Чтение онлайн

–  С Лирией прошло как по писаному, - констатировала Розалия, усевшись в кресло перед камином, в котором светился волшебный экран Витуса.
– Что в Инмаре?

–  В отличие от Корнея, Михаил сопротивляется довольно успешно. Впрочем, смотри сама.

В камине вспыхнул магический экран, и в гостиной годарской наместницы зазвучал визгливый голос миротворца.

–  Выметайтесь из моего дворца, иначе от вас мокрого места не останется!
– вертя над головой огненный меч, орал он.
– Я запомнил вас всех, смутьяны! Карающая длань коснётся каждого! Вы сдохнете, а я буду править вашей страной, и добьюсь того, что вы добровольно сдадите мечи на переплавку и займётесь мирным сельским трудом!

Изо рта высшего мага летели капельки слюны, и Розалия поморщилась:

–  Он успел воспользоваться боевыми заклинаниями?

–  Конечно. Наш миротворец быстро разобрался, что к чему. И без боя Инмар не отдаст.

–  Потери есть?

–  Тяжелораненых пока двое, у десятка - переломы и ожоги, царапины и ушибы я не считаю. Целители пока справляются без меня, так что жду распоряжений, Роза. Загнанный в угол зверь смертельно опасен.

–  Предлагаешь убить его?

Розалия Степановна посмотрела на экран, где Михаил продолжал размахивать мечом и орать:

–  А тебя, Жеврон, я лишаю звания маршала и приговариваю к смертной казни!

Высший маг направил на руководителя заговорщиков огненный меч. Язык пламени рванулся к маршалу, но лизнул лишь каменную плиту, где тот стоял мгновеньем раньше.

–  Молодец, Парамон!
– усмехнулся Витус и тотчас нахмурился: - Но против Михаила он долго не продержится. Так что, если хочешь сохранить жизнь своему протеже, мне волей-неволей придётся вмешаться.

Розалия оторвала недовольный взгляд от экрана, где Парамон непрерывно перемещал несчастного маршала с места на место, спасая от огненного меча миротворца, и вздохнула:

–  Ты прав, Витус. Без тебя нам не обойтись. Только не убивай его, а обездвижь. Я хочу, чтобы судьбу миротворца решил Дмитрий. В конце концов, это его мир.

–  Как скажешь, - кивнул гном, шагнул прямо в камин и возник на экране.

–  Ещё один предатель явился!
– зло воскликнул Михаил.
– Твоя ушлая бабёнка ещё поплатится за свои мерзкие деяния! Лайфгарм не допустит, чтобы на его земле воцарилась иномирянка! А тебя я убью!

Огненный язык метнулся к гному, ударился о защитное поле, зашипел, потух, и меч в руке миротворца рассыпался в пыль. Михаил с недоумением взглянул на испачканную золой ладонь, но мгновенно опомнился, и в Витуса полетели багровые молнии.

–  Ну, ты и развоевался, - с насмешкой покачал головой гном и, не обращая внимания на врезающиеся в щит молнии, направился к миротворцу.
– Не дорос ты ещё с целителем драться, а за оскорбление моей женщины отдельно ответишь!

Витус приблизился к Михаилу, и тот, опустив руки, в страхе попятился: гном вдруг стал выше ростом, а его сжатая в кулак ладонь напомнила руку могучего силача.

–  Э-эт-т… - испуганно проблеял миротворец, хотел сказать что-то ещё, но пудовый кулак врезался в его лицо.

Обливаясь кровью, Михаил рухнул на ступени перед троном.

–  Вы убили его?
– мрачно поинтересовался Жеврон.

–  Я целитель, а не палач, - ядовито ухмыльнулся гном, защёлкнул на запястьях бывшего короля наручники из белого металла и приказал: - Тащите его в камеру, а когда очнётся, местный лекарь подлатает ему физиономию. Михаил должен предстать перед вашим законным королём в приличном виде!

Внезапно гном обернулся и посмотрел перед собой.

–  Или ты хотела поговорить с ним, Роза?

–  Незачем, - передёрнула плечами наместница.
– Пусть ждёт возвращения Дмитрия. А вот сказать пару ласковых Жеврону - не откажусь!

Розалия шагнула в камин и оказалась перед маршалом. Скрестив руки на груди, она молча смотрела на него, и Жеврон почувствовал себя провинившимся школяром.

–  Дело в том, мадам, - начал оправдываться он, - что мы не ожидали от господина мага столь решительных действий. Михаил всегда производил впечатления человека трусоватого и нерешительного…

–  Вам было приказано застать его врасплох. Вы должны были захватить миротворца в спальне, а не ждать утренней аудиенции!

–  Но мы думали, что так будет эффектнее…

–  Вы что, спектакль поставить решили вместо переворота? Так вот, представление не удалось! И ты, наместник, из своего кармана оплатишь лечение раненых и восстановление тронного зала! Ясно?

–  Да, мадам Розалия!
– Маршал поклонился и подобострастно взглянул на землянку: - Будут ещё указания?

–  Пока всё. Через неделю жду в Кероне! Надеюсь, что хоть здесь ты меня не подведёшь, и я услышу об успехах, а не провалах! Ладно, хватит болтать. Начинай работать!

–  Есть!
– отрапортовал инмарец, но Розалии уже не было в зале.

Витус с сочувствием посмотрел на вспотевший лоб маршала, хмыкнул и пропал, а Жеврон облегчённо вздохнул и попросил:

–  Перенеси меня на дворцовую площадь, Парамон. Надо сообщить инмарцам о смене власти…

В покоях правительницы Годара Витус появился с букетом васильков и ромашек. Розалия удивлённо вскинула брови:

–  Я никогда не говорила тебе, что это мои любимые цветы.

–  Однако когда я дарил тебе розы и прочие изысканные букеты, в твоём сознании мелькал образ именно этих полевых цветов, и я решил, что подарю их тебе, когда буду делать предложение.

Гном протянул Розалии букет, поцеловал руку и сел в соседнее кресло. Землянка выжидающе смотрела на Витуса, но он молчал. Пауза затягивалась. На лице Розалии проступило недоумение: она ждала от любовника слов или каких-то полагающихся случаю действий, однако гном достал из кармана трубку и начал тщательно набивать её табаком. Терпения землянке было не занимать, и она молчала, ожидая продолжения столь странно высказанного предложения руки и сердца.

Витус раскурил трубку, выпустил клуб дыма и глубоко вдохнул, будто собирался нырнуть в омут:

–  Сначала я должен рассказать тебе кое-что, Роза. А потом, если ты не отвернёшься от меня, я попрошу твоей руки, как полагается.

И, не дожидаясь согласия землянки, гном начал говорить. Розалия слушала его, не перебивая и ни о чём не спрашивая, лишь однажды она побледнела и, закусив губу, с горечью взглянула на гнома. В этот момент Витус готов был провалиться сквозь землю. Он замолчал, собираясь уйти по первому знаку, но землянка покачала головой и кивком велела ему продолжать. Розалия выслушала историю жениха до конца, и когда, трепеща от волнения, Витус спросил, согласна ли она стать его женой, твёрдо ответила: