Чтение онлайн

…Горячая ванна, плотный обед, сон. Я чувствовал себя полностью отдохнувшим. Сколько времени мы провели в подземелье? Трудно сказать. Наша свобода простиралась на несколько ближайших комнат, далее пройти ни Клайв, ни Дрень-Брень не смогли. Я не пытался, хотя неизвестно почему был уверен, что на меня этот запрет не распространяется.

— Есть другие предложения?

Все, видимо, сочли мой вопрос поистине дурацким и не требующим ответа.

В дверь постучали.

— Гляди, какие вежливые. Не заперто!

На пороге стоял юноша, служивший нам проводником в первый день.

Клиф залпом осушил кубок.

— Вот и твой почитатель.

— Я бы попросил… — с угрозой протянул я.

— Вас приглашает хозяин.

Взмахом руки остановив моих товарищей, он буквально пожирал меня глазам. У меня сложилось впечатление, что еще минута, и он бухнется на колени в молитвенном экстазе.

— Давно пора.

Сначала я пытался запомнить дорогу, но вскоре обилие развилок и поворотов совсем сбило меня с толку.

— А тебе не кажется, что мы ходим по кругу.

Прет застыл на месте, потупив глаза.

— Ты, что мне голову морочишь?

— Не гневайтесь, господин.

Я осмотрелся. В паре метров от нас на стене сияло «вывернутое солнце». Повинуясь внезапному побуждению, я подошел к стене и легонько ее толкнул. Открылся проход. Юноша оцепенел на месте.

— Знай наших!

Я шагнул в темноту. На мгновенье я ощутил, что тело стало невесомым. И вот я посреди большого зала. Один.

— Кто, кто в тереме живет?

Сзади раздался шелест одежд. Я резко обернулся. В кресле сидел мужчина, возраст которого я бы не взялся определить. Глупо конечно, первой мыслью было — Ба, Оцеола! Только вместо индейского наряда он был одет в черные брюки и фиолетовую рубаху. Обувь, пожалуй, напоминала мокасины. Немигающий взгляд карих глаз сверлил мне переносицу. Совершенно не к месту я отметил, что у него длинные и пушистые ресницы, как у девушки. Молчание затягивалось. У меня внутри нарастало раздражение. И чего пялится? Кое-какие манеры я перенял у Царга, но чесать за ухом счел неуместным и поэтому принялся осматривать помещение. Пусто. Кроме кресла и фиолетового знака на стене над нами. Небогатая обстановка.

— Подойди.

По полу от места, где я стоял, побежали концентрические круги. Я шагнул. И хотя между нами ничего не было, я почувствовал сопротивление. С каждым шагом оно нарастало.

«Поиграть решил!»

Метрах в трех от кресла передо мной встала стена фиолетового огня. Звериное бешенство охватило меня, и я мысленно разметал преграду. В тот же миг она исчезла. С усилием я подавил нечеловеческий рык, рвавшийся из моего горла. Тяжелое дыхание вздымало мою грудь. В такие моменты безудержной ярости я сам себя боялся. Случалось это редко и никогда ничем хорошим не кончалось. Однажды я сунул руку в костер, пытаясь убедить болвана, что физическая боль — это ничто по сравнению с душевными ранами. Безобразные шрамы остались навсегда, но что они по сравнению с тем, что девушке, которую я боготворил, на меня было абсолютно наплевать.

— Теперь я уверен, что ты — тот, кого все ждут.

— Хотелось бы поподробней. Я, видишь ли, не в курсе местных событий.

Яростный взгляд полоснул по мне. Бессилие — вот, что я увидел.

— Закон гостеприимства.

— Ну, к счастью, палками нас уже загоняли. Если интересно, что из этого вышло — добро пожаловать на Землю.

Он расправил плечи и вцепился в подлокотники.

— Я…

— Позволь я догадаюсь — Князь Тьмы и повелитель этих безмозглых зомби.

Наглость — второе счастье — говаривал мой дед. В крайнем случае, огорошить Князя мне удалось.

— Я могу…

— Ни черта ты не можешь. Если бы мог, давно бы сделал.

Улыбка превосходства мелькнула у него на бескровных губах.

— С тобой, да! А вот с твоими друзьями…

Один ноль в его пользу.

— Только попробуй.

Это было ошибкой. Что, кроме наглости, я мог противопоставить? Ничего!

— Оставим взаимные угрозы. Не для того я вас пригласил.

— Я и не знал, что это сейчас так называется.

— Я тебе не враг, скорей даже наоборот.

Он выжидающе посмотрел, но мне нечего было сказать.

— Наверняка у тебя есть цель.

Утвердительный кивок был ему ответом.

— Прекрасно! Я готов тебе помочь.

— С чего бы это?

— Ты мне нравишься.

— Я люблю тебя, Петрович!

— Не понял.

Чертов язык. Ведь с детства мне твердили — не доведет тебя язык до добра.

— Не бери в голову.

И мысленно продолжил расхожую у моего поколения фразу. Покумекав, я решил, что лучший способ обороны — это нападение.

— Перстень Мрака.

— Ну, знаешь ли.

— Погодь! Я понимаю…

Вскочив с кресла, Князь расхохотался. Захлебываясь, он не мог остановиться.

— Повеселил. Ничего ты не понимаешь. Даже если бы я его отдал тебе, перстень нельзя унести отсюда.

— Можно!

И опять — откуда эта уверенность. Остатки веселья как рукой сняло. Точно в цель.

— Ты пытался, но не смог?!

— Мне незачем.

Я попытался припомнить все, что слышал о Князе Тьмы. На Болоте Ужаса жила нечисть, но раньше она никогда не переходила Реку Судьбы. Два столетия назад появился Князь, и нечисть значительно расширила территорию, ей подвластную. Постепенно продвижение в глубь континента замедлилось. И почти полвека пребывает в неизменном состоянии. Потом появляется Цветочная Колдунья, и Князь заключает с ней союз. По-видимому, очень шаткий, поскольку Колдунья преследовала собственные цели. Ну, прямо-таки шахматы, только трехмерные, белые против черных, патовая ситуация, вмешивается третья сторона, и белые начинают сдавать позиции, медленно, но неотвратимо. Тогда какова моя роль. Пешки? Да, уж вряд ли ферзя.

— Послушай, у тебя есть имя?

— Карлос.

— Отлично! У меня есть предложение — давай устроимся поуютней и поболтаем.

Князь брезгливо сморщился.

— Знаю, знаю. Политесу не обучены. Грузчики — мы!

— Тебе никто не говорил, что ты Змей!

Пришло мое время удивляться. Дед Серега с детства звал меня Змеем, да и в армии тоже. Хотя ни особой хитрости, или коварства за собой я не замечал. А уж выражение мудрый, как змей, вообще никаким боком ко мне не клеится. А вот поди-ка ты — в разное время разным людям я непременно напоминал рептилию. Лично мне это безразлично.