Дурная кровь
Шрифт:
– Паунис может хватиться этой железки.
– Не думаю. У меня с ним договоренность, что я могу свободно использовать все, что лежит в его сараюшке.
– И ты ее сам доделал?
– спросил Бере.
– Только деревянную часть. Там же, в сарае, в куче растопки, оказался древний деревянный канделябр из Косты-Боры, его я и использовал. Черное дерево заслуживает большего, чем просто сгореть в горне или в камине. А для серебряных накладок пожертвовал пару гиней, зато результат меня очень порадовал.
– Превосходно, - Бере еще раз глянул на трость.
– А это что за знаки?
– О, понятия не имею! Когда я счистил грязь и ржавчину с внутреннего стержня, я увидел на металле эти иероглифы. Они мне показались достаточно необычными, а их начертание - изысканным, и я скопировал их на деревянную часть трости. Вы знаете этот язык?
– Нет, - Бере подкинул трость на ладони.
– Сколько ты хочешь за нее?
– Нисколько. Вы мой учитель, и я у вас в долгу. Примите ее в подарок.
– Э, нет, так дело не пойдет! Слишком дорогой подарок, дружище. Я не...
– А я настаиваю, - спокойно сказал Дени, поднимая бокал с вином.
– Я так понимаю, мэтр, вы опять занялись чем-то очень серьезным. Мне будет отрадно от мысли, что мой подарок поможет вам защитить себя.
– Дени, это очень мило с твоей стороны, и я тебе очень благодарен, но пятьдесят гиней ты возьмешь... Погоди, не перебивай меня: у меня есть один предрассудок, я считаю, что орудия убийства нельзя дарить, их можно только покупать. Поэтому ты возьмешь деньги, иначе эта трость останется у тебя.
– Как вам будет угодно, - ответствовал Дени с улыбкой.
"- Странно, - подумал Бере уже на улице, глядя на необычную трость, изготовленную его учеником, - а ведь де Кейзер тоже был с тростью, очень похожей на эту. Не такой, но похожей. Я просто уверен, что сходство есть. Не исключено, что он с ней разгуливает не ради пустого форса... Хотя, нет: де Кейзер полноправный дворянин, и может носить оружие где хочет и когда захочет. Или есть что-то, чего я пока не знаю? Слишком много совпадений и тайн, и слишком мало информации. А это значит, что самое время наведаться в "Королевский пассаж" и посмотреть книжные новинки".
***************
Первый этаж "Королевского пассажа" был наводнен народом, и так бывало всегда - здесь располагались ряды торговцев мясом, рыбой и зеленью. На втором этаже, где торговали одеждой и мебелью, народу было заметно меньше, а вот на третьем, особенно в западном крыле, в котором располагались лавки букинистов и книготорговцев, Бере увидел всего несколько человек, большей частью пожилых, которые прохаживались у стеллажей с книгами. Появление Бере их нисколько не заинтересовало.
Лежавший в кошельке на поясе Кристалл негромко сыграл начальные ноты "Серебряного сердца" - пробило пять часов. Бере огляделся по сторонам. Ничего подозрительного. Седовласый книготорговец за прилавком тихо беседовал с таким же седовласым покупателем, державшим в руках томик, украшенный золотым тиснением. В клетке слева от торговца задумчиво чирикала какая-то птица. Мальчик-слуга вышел из-за стеллажей, чтобы поярче разжечь расставленные по магазину канделябры. На Бере он даже не посмотрел.
– Господин!
– позвал Бере хозяин магазина.
– Добро пожаловать. Ищете что-нибудь?
– Просто смотрю новинки, - улыбнулся Бере.
– О, прошу вас! Можете листать книги, но умоляю вас - будьте аккуратны. Если вы испортите книгу, вам придется ее купить.
– Я знаю, - сказал Бере и взял со стеллажа томик в черном с серебром переплете.
Выбранная наугад книга оказалась "Полным и весьма полезным руководством по вызову существ, порожденных стихией Огня, с описанием всех необходимых при оном вызывании процедур, обрядов и предосторожностей. Сочинение профессора люменомагии и фламенофакторики Дариуса вон дес Нильса." Бере никогда не слышал о профессоре вон дес Нильсе и понятия не имел, что это за магические дисциплины - люменомагия и фламенофакторика. Одно было понятно с самого начала: к серьезной науке все это никакого отношения не имеет...
– Мэтр Бере?
Маг вздрогнул. Мальчик-слуга, доливавший масло в светильники, стоял рядом с ним и делал вид, что поправляет фитили в лампе, горевшей у стеллажа.
– Идите по правой стороне магазина к двери в комнату переписчика, - прошептал мальчик, не глядя на Бере.
– Вас ждут.
Бере проглотил вставший в горле ком, положил книжку на полку и пошел вглубь магазина. Дверь, о которой сказал мальчик, была полуоткрыта. Бере толкнул ее и вошел в небольшую, девять на девять футов, комнатку, освещенную расставленными по углам лампами на высоких поставцах. Еще одна лампа стояла на конторке переписчика, а за конторкой сидел человек в темном плаще и с капюшоном на голове и что-то писал.
– Это вы меня ищете?
– спросил Бере.
Человек не ответил. Лишь выпростал из-под своего одеяния левую руку и жестом показал, что надо плотно закрыть дверь. Бере понял, закрыл дверь и шагнул вперед, к переписчику.
– Кто вы?
– спросил он.
Переписчик встал со стула, сбросил капюшон, и Бере увидел молодую женщину, лет двадцати двух - двадцати пяти, очень миловидную, темноволосую, с большими зеленовато-желтыми глазами и очаровательным вздернутым носиком, красиво очерченным ртом и милыми ямочками на щеках.
– Я Анжелис Линн Григген, - сказала девушка, - внучка профессора Бенедиктуса Григгена.
– Почему я не удивлен?
– сказал Бере с улыбкой.
– Рад знакомству с вами.
– Я тоже очень рада. Простите мне эту идиотскую выходку с ребусом. Мне надо было убедиться в том, что вы именно тот человек, который мог бы мне помочь.
– Я вас слушаю.
– Мне известно, что вы согласились занять место лаборанта на кафедре, где работал мой дедушка. Это правда?
– Истинная правда. Это имеет какое-то значение?
– Очень большое. Наверное, все, что я расскажу вам, покажется невероятным, но я прошу вас верить мне. Все очень серьезно, вы даже не представляете себе, насколько серьезно.
– Хорошо, я понимаю. Давайте о деле.
– Простите, я очень волнуюсь... Мой дедушка - он несколько раз упоминал ваше имя. Отзывался о вас с большим уважением.
– Очень приятно, что старый ворчун меня помнит. Как он поживает?