Чтение онлайн

 Эйо... Сразу в голову прокралась новая догадка, ледяная и колючая – имя Эйо он… просто слышит в наших мыслях!

– Сущий много раз ворчал про тебя, что ты очень недоверчивая, – хмыкнул Лей. – Но ты ведь можешь просто спросить у него сама при следующей встрече, какой же смысл в обмане?

 Действительно… Вот ведь я глупая! Я нахмурилась и потупилась.

– Прости!

– Ерунда, Элис. Ты растеряна. Много новых обстоятельств, а тут ещё вся эта неприятная история.

 Да вот!.. Как раз, чем глубже я села в лужу, тем выше всегда вероятность услышать от Эйо именно «ерунда, Элис» …

 Лей рассмеялся и позвал дальше, пятясь вглубь садика:

– Идём? Этажом ниже бывают слуги, но уже только в нашем сопровождении. А здесь никогда. Ни слуг, ни гостей. Это исключительно семейная часть дома. Здесь Сущий не скрывается. Ну… если меня нет рядом, я для него в последние годы временное неудобство, а вообще у него здесь даже есть свои покои, – рассказывал он на ходу, обходя деревца.

– Ничего себе! И что же он в них делает?

– Никто не знает, комната не имеет входа.

 За сливами, в торце удивительной весенней рощицы, показались высокие резные двери. Лей распахнул их… и первым, кого мы увидели, был Эйо собственной персоной!

Сущий сидел в кресле с видом независимого кота, который великодушно терпит, что его поймали и гладят – на коленях его болтал ногами один из близнецов Стефа в обнимку со Скифом.

Олис вывернулся из рук малыша, спрыгнул и побежал ко мне, а светящийся аравис Лея наоборот – сорвался от меня к Рине. Сам же мой провожатый опешил, но моментально опомнился, тряхнул головой и опустил глаза в пол.

– Не смущайся, – успокоил его Сущий. – Я знал, что ты придёшь и вовсе не забыл смыться. Напротив, из-за тебя и заглянул на кофе. Загоняли вы сегодня меня своими событиями. Хоть живи тут неотлучно!

Лей поднял взгляд и кивнул. Помолчал немного, нервно улыбнулся и севшим от волнения голосом ответил, наконец:

– Спасибо, Эйо.

– Не за что. Давно к тому и шло. Эйо теперь этот вопрос решил окончательно у Большого Древа. Не хватало ещё, чтобы Рина пилила себе душу, что у тебя от неё секреты.

Ответом ему был благодарный вздох Рины и уже не робкая, широкая улыбка Лея. Сущий же переключил внимание на меня:

– Меня тут пытают, Элис! Будь любезна, отдувайся теперь сама! Всем ровно три минуты понадобилось на выяснение подробностей неприятностей с Тифом, а остальное время их интересовали только перипетии вашего с Дреем романа. Вот и рассказывай, что считаешь нужным, а я пойду, раз даже кофе не угощают.

– Кофе тебе Иглат готовит лично, – благодушно фыркнула Зора. – Но ему не привыкать, что ты попросил и растворился в Безмирье.

– Элис пусть угостит, она оценит, – отозвался Эйо и посмотрел на ребёнка на своих коленях. – А ты – брысь уже к братьям, Лари, и весь зверинец в собой прихвати! Нечего взрослые разговоры слушать, иначе уши вырастут, как у Эйо. Дамам не понравится, если, конечно, не надумаешь ухлёстывать за каири.

 Я прыснула, сообразив, что он действительно в заложниках у малыша – Сущий не мог по своему обыкновению внезапно исчезнуть, не рискуя уронить при этом потерявшего равновесие Лари.

 День в окружении Валей побежал непринуждённо. В следующие часа четыре я познакомилась до конца со всеми обитателями дома – с жизнерадостной Литой и с почти взрослыми сыном и дочерью Рины и Лея. Поболтала наконец с Иглатом и угостилась его действительно чудесным кофе с какими-то хитрыми специями. Рассказала всем про Валентайн под вздохи и улыбки. Ещё раз обсудила с Семьёй всё, что известно про козни Левиса.

Потом я повозилась со Скифом и отвела его в сад. И даже навестила Стефана, после чего, захватив в его покоях книгу о сиатских животных, поднялась назад в салон, чтобы ждать тихонько Дрея, никого не отвлекая больше от привычной жизни. Но там оказалась Зора с чаем и хвалёными трюфелями домоправительницы, которую мне тоже недавно успела представить Рина.

– О, Зора, я не маленькая! Вполне посижу с книгой, потом погуляю или разберусь, наконец, что к чему в моей гардеробной. Зачем столько хлопот?!

– Каждый день бы такие хлопоты, милая, – улыбнулась старушка и постучала ладонью по дивану прямо рядом с собой, приглашая присоединиться. – Если бы не противная игуана Левис, я сегодня была бы совершенно счастлива. Ещё и Лей отмучался. Я всегда догадывалась и даже спрашивала Эйо в лоб, приводя железные аргументы, но хитрец увиливал.

 Я села к Зоре и она меня сразу обняла, а я, замявшись лишь на секунду, прислонила голову к её плечу. Раньше я могла себе такое позволить только с папой. А теперь вот, пару часов назад, так же устроившись на моём собственном плече, Лита охала, слушая историю про Тину. Действительно Семья… Семья, в которой мне так непривычно хорошо и легко с первых минут.

 Двери резко открылись и в проёме застыл Дрей. Взлохмаченный и вспотевший, без шейного платка, в одной рубашке с расстёгнутым воротником. Так тоже волнительно красивый, но очень замотанный и слишком тревожный!.. Он лихорадочно оглядел меня несколько раз с головы до ног тёмными глазами и шумно выдохнул. Я испугалась и дёрнулась навстречу, но Дрей остановил меня вытянутой рукой и заверениями:

– Всё в порядке! Я просто заглянул на минуту сказать, что вернулся. Лени не оказалось в столице, а Тит уже запросил портал. Я всего лишь пошёл сам, а там пришлось в обе стороны быстро скакать верхом, чтобы успеть поговорить с братом.

– Скакать… на востоке континента? – ошалело уточнила я, плюхнувшись назад на диван. Нет, я уже ничему старалась не удивляться… но всё равно ведь… удивительно!

– Да, был в Каире. Я только освежусь и переоденусь, пропах лошадью. А потом тоже с удовольствием выпью чаю, – он кивнул на поднос, улыбнулся нам и захлопнул двери, так и не войдя.

 Зора помолчала с минуту и изрекла:

– Мальчик устал.

– Да, похоже сильно, – согласилась я, – он ведь ещё и не спал давно.

Зора помолчала ещё. Покосилась на меня… и снова демонстративно помолчала, нетерпеливо барабаня пальцами по подлокотнику. Она чего-то от меня ждала...

– Элис, – вздохнула она в конце концов, – Дрей ведь сейчас действительно переоденется и потащится сюда, вместо того, чтобы отдохнуть. Если ты сама не отнесёшь ему чаю.

 Мысль об ещё одном… переодевании, за которым теперь вовсе не должно было последовать никаких срочных дел, отозвалась во всём моём теле целым букетом ощущений. От тихого звона в ушах и резкого мороза в позвоночнике, до тяжёлого горячего узла внизу живота и предательского тремора в руках.

 Вот с тремором нужно что-то делать прямо немедленно, Элис, чтобы не расплескать дымящийся напиток! Я, не мигая, уставилась на протянутую Зорой чашку, некоторое время глубоко подышала и подняла глаза на старушку. О, та была совершенно невозмутима… и, как всегда, прекрасно понимала, что делает!