Чтение онлайн

Но резко переключить мысли Батуры на трудовой лад оказалось невозможно.

Солнышко, проснувшись в этот раз не по петушиному требованию, выпустило несколько лучей и перекрасило небо в голубоватый цвет, извещая Батуру, что оно встаёт, да и людям пора сделать то же самое.

Словно поддерживая его беспокойство, он не услышал звуков той неугомонной команды, которая должна была проснуться утром в Никольевке, и это ещё больше насторожило Батуру.

Обычно в это время кое-где слышался рёв коров, требующих освободить их от накопившегося молока и отправить на луга к любимой травке. Где-то поддержали их козы. И громыхание ведер женщин у колодцев.

Однако появившийся край солнышка над лесом окончательно убедил Батуру, что рабочий день начался, а Никольевка почему-то вымерла!

Спрыгнув со своего боевого коня, он подошёл к четырёхметровому тыну из брёвен, поставленных вверх остро отёсанными концами.

– Да-а-а.
–  тихо произнёс он, обдирая ногтями состарившуюся поверхность тына.
–  Надо менять. А князю Рязанскому на это наплевать! Скотина, даже денег на эти работы не даёт!

– Всё правильно: и по плану в этом году мы должны были заменить большую часть состарившихся деревьев тына.
–  заметил внутренний голос, проснувшийся в нём вместе с солнышком.
–  А то гляди и враг пожалует! Да и не только ремонт тына надо делать!

Батура подошёл к лестнице и поднялся на наблюдательную вышку городища, с которой хорошо просматривался брод через реку, а также всё городище.

– Здоров будь, охранник Большата!
–  обычно здоровался он с высоким и крепким молодым парнем, дежурившим всю ночь на вышке, и протягивал ему руку для пожатия.

– Здоров будь и ты, старшина Батура!
–  отвечал тот, улыбаясь и приложив руку к шлему, и тут же докладывал, не дожидаясь вопроса контролёра князя артанского.
–  За время моего дежурства никаких происшествий не случилось!

– Хорошо, Большата.
–  кивнув ему головой, задумчиво спрашивал Батура.
–  Ты ничего странного не заметил на той стороне реки?

– Ну, разок вчера вечером появлялся какой-то молодец на коне.
–  прищурившись, задумчиво произносил Большата и тут же мотал головой.
–  Но, покрутившись пару раз, развернулся и ускакал прочь!

– А оружия? Или что-то подозрительного не заметил у него?

– Да нет.
–  Большата, сжав губы, ухмылялся, и положил руку на лук со стрелами.
–  Ничего такого у него не заметил!

– Думаешь, это хазары на разведку кого-то выслали?
–  не удерживался со своим вопросом Батура и покачал головой вверх-вниз, подтверждая свои опасения. Обычно Большата это движение воспринимал как ободрение его работой и тоже кивал головой.
–  Но в этот раз и охранника не было!

Меж тем взгляд Батуры прошёлся по всему периметру тына, невольно отмечая какие-то неполадки в его состоянии.

– Да, тын тоже надо ремонтировать!
–  согласился с его мыслями внутренний голос.
–  Даже несмотря на то, что денег на это не дают!

Батура вздохнул и начал критически осматривать все остальные постройки городища.

– Ну, с жильём у нас всё вроде бы в порядке.
–  отметил внутренний голос после того, как взгляд Батуры упал на несколько длинных домов с двускатной крышей, частично утонувших в земле. – И с кухней. Ишь, совсем недавно люди ходили на колодец за водой!

– И с конюшней. Да и со скотным двором.
–  откликнулся внутренний голос, на то, что люди городища не шли к животным, за которыми ухаживали.
–  Как видишь, никого из наших нет в городище!

Батура согласно покачал головой, нахмурясь, но, представив, как с песнями дружно шли женщины на скотный двор, где их ждали коровы, козы, овцы, гуси, куры и утки, даже улыбнулся.

И тут же представил, как мужики, молча пожимая друг другу руки, кто-то в составе группы, а кто-то и поодиночке, шли к конюшне и скотному двору.

– А вот с кузней что-то у нас не то.
–  произнёс внутренний голос.
–  Ни людей, ни дымка почему-то нет!

Батура вздохнул: с кузнецами и ремонтниками у них возникла проблема – большинство из них уехало в Рязань искать работу.

– До чего же наш народ довела эта эпоха Лисы!
–  возмутился Батура.
–  Половина эпохи Лисы прошло, а становится всё хуже и хуже!

– А чего ты хотел?
–  внутренний голос его не жалел.
–  Тебя же волхвы предупреждали: нас в эту эпоху ждёт ложь, обман, воровство, несправедливость! Её символом является крест. Люди за деньги будут готовы продать даже родственную душу! А войны? Их будет множество!

– И сколько же ждать нашему народу?
–  голос Батуры дрожал, так как он знал, что ответит ему внутренний голос.

– Эпоха Лисы длится 2160 лет.
–  жёстко произнёс внутренний голос.
–  Именно с этого времени её окончания и начинаются светлые времена. Ты что забыл предсказание нашего последнего волхва и твоего деда? Он ведь ясно сказал: и тогда наступает время великих перемен, так как ось Земли поворачивается ближе к центру галактики. Ждём рассвет – это начало эпохи Волка через 2160 лет, под покровительством Бога Велеса – на очищение Земли от скверны уйдет около 144 лет.

Взгляд Батуры упал на то место, на которое, обычно, ходили старушки к самой таинственной части за пределами городища.

– Не нравятся мне эти танцующие деревья, что растут возле идола Перуна!
–  произнёс внутренний голос, не скрывая своего раздражения по поводу старушек.
–  Лучше бы за своими внуками и внучками следили, чем заниматься молитвенным делом!

– Ты неправ!
–  тихо произнёс Батура

– Я, конечно, понимаю.
–  начал выкручиваться внутренний голос.
–  Ты это место почему-то любишь. Но, согласись, оно какое-то уж очень странное: перед горой и вокруг неё растёт несколько сотен деревьев, у которых все стволы искривлены так, что диву даёшься! Как будто танцуют. А ещё перед ними идол Перуна, которого заставил Рязанский князь поставить много лет назад. Ведь согласись, все мы молимся богу Роду и благодарим его за то, что он нас не забывает, даёт пищу и питьё, а не Перуну!

Батура опять кивнул головой и начал спускаться с вышки, а в голове только и вертелось.
–  Куда все подевались?

Обойдя все дома и зайдя в них, ни людей, ни скота, ни инструмента он не обнаружил – Вокруг было одно пепелище.

Ноги сами невольно вывели его на берег реки через задние ворота, в которые обычно то и дело выходили женщины или дети, выводя на луга свою скотину и привязывая их к колу верёвкой.