Чтение онлайн

– Бон суари, - приветствовал нас официант на смеси нижегородского с французским, - месье, мадам, сегодня я буду обслуживать вашу очаровательную пару. Предлагаю рассмотреть карту вин и начать с легкой закускИ.
– Он старательно сделал ударение на последней гласной, думая, что именно так говорят в лучших домах Парижа.

– Ваше фирменное фондю, пожалуйста. Нарезку... Яна, ты что хочешь?
– И не дождавшись ответа, добавил: - Порекомендуйте что-нибудь лучшее из вашей кухни… Ммм, хотя нет, мы положимся на ваш выбор, правда, дорогая? И подходящее к сыру вино.
– Захлопнул папку с меню, чтобы услышать, как молодой мальчик дословно повторяет его заказ. Олег высокомерно задрал голову, давая понять, что официант все правильно запомнил, но как только тот развернулся к кухне, муж спохватился и добавил уже другим тоном: - Вино не дороже двух тысяч! И не старше возраста моей супруги, а ей всегда восемнадцать.

Олег перевел взгляд в мою сторону, но я даже не улыбнулась в ответ. Почему-то в этот раз комплимент не показался мне забавным, а наоборот: неуместным и пошлым. Собственные реакции на слова мужа настораживали, пугали.

– Тут ужасно, - сообщил Олег, когда мы остались наедине, - не ресторан, а цирк шапито.

– Думаешь, а мне нравится? По-моему, миленько, - исключительно из вредности ответила я.

Когда нам принесли блюда, стало ясно, что Олег был прав. Поданное вино неприятно щипало язык, сыр горчил, корнишоны оказались слишком уксусными, ветчина жирной, грибы грибными, и только гренки из белого хлеба не подвели. Я нервно отщипывала корочки, пока муж рассказывал… О чем он говорил я поняла не сразу.

Меня занимала пожилая пара, сидевшая в углу зала, так что я больше разглядывала старика в выцветшем пиджаке, пропуская мимо ушей слова супруга. Седой мужчина в таком же блеклом как его головы, выцветшем пиджаке ухаживал за своей дамой. В том, как они общались друг с другом пряталось редкое, почти исчезнувшее с земли волшебство. Никто из них не отвлекался на внешний шум, не крутил головой по сторонам, не перебивал друг друга. Они были полностью сосредоточены на моменте, который проживали оба, потому что им было…хорошо.

А вот было ли хорошо мне? Я нервно посмотрела на часы, прикидывая, что в это время я кормлю детей ужином. В холодильнике оставались суп и лазанья, а в шкафу, кажется, что-то из сладкого. Няня заварит свежий чай и откроет пачку рассыпчатого печенья.

– Как ты договорился с Тамарой, - я вдруг вспомнила, что по понедельникам наша няня всегда берет выходной.

Олег оборвал очередную невероятную историю на полуслове, и кисло улыбнулся:

– Ловкость рук и никакого мошенничества, так вот…

Он принялся жестикулировать, рассказ полился дальше, а сам оратор не обращал внимания на полную тишину в зрительном зале. Я едва выхватывала обрывки фраз. Что-то про судебное дело, про его приятеля, про сорвавшуюся премию, благодаря которой мы могли бы разбогатеть, но снова не сложилась.

Старик за столиком в углу заказал своей жене десерт. Официант подал им огромную тарелку с крохотным кусочком чего-то шоколадного и два прибора. Они медленно смаковали пирожное, отламывая от него по очереди. Никуда не торопились, ни на кого не смотрели. Наслаждались.

Олег стал смеяться так громко, что я вздрогнула. Из-за невнимательности я прослушала какую-то шутку, и теперь старательно делала вид, что веселюсь вместе с ним, лишь бы не обидеть. О чем он говорил? Штукатурка…шкурка…окурки?! Нить разговора давно ускользнула от меня и потерялась где-то в дебрях юмора, хвастовства и мальчишеской бравады.

Когда муж схватил руками кусок ветчины, макнул его в густой тягучий сыр и быстро запихнул все это в рот, я едва сдержалась чтобы хлопнуть его по рукам. Будто не жена, а рассерженная мамаша. Его челюсти основательно работали, пережевывая пищу. Он так торопился скорее наесться, что полностью забыл о наслаждении. «Скорей дойти до результата» - вот девиз моего супруга.

Быстро жениться на мне, ведь, по его словам, женщины лучше он не найдет, быстро сделать ребенка, а потом закрепить успех вторым малышом. Быстро брать кредиты на предметы техники, разочаровываться и продавать их вдвое дешевле. Он даже чай пил быстрый…пакетированный, потому что не мог дождаться, когда я заварю листовой.

Я увидела, как некрасиво блестят его губы и взглядом указала на тканевую салфетку. Олег одним движением вытер рот и продолжил говорить. Что-то про отпуск…настороженно прислушалась, пытаясь разобрать, куда мы поедем этим летом, но быстро сникла, когда разобрала, что речь не о нас, а об очередных незнакомых людях.

Старик, сидевший за спиной мужа, осторожно потянулся к волосам своей спутницы и поправил за ухо выбившийся из прически локон. Она коснулась пальцами его руки.

– Яна! – от резкого тона я вздрогнула, - это уже не смешно, прекращай. Мне не нравится, как ты себя ведешь.

Я виновато вытянула спину, будто школьница, застуканная за написанием шпаргалки. Стало стыдно, от того, как меня отчитал собственный муж. Он утвердительно кивнул головой и продолжил рассказ о…комбайнах?! Господи, но как мы до них добрались?! Я совершенно запуталась и не хотела даже разбираться, на каком комбайне уехал Жорик, какую машину купил Витек, и с какой скоростью они доедут из пункта А в пункт Б, если выедут навстречу друг другу ровно в полдень.

– Мне тоже не нравится, как ты себя ведешь, - неожиданно для самой себя перебила мужа.

Глаза Олега округлились, рот резко захлопнулся, как крышка у рояля, и сам он наконец замолчал.

***

– Что ты имеешь в виду, Яна? – в его недовольном тоне сквозила знакомая обида.

– Когда ты пригласил меня на свидание, я думала, мы хорошо проведем время.

– Именно этим мы и занимаемся последний час и… - он бросил взгляд на часы, - тринадцать минут.

– Нет, все это всемя я слушала твое выступление. А я хочу… Я устала от монологов, Олег, давай просто поговорим друг с другом.

– И о чем же? О Детях? – он медленно отпил вино и задержал бокал перед глазами, будто это была его броня.

– Не хочу о детях.

– Тогда о чем, позволь спросить? Мне кажется, я исчерпал все темы для обсуждения.

Я перевела взгляд на пожилую пару. Они смотрели друг на друга и молчали. И эта тишина была гораздо пронзительнее, гораздо мелодичнее, чем все те песни о любви из динамика. Даром, что на французском.

– Я хочу, - слова застряли где-то у меня в горле и не спешили на свободу, - я хочу поговорить, как давно у нас все сломалось. И сможем ли мы это починить обратно.

Олег задержал на мне остеклевший взгляд и медленно, на одном выдохе, произнес:

– Так. И судя по всему, мне нужно начать первому?

– Нет. – Я накрыла ладонью его беспокойные руки, - помолчи, пожалуйста. Сейчас тебе лучше послушать.

Вот так я и оказалась на шатком деревянном мосту, соединяющем два берега. Посередине болото, на мутной поверхности которого кувшинки. Если не вглядываться, то красиво. Но стоить занырнуть поглубже – смрад, слизь, мошкара. Я задержала дыхание, неуверенная, что когда-нибудь вообще выберусь из этой болотной жижи, и начала свой рассказ.