Чтение онