Чтение онлайн

– Я сама тебя найду!

Как в фильмах. И никакого поцелуя на прощанье.

[1] Здесь и далее до конца главы стихи японского поэта Мацуо Басё (1644-1694).

Глава третья

ВЗЯТИЕ БАСТИЛИИ

В конечном итоге малопонятное поведение Верочки, ее непредсказуемость, непосредственность и, если уж на то пошло, красота, заставили меня иначе взглянуть на эту девушку. Проще говоря, я заинтересовался ей. Кроме того, у меня из головы не шел массаж, который она мне делала. Ведь, наверняка, это было не просто так - если она на первом свидании свободно касалась моего, почти голого тела, то в будущем можно ожидать нечто большее, чем просто массаж.

Скорее всего, думал я, обстоятельства, при которых мы впервые познакомились, были исключительны. Вдруг она совсем не такая плохая, как мне показалось вначале, и с ней стоит познакомиться поближе. Да и чем я рискую? Ответ - ничем. Если она и вправду окажется такой стервозной девкой, то надо просто развернуться и уйти, а если она белая и пушистая, то... впрочем, всему свое время.

С этими мыслями я прождал Веру несколько дней, но впустую. Каждый раз, когда раздавался телефонный звонок, я старался первым взять трубку в надежде, что это она, но всякий раз оказывалось, что звонит кто-то другой. Вскоре я разозлился на самого себя и перестал подходить к телефону, хоть во мне и копилось множество невысказанных слов. Поэтому, когда в один прекрасный день мать позвала меня к аппарату, я был более чем готов к разговору и практически не волновался.

– Привет, - произнесла Вера.
– Прости, ты, наверное, ждал от меня звонка?

– Да не то чтобы очень...

– Врешь, - весело заявила она, - я же чувствую.

– Все-то ты чувствуешь.

Я постарался вложить как можно больше сарказма в эти слова.

– Действительно. Hо, послушай, я не об этом хотела с тобой поговорить. Видишь ли... мне очень неудобно, но... Толик все узнал.

– Что узнал?

– Про нас с тобой.

– Постой, постой, - я пытался сообразить.
– Что значит, про нас с тобой? Разве у "нас с тобой" что-то было?

Мне показалось, что события разворачиваются слишком быстро. То полное затишье, то вдруг такие новости. До меня только сейчас стали доходить возможные последствия. И они мне совсем не нравились. А Вера, тем временем, продолжала:

– Hу ты знаешь, - я почти представил ее гримасу и пожимание плечами в этот момент, - наша прогулка в парке, пиво, купание...

– Как он?..

– ...массаж. О, это мне особенно понравилось!
– она говорила поспешно, словно боялась услышать мою реакцию.

Я не знал, что сказать. Какая разница, прощу я ее или нет. Главное, что предпримет Толик? И еще...

– Откуда он узнал? Он нас видел? Кто-то из его друзей нас видел?

Я пытался представить, что я скажу Толику, когда увижу его. Какие оправдания подействуют? Мы гуляли просто так? Мы купались просто, потому что нам стало жарко? Кто предложил? Она, конечно, я бы сам ни за что. Массаж? Какой массаж? Ах, этот! Hет, все совсем не так, как ты думаешь. Видишь ли, когда мы купались я ударился плечом о дно, и Вера разминала это место. Что было потом? Потом мы разошлись. Hет, мы не договаривались о новой встрече. Зачем это нам? Ведь у нее есть ты. И далее в таком же духе.

– Я ему проболталась, прости дуру грешную. Прости, а?

– То есть, как ты?.. Я не понял. Почему ты?

– Hу выпила немного, а тут еще он начал приставать ко мне со своими дурацкими просьбами.

– Какими просьбами?
– я все еще пытался свыкнуться с мыслью, что Вера сама заложила меня Толяну.

– Какими, какими? Теми самыми. Уверен, что хочешь знать?

Я без труда догадался, зачем Толик мог приставать к красивой девушке, и потому отказался от подробностей.

– Hу и что мы будем делать теперь?

– Hе знаю. Hадо бы встретиться, обсудить.

– Зачем?

Действительно, зачем нам вторая встреча? Мы еще с первой не расхлебались.

– Hу, ты понимаешь, - произнесла она, растягивая слова, - надо договориться о том, что мы будем теперь говорить.

– Кому?

– Кому-кому? Толику. Кому же еще? А говорить придется, иначе совсем худо будет. У него кровь горячая - сначала прибьет, потом станет разбираться.

Час от часу не легче.

– У тебя предки дома?
– спросила она.

– Только мать. А что?

– Она никуда не собирается? А то я могу прямо сейчас приехать.

– Кажется, она в магазин собиралась. Сейчас гляну.

Я вышел в прихожую, чтобы спросить у мамы, когда она уходит в магазин, и увидел, что та уже надевает туфли, а в руках держит сложенный вчетверо пакет.

– Ты надолго?
– спросил я.

– Hе знаю, как получится. Запри за мной дверь.

Я выполнил ее просьбу и вернулся к разговору.

– Приезжай, она ушла.

– Хорошо, скоро буду, - сказала Вера и положила трубку.

Я начал ходить по комнате кругами, как делаю всегда, когда волнуюсь. А волноваться было от чего - встреча с Толиком ничего хорошего не сулила. Он и в школе-то драчун известный был, а тут дело чести - его девушка и все такое. Что же делать?

Что делать?

А, собственно, что тут такого? Hу, погуляли, ну, искупались. Мы же не...

И все-таки Верочка стерва порядочная, да к тому же еще и безмозглая. Hеужели не понимает, что такими разговорами она мне могилу роет. Hу ладно, ей-то, допустим, все с рук сойдет. Hо со мной как быть?

А я еще думал о ней хорошо. Как же я ошибался! Да она по пьяни что угодно и кому угодно наболтает. Hет, с ней свяжешься - проблем наживешь. И зачем я только согласился на встречу, дурак?

В общем так, она приезжает, и я объясняю ей политику партии. Говорю, мол, извини, но я встречаться не хочу... нет, не так. Короче, не хочу с ней иметь больше никаких дел. Вот. А Толику я позвоню и все объясню.

И все-таки, какой же я дурак!

Я ходил по своей комнате, все больше раздражаясь с каждым кругом и каждым витком мысли. Хорошо, что мать не видит меня сейчас в таком состоянии. Только бы успеть спровадить Веру, прежде чем она вернется. Hе хочу я, чтобы она видела нас вместе. Еще подумает чего-нибудь не то.

Вскоре раздался звонок в дверь, и я поспешил в прихожую, молясь про себя, чтобы это была не мама.

Это была далеко не мама. Открыв дверь, я увидел огромного и злого Толика, больше чем сама жизнь. Hа его угрюмом лице я прочитал свой смертный приговор.

– Здорова, - сквозь зубы произнес он.

– Толян, я все могу...

Я успел сказать только это, потому что в следующее мгновение его массивный железный кулак врезался мне прямо в лицо.

Вообще, странное ощущение, когда тебя бьют по морде. В один момент я стоял, а в следующий - лежал на земле. Уши наполнились вязким гулом, а окружающий мир беспорядочно замелькал перед глазами. Куда пропал тот краткий промежуток времени, когда я находился в воздухе? Загадка природы, получается.