Чтение онлайн

–  Мы ещё повоюем, Ричи!
– вытерев губы, почти весело заявил он и потянулся к бурдюку: - Выпьем! Красное вино очень полезно при кровопотерях, не так ли, Валя?
– Дима хлопнул по плечу временного мага.
– Прекрати трястись, Тёма! Ты же Смерть. Что ты смотришь на кровь с таким испугом?!

–  Ты ещё можешь смеяться?
– возмутился Артём, губы его дрожали, а в ледяных шоколадных глазах метался страх.

–  А что остаётся?
– нерадостно улыбнулся Дмитрий и залпом выпил вино.
– Если есть другие предложения, я готов их выслушать.

–  Какие тут предложения, - проворчал инмарец.

–  Пусть будет, как будет!
– Временной маг безнадёжно махнул рукой, опустошил бокал и протянул его землянину.
– Не зевай, Валя! Я собираюсь упиться вусмерть. А ты, не смей меня протрезвлять!

Артём погрозил Дмитрию кулаком, и тот покладисто кивнул:

–  Не буду: Напьёмся все вместе.

И четверо друзей одновременно подумали: "Надеюсь, не в последний раз"…

Временной маг вернулся в Литту под утро. Он крался по коридору, натыкаясь на стены, роняя вазы и не замечая испуганных лиц придворных, с опаской выглядывающих из-за дверей. Перемещаясь в Литтийский дворец, Тёма ошибся совсем чуть-чуть, но сто метров, которые отделяли его от спальни Вереники, дались с превеликим трудом: в покои царицы Лирии маг вполз на четвереньках, а до кровати добирался уже по-пластунски. Наконец нелёгкий путь завершился. Артём поднялся на колени, уткнулся лицом в одеяло и простонал:

–  Ника…

–  Тёмочка, милый, что с тобой?

Вереника выбралась из-под одеяла, села на пол рядом с Артёмом и положила руки на его подрагивающие от рыданий плечи.

–  Ника… - всхлипнул временной маг.
– Ника…

Девочка с нежностью погладила жениха по спутанным пшеничным волосам, поцеловала в лоб и ласково сказала:

–  Я люблю тебя, Тёма. Ты самый замечательный, самый хороший. У нас всё будет хорошо, Тёма.

–  Ника… - разрыдался Артём, уткнувшись в её живот.
– Не оставляй меня, Ника. Мне страшно.

–  Глупый, я всегда буду рядом, - сквозь слёзы улыбнулась девочка и потянула мага за руку.
– Забирайся на мою кровать, Тёма! Всё равно до своей не доберёшься. Фиг с ними, с приличиями.

Не переставая рыдать, Артём заполз на кровать, обнял подушку и мгновенно заснул, а царица Лирии довольно кивнула, стащила с жениха сапоги и легла рядом. Она гладила любимого по волосам и гадала: что или кто мог довести временного мага до нервного срыва.

Солнечный Друг решил не возвращаться в Керон, а перенёсся в дом Витуса, прятавшийся в центре Инмарских гор. Пожилой гном вставал рано, и Валентин застал его в лаборатории - целитель готовил магическое зелье. Над жаровней висел видавший виды котелок, в воздухе витал терпкий аромат горных трав и мёда.

–  Помочь?
– с готовностью предложил Солнечный Друг и, пошатываясь, приблизился к учителю.

–  Спасибо, нет, - ехидно ответил гном и поинтересовался: - Где напился-то? В Заре?

–  Ага. Все напились. И пошли со своими женщинами прощаться.

–  Прощаться, значит.
– Витус, не оборачиваясь, протрезвил ученика и наставительно произнёс: - Неприятности нужно встречать с ясной головой! О чём ты хотел поговорить?

–  О мамочке. Не могу понять, что происходит, но, кожей чую: со дня на день грянет буря… Мне не хотелось бы волноваться ещё и за мамочку. Ты позаботишься о ней?

Гном снял котелок с огня и поставил на стол:

–  Мог бы не спрашивать. Ты знаешь, как я отношусь к Розалии. Конечно, я присмотрю за ней.

–  Теперь я спокоен.

–  Ну, это ты врёшь. Тревога за мамочку ушла, но спокойствия тебе это не принесло. Хотя, чему удивляться? Я знал, что когда Дима вернётся, покоя не будет никому, - проворчал целитель, разливая зелье по тёмным бутылочкам.
– С того дня, как он появился на свет, Лайфгарм перестал быть тихим, уютным миром. Дима вечно оказывается причиной всех бед. Удивительная способность наживать неприятности!

