Чтение онлайн

Айрис поднялся.

Все же, стоит еще раз наведаться в Хранилище, возможно там есть книги в которых упоминается «Дакри», а раз так, то поспать сегодня, да и всю ближайшую неделю, ему не удастся.

Граница с Долиной Бер. Горы.

Хана спала, а я сидел напротив и смотрел на нее. Мы вернулись в пещеру, в которой ночевали до этого, потому что и мне, и Лиру необходимо прийти в себя после ран, полученных недавно. Лир лежал, повернув бок к костру, который горел в центре нашего убежища. Раны зверя почти зажили, порванное крыло полностью срослось, белая полоса шрама исчезнет через несколько часов. На самом деле, мы могли продолжить путь сразу, но я решил вернуться и отдохнуть, потому что девочка была в состоянии шока и плохо реагировала на происходящее. Смотрела на меня и плакала, цепляясь за рукав кафтана, словно утопающий за веревку. Она уснула недавно, после того как я дал ей исцеляющий отвар.

Пусть поспит, видимо она в первый раз сталкивается с подобным потрясением. Странное чувство не покидало меня до сих пор. Все тело словно стало легким, на душу снизошел покой и хотелось просто улыбаться, без явной на то причины, чего раньше я за собой не замечал. Признаться, это первый раз, когда я так счастлив, что сломал себе всего пару ребер. Даже странно как-то. Наверное совсем отвык от ран, раз уж такая радость переполняет меня.

Я откинул голову назад и посмотрел на потолок пещеры. Смешная девочка, когда она вчера рассказывала мне о Белоснежке (который тоже оказался девушкой) ее лицо раскраснелось, глаза заблестели и она, похоже, была счастлива.

Хана заворочалась и открыла глаза, посмотрела на меня, улыбнулась сонно и закрыла их снова. Я улыбнулся в ответ и прикрыл глаза. Мне тоже надо немного отдохнуть, завтра нам предстоит трудный спуск и встреча с мастерами Ше'д'Ар.

***

Мы спустились с гор где-то около полудня. Долина, покрытая зеленью , встретила нас теплом и птичьим щебетом. Вокруг порхали бабочки и стрекотали кузнечики. Тишина и покой одним словом. Вчерашнее я вспоминала как страшный сон. Никогда больше я не потеряю никого, кто мне близок. А Эйрин стал мне очень дорог, настолько дорог, что описать невозможно. О, великая сила дружеских пинков!

Я посмотрела на него – чувствовал он себя неплохо, судя по довольно расслабленной позе. Его Лир тоже как новенький. Только у меня болела ссадина, полученная вчера шальным осколком.

Несправедливо как-то получается, хочу я вам сказать . Сегодня утром Эйрин сказал мне, что я могу называть его просто по имени, без обращения «мастер», несмотря на то, что я все еще ученик. Причины такого предложения он не объяснил, а если бы объяснил, я бы подумала, что он не до конца поправился. Я приняла это предложение как данное. Некоторое время мы просто ехали а потом я спросила:

– Эйрин (немного непривычно называть его так вслух) ... – Он слегка обернулся и вопросительно приподнял бровь. – А что значит «Необходимое зло»? – я подъехала поближе, чтобы не упустить его разъяснений мне, недалекой.

Несмотря на обычную неразговорчивость, он всегда и с охотой, объяснял трудные для моего понимания вещи, за что я ему благодарна. Не до всего можно дойти своим умом.

– «Необходимо зло»... Это достаточно трудно объяснить, потому что трактовок много. Но если говорить кратко – это зло, совершенное во благо.

Ну это мне и Лейрис говорил, только мне непонятно, как зло вообше может быть во благо?

Я посмотрела на Эйрина и сказала:

– А на примере? – он покачал головой.

– Я, конечно, могу привести пример, но это будет всего лишь одна из возможных ситуаций. То есть ты, в принципе, поймешь, в чем суть... Но вариаций великое множество. Понимаешь?

Я кивнула.

– Хорошо... К примеру, недавно ты рассказывала мне про Белоснежку. Как ты относишься к той королеве, которая пыталась ее убить?

Эйрин внимательно смотрел мне в глаза, ожидая ответа. Я призадумалась. Странный вопрос. Как можно относиться к женщине, пытавшейся убить ребенка, из-за того, что тот красивее ее?

– Она мне крайне не симпатична.

Я поморщилась. Это же логично, кому может быть симпатичен такой отвратительный человек?

– А почему?

– Ну она же пыталась убить бедную, беззащитную девочку.

Эйрин улыбнулся.

– А теперь представь, что королева, к примеру, обладала даром предвидения будущего.

Я представила.

– Ну обладала и чего?

С непониманием я посмотрела на Эйрина.

– И вот, как-то раз, она посмотрела в будущее и увидела, что Белоснежка выросла, стала правителем страны в которой они жили.

Я усиленно закивала головой. Быстрее давай рассказывай, интересно же, что она там увидела.

– А еще увидела «злая» королева, что правление Белоснежки привело королевство к разрушению, нескончаемым войнам и бесчисленным смертям.

Ну... Вообще-то, Белоснежка была доброй, но чем Темные не шутят.

– И?

– И приняла тогда королева решение умертвить принцессу, а дальше – по сценарию.

Он замолчал, я задумалась.

– А что ей мешало исправить будущее, раз уж она видит его? Воспитала бы девочку по-другому и все.

– Ну я не знаю, это же пример. Может она посмотрела все варианты и пришла к выводу, что смерть девочки – единственно правильное решение.

Я снова задумалась.

– Ну если так, почему она не сказала всем, что Белоснежку надо убить?

– Люди не склонны верить в подобные вещи. Поэтому, нет участи ужаснее, чем участь правителя. Им приходится жертвовать своими принципами. Мы сейчас говорим о нормальных правителях, а не о кровожадных тиранах. Зачастую правителю приходится делать тяжелый выбор – пожертвовать малым, даже если это человеческие жизни, во благо большинства. Понимаешь?

Я кивнула.

– Или рассмотрим на более простом примере...

Эйрин, похоже, загорелся.

– Предположим у тебя есть Лир.

Не предположим, а есть.

– И вот, твой Лир подхватил ужасную болезнь – бешенство. Что ты сделаешь?

– Вылечу его.

Конечно вылечу, в лепешку разобьюсь, но вылечу.

– А если не сможешь?

Сердце больно кольнуло. Я молчала, Эйрин смотрел на меня, ожидая ответа.

– Если я не смогу его вылечить... Я запру его.

Я гордо выставила подбородок, восхищаясь собственной смекалкой.

– А ты знаешь, что животные страдают от этого недуга?

Я отрицательно покачала головой. Откуда мне такие подробности знать? Что же получается? Я должна его убить по двум причинам – чтобы он не заразил других и чтобы сам не мучался? Но ведь я же люблю его...