Чтение онлайн

— Еще немного поработаю с носом, и можно приступать к заднице! — крикнул он, расхохотавшись. Остальным понадобилось чуть больше времени, чтобы оценить шутку и присоединиться к нему. Десси Делани поджал губы, Голубая Бейсболка смутился, а у Серьги сделался испуганный вид.

А Толстяк казался абсолютно спокойным, он развернулся и зашагал в другой конец комнаты, покачивая головой и отщелкивая пальцами лишь ему одному известный мотив.

Я потрогал нос, он представлял собой месиво из хрящей и крови, но, как мне показалось, все-таки не был сломан. Я зажал переносицу, чтобы приостановить кровотечение.

Потом прикинул расстояние до лопаты, которую бросил Голубая Бейсболка. Заметил расположение садовых инструментов, висевших на стене.

Посмотрел на беспокойные лица бандитов. Если я и уйду отсюда, то только вместе с Толстяком.

Он вернулся с пивом и сигаретой. Отпив полбанки, рыгнул в лицо Голубой Бейсболке, затем подошел ко мне и помахал зажженной сигаретой перед моим носом.

— Я еще не закончил с этим ублюдком. Недолго осталось, — сказал он, исказив жирное лицо в злобной гримасе. Сделал глубокую затяжку и поднес раскаленный конец сигареты к моему не открывающемуся левому глазу, затем к открытому правому. От жара и дыма глаз заслезился и заболел. Я старался не струсить и не пропустить момент, когда можно будет нырнуть за лопатой.

— Толстяк, Джордж сказал…

Халлиган отшвырнул сигарету и развернулся к прервавшему его Десси Делани.

— Джордж сказал что?

Делани попытался подтянуться к Толстяку поближе и сказать ему что-то на ухо, но тот отмахнулся от него как от назойливой мухи.

— Слушай, блин, ты задолбал, что еще за секретики, шепчешься как девчонка. Что сказал мой брат?

— Что мы не должны заходить слишком далеко. Вытянуть из него все, что он знает, затем припугнуть как следует, вот и все, что он хочет, — сказал Делани.

Толстяк вплотную подошел к Десси, лоб в лоб.

— Я думаю, ему просто страшно, Десси. Тебе страшно? А?

Делани покачал головой.

— Нет, Толстяк, не страшно.

Халлиган сделал шаг назад.

— Молодец, — сказал он и со всего маху долбанул Десси головой. Делани взвыл от боли и упал на колени, держась руками за окровавленное лицо.

— А надо бояться. Мой брат. Мой брат, — неистово замотал головой Толстяк в такт каким-то своим внутренним ритмам. — Да кому, на хер, какое дело, что думает этот придурок. Приперся из Штатов, возомнил, что он чертовски крут, как не знаю кто, везде суется… То есть, если бы он хоть что-то вообще знал, знал, где был Томми Оуэнс, что произошло той ночью с Маклайамом и Питером Доусоном, если бы ему было что-то известно, даже если ему что-то известно — он же может исчезнуть, ведь так? Не так, это и сложно. Люди все время пропадают, так ведь? Никто их не ищет. Кроме всяких придурков, которые не в счет. Дело-то обычное. Не велика важность.

Внезапно Толстяк сдулся как воздушный шар. Свесил голову и уперся подбородком в грудь. Он продолжал разговаривать, бормотал что-то себе под нос. Затем так же внезапно опять взорвался.

— Просто потому, что Джордж хочет выглядеть как деловой кусок дерьма, не значит, что и мне хочется того же. У меня свои планы. Не какого-то, мать его… будто я ему какой-то гребаный официант. «Джордж сказал… Джордж хочет»… а как насчет меня, а? Как насчет моих планов?

Халлиган весь затрясся от напряжения. Развернулся и бросился бежать в дальний угол сарая, будто там вспыхнул пожар. Я уперся левой ногой в пол, вновь нацелившись схватить лопату. Толстяк вернулся с четырьмя банками пива и раздал их всем. Серьга и Голубая Бейсболка чокнулись, хлопнули друг друга по ладони, открыли пиво и выпили.

Десси сидел, съежившись на каменном полу, прислонившись к широким деревянным ножкам верстака. К носу он приложил банку пива, которую ему принес Толстяк.

— Тоже хочешь выпить, Дэсмонд? Верное решение. Давай покончим уже с этим ублюдком раз и навсегда.

Халлиган оказался проворней. Он бросил банку мне в голову. Пока я вытирал пиво с лица, Толстяк поднял лопату и всучил ее Голубой Бейсболке. Потом зашел за диван и снял косу со стены. Я вскочил и стал судорожно искать какое-нибудь оружие, но Голубая Бейсболка преградил мне путь лопатой; Толстяк начал зажимать меня в угол, рассекая воздух косой. Злобная улыбка, глазки, блестящие в предвкушении крови.

— Время жатвы. Не надо боятся жнеца, да, Десси? Никогда раньше не держал в руках косу. Думаю, все приходит с опытом. Стоит лишь попробовать.