–  За что ты так не любишь его?

–  А за что мне его любить? Между прочим, из-за него я однажды умер! Он мог бы остановить Артёма, но не сделал этого. Более того, он стоял и бесстрастно наблюдал, как временной маг уничтожает членов Совета!.. В общем, Дима ничего путного в своей жизни не сделал, и, в отличие от всех вас, я не испытываю восхищения перед этим недоучкой.

От изумления Валентин аж присел:

–  Недоучкой?

–  Да! Маг, который умеет только разрушать, не может считаться полностью обученным!

–  Эти претензии нужно предъявлять Олефиру! Он с детства учил Диму убивать, а на прочее времени не хватило. А Совет высших магов, между прочим, спокойно наблюдал за этим. Почему ты ни разу не сказал своему бывшему ученику, что он не прав?

–  Иди спать, Валя! О Розалии я позабочусь.

Солнечный Друг фыркнул и исчез, а Витус тяжело опустился на табурет и задумался - чутьё никогда не подводило его ученика.

Станислава нервничала. Она знала, что брат всего лишь ушёл навестить Ричарда, но ничего не могла с собой поделать - страх вновь потерять его затмевал разум.

После того, как Хранительница стала невестой Смерти, жизнь её превратилась в сплошной праздник. Дима угадывал и незамедлительно исполнял все желания сестры. Стася никогда не подозревала, что мужчина может быть совершенным настолько.

"Это всё потому, что он маг", - думала Хранительница, с восхищением глядя на брата. Месяц, проведённый рядом с ним, воплотил в жизнь все мечты: Дима не отказывал ей ни в чём, и Стася делала, что хотела. Залы и галереи Керонского дворца украсили цветы и золотые канделябры. Каменные стены задрапировали шёлковыми тканями. Окна расширили и завесили тюлем и лёгкими занавесками. А керонские повара вовсю изучали земную кухню, и каждая трапеза во дворце превращалась в чудесный пир.

Хранительница лучилась от счастья. Она забыла страхи, отринула сомнения и с нетерпением ожидала свадьбы, которая должна была поразить воображение лайфгармцев. Сотни гостей, артисты и музыканты… Стася уже видела себя замужней великосветской дамой, с томным видом рассказывающей о семейной идиллии и демонстрирующей подругам своих детей.

Но в ночь перед свадьбой мечты рухнули. Дима не вернулся домой, и Станислава оказалась в ужасном положении. Мало того, что свадьбу века пришлось отменить, так ещё годарцы требовали невозможного - править страной. Люди видели в Стасе сестру Смерти и могущественную Хранительницу, способную принимать сложные государственные решения, а женщине хотелось запереться в комнате и выть. До исчезновения Дмитрия, она не задумывалась о том, что в нагрузку к беззаботной семейной жизни прилагается ответственность за целую страну. Но, слава Богу, обошлось. Розалия Степановна появилась как всегда вовремя и спасла Стасю от страшной участи королевы. Конечно, ей пришлось нацепить корону, но лишь для того, чтобы успокоить годарцев. Сразу после коронации женщина подписала указ о назначении Розалии наместницей, и заперлась, наконец, в своих покоях, чтобы предаться унынию и скорби, как и полагалось, по её мнению, благородной даме. Как будет жить осиротевший Годар, Хранительницу не интересовало. У неё был другое, боле важное занятие - жалеть себя и оплакивать порушенную семейную жизнь.

А потом Дима вернулся, и Станислава возродилась, точно феникс из пепла - впереди вновь замаячили свадьба и семейная идиллия. Однако радовалась Стася ровно два дня. На третий брат заявил, что займётся с ней боевой магией, и женщина пришла в ужас. Вместо тихих вечеров у камина Дима предлагал метать шары и молнии. Точь-в-точь как Олефир. Но отказаться Хранительница не посмела, и пришлось смириться с многочасовыми уроками, от которых ломило спину и руки и нещадно рябило в глазах. А уж когда к ней присоединился Валентин, стало совсем туго: бывший муж, которого Станислава считала лентяем и пьяницей, так рьяно взялся за учёбу, что оставалось только зубами скрипеть от злости. На фоне успехов друга, потуги сестры выглядели жалкими, и Дмитрий всё чаще хмурился, глядя на её кособокие шары и тусклые молнии.