлекательности. Маша боялась совершено зря. Её я тоже не хочу убивать. У моего брата должна быть собственная игрушка, а девочка как нельзя лучше подходит на эту роль. Можешь идти домой, советник, да не забудь: хоть мой любимый магистр мёртв, ты должен продолжать делать то, что делал. Потом мы поговорим об этом подробнее, а сейчас у меня другие заботы. Пока, Басти!

–  До свидания, Ваше высочество, - ошарашено проговорил граф, огляделся и обнаружил, что сидит в своей спальне, в любимом кресле у окна, из которого открывался прекрасный вид на Каруйскую долину.

Бастиар машинально взял с подоконника золотой колокольчик и позвонил. Почти сразу в дверях возникла горничная. С удивлением взглянув на неизвестно как попавшего в спальню графа, она молча поклонилась:

–  Что угодно Вашему сиятельству?

–  Приготовь мне ванну, Лиана, и разбери постель. Я смертельно устал, - тихо вымолвил Бастиар и потёр лоб: он вдруг засомневался, что поступил правильно, выполнив просьбу Милены Маквелл.

Холодный утренний туман стелился по сонной траве, прятался в корнях могучих деревьев и тихо умирал, оседая на землю живительной росой. Скромные лесные цветы, скинув дремоту, приподняли нежные венчики; разбуженные шаловливым ветерком, зашелестели листья осины, зазвенели длинные иглы сосен. В первых полосах света закружилась, зажужжала неугомонная мошкара.

Тихо застонав, Дима открыл глаза и уставился на пушистую еловую лапу, почти касающуюся лица. Голова болела нещадно: казалось, что сотни крохотных, озлобленных червячков задались целью просверлить дыры в черепе мага. Разум, окутанный мутной колдовской дымкой, отказывался воспринимать действительность. Откуда-то издалека донеслось звонкое птичье пение, ноздри затрепетали, уловив душистые запахи хвои, смолы и мёда, и Дмитрий сообразил, что находится в лесу. Он отвёл еловую лапу в сторону и поднялся. Боль понемногу стихала, но уходить насовсем не желала, мешая магу сосредоточиться и подумать о чём-то очень важном. Закинув голову, Дима заворожено смотрел, как качаются зелёные вершины, будто щекоча бело-голубое небо, как проносятся над ними тёмные стрелы птиц и неспешно плывут корабли-облака.

Белое солнце только пустилось в путь по небосклону, его лучи, сонные и неокрепшие, лениво скользили по кронам деревьев, а величественные сосны и стройные ели снисходительно принимали их тёплые ласки.

Дмитрий вдохнул полной грудью - утро выдалось безмятежно прекрасным. Оно дарило умиротворение, покой и свободу - вокруг не было ни стен, ни людей.

Улыбнувшись, маг отряхнул плащ и зашагал вперёд, с интересом поглядывая по сторонам. Точно добравшийся до оазиса путник, он впитывал в себя красоту и безмятежность леса, и улыбка на губах становилась шире и счастливее. Дима не задумывался, куда и зачем идёт. Ноги сами несли его вглубь векового леса.

Неожиданно к чарующим звукам утра добавилось громкое отрывистое хлюпанье. Сначала Дмитрий не обращал на него внимания, но хлюпанье переросло в жалобный вой, и он занервничал. Кто-то посмел испортить его сказочно прекрасную прогулку, и, яростно сжав кулаки, маг понёсся к источнику раздражения. Ловко лавируя между деревьями, он бежал и бежал, пока не оказался возле плотных зарослей орешника. Здесь, в тени круглых зелёных листьев, обнаружились двое мальчишек, похожих друг на друга, как две капли воды. Чёрные волосы, пухлые губы, тёмно-серые глаза. Пижамы на них тоже были одинаковые - синие, с золотистыми кармашками на груди. Близнецы сидели в обнимку, жалобно скулили, подвывали и дружно хлюпали красными носами.

Дмитрий остановился и с неприязнью воззрился на детей. Возиться с ними не хотелось, мага тянуло вернуться на тропу и шагать по ней, наслаждаясь прогулкой. Но тут боль, преследовавшая его с момента пробуждения, ушла, туман в голове развеялся, и мысли стали чёткими и ясными. Дима моргнул и оторопело уставился на внуков аргульского наместника.

–  Морти? Макс? Что вы здесь делаете?
– машинально спросил он и едва не зарычал от злости, осознав, кто затеял эту игру.

Вскинув голову, маг взглянул на белое солнце, почти целиком выбравшееся из-за макушек, и закричал:

–  Что ты творишь, Тёма? Зачем?

Ответа не последовало. Дима скрипнул зубами и опустил голову: мальчишки с благоговейным страхом взирали на него и дрожали. Мысленно ругнувшись, маг присел на корточки, протянул руку и осторожно коснулся плеча одного из близнецов:

–  Не нужно бояться. Я не причиню вам вреда.

По одинаковым тёмно-серым глазам он понял, что ему не поверили. "Неудивительно. Дети собственными ушами слышали, как Артём назвал меня братом. Брат принца Камии… Чудовище из ночных кошмаров!
– с досадой подумал Дмитрий, убрал руку, и в пальцах задымилась сигарета.
– Нет, ещё хуже. Чудовище, которому следует безоговорочно подчиняться". Маг выпрямился и, отвернувшись, произнёс:

–  Вставайте.

Внуки Ральфа мгновенно оказались на ногах. Они жались друг к другу, как щенята, часто всхлипывали, но ни словом, ни жестом не возразили магу. Краем глаза Дмитрий смотрел на них, раздумывая, что делать. Он не знал, какую игру затеял Артём, но чувствовал, что Морти и Максу в ней уготована роль жертвенных агнцев. "И что я, ущербный маг, могу противопоставить самому опасному существу во Вселенной?"

В ответ на его вопрос таинственная сила, клокотавшая в глубинах сознания, штормовой волной врезалась в невидимый мощный барьер, откатилась, и неистовые удары посыпались один за другим. Барьер задрожал, и Диме показалось, что сила вот-вот вырвется на свободу. Но защита устояла, а магический тайфун, словно осознав тщетность своих усилий, стих и растёкся в сознании тёмной неподвижной гладью.