Из дальнего конца сарая послышался чей-то голос.

— Толстяк, — позвал Делани.

— Слушай, отвали уже, а то ты будешь следующим, — заорал Халлиган. Слюна стекала по его подбородку. Он вновь начал размахивать косой. Свист лезвия звучал как вой смерти.

— Толстяк, к тебе пришли, — не унимался Делани. Это девка Доусона.

Я увидел копну золотых волос Линды. Что ей здесь понадобилось? Где мы находились? Этому сараю было, по крайней мере, лет пятьдесят. Дома Халлиганов построили лет десять назад.

— Эд, это ты? — спросила Линда.

Ее голос был вялый, безучастный и спокойный.

Толстяк спрятал косу под мышку и повернулся к Линде.

— Милая, ты ошиблась дверью? Парни, проследите, чтобы миссис Доусон вернулась в дом.

Серьга сделал шаг в сторону Линды. Десси поднялся, но не сдвинулся с места. Он испуганно смотрел то на меня, то на Толстяка.

Именно сейчас и нужно было действовать. Я ухватился для устойчивости за верстак, оперся о стену и ударил Халлигана обеими ногами между ребер. Он натолкнулся на диван и заорал, все еще держа косу подмышкой. Голубая Бейсболка уставился на Толстяка, открыв рот — лезвие врезалось тому в грудь, а острие вошло в плечо. Кровь так и хлынула. Стоя на коленях, он пытался вытащить косу. Но при каждой попытке становилось только хуже. Он взвыл от боли. Голубая Бейсболка все еще увлеченно наблюдал, как Толстяк бился в агонии. Я врезал Бейсболке по яйцам, отобрал лопату и пару раз ударил его по голове. Линда стояла посреди комнаты с затуманенными от наркоты глазами. Трудно сказать, какую дозу она приняла. Серьга шагнул в сторону Линды, затем в мою, схватил кувалду, лежавшую возле газонокосилки. Он не обладал достаточной ловкостью, чтобы правильно воспользоваться ею, и стал приближаться ко мне, держа кувалду за рукоятку у самого основания. Ему нужно было подойти ко мне вплотную, чтобы нанести удар. Выставив лопату вперед, я начал бить его по лицу пока он не упал, а затем ударил плашмя по голове. Толстяк все еще кричал, а в перерывах между криками проклинал меня и обещал расправиться. Но он просто повис на косе и без медицинской помощи не мог бы сделать и шага.

Зажав в руке мобильник, Десси кивнул мне головой и посмотрел в сторону двери.

— Выходи, — прошептал он одними губами.

— Ладно, Толстяк, сейчас мы тебе кого-нибудь приведем, — сказал он вслух.

Я пригрозил Делани лопатой, чтобы все выглядело правдоподобно, обхватил Линду за талию и стал пятиться спиной к двери.

— Я замочу эту суку, — вопил Толстяк.

Вместе с Линдой мы нырнули в открытую дверь, по направлению к тусклому свету.

Мы выбежали на дорожку из красноватого гравия, я успел закрыть снаружи дверь сарая на засов. Чуть вдали была густая березовая роща, а перед ней расстилалась изумрудная лужайка.

Линда нежно погладила мою левую щеку и провела согнутым указательным пальцем по губам.

— Ты в состоянии бежать? — спросила она с улыбкой.

Я кивнул головой и хотел было ее о чем-то спросить, но она остановила меня, прикоснувшись пальцами к губам и покачала головой.

— Поговорим позже. Следуй за мной, Эдвард Лоу.

Ее глаза светились воинственным блеском, как будто мы просто играли в какую-то игру. Она пустилась бежать через лужайку, я старался не отставать от нее.

Вся эта земля относилась к поместью с огромным домом, стоящим высоко над морем. Вниз к каменной стене, увитой плющом, вела лестница, а из стены сверху торчали осколки стекла. Линда легко сбежала по ступенькам до стены, а затем помчалась по тропинке, выложенной гравием. На ней было белое летнее платье с красными розами, а на ногах — черные туфли на плоской подошве. Ее худые загорелые ноги двигались с атлетической грацией. Мне же каждый шаг доставлял невыносимую боль, пронзающую тело насквозь. Я остановился у стены, чтобы унять вновь хлынувшую из носа кровь. Позади доносились тревожные крики, затем я увидел свет фонарей и мужчин, бегущих по направлению к сараю и лужайке. Линда добежала до живой изгороди из лавра и боярышника высотой под четыре метра. Она обернулась и махнула мне рукой, затем скользнула в кусты. Я подбежал к деревьям, но щель, сквозь которую пробралась Линда, показалась мне слишком узкой. Все же я раздвинул спутанные ветки двух лавровых деревьев и полез в отверстие. На полпути застрял, Линда торопила меня. Опустив голову, втянув живот и с силой протолкнув себя вперед, я наконец вырвался наружу, отделавшись лишь легкими царапинами. Ветка боярышника хлестнула меня по левому глазу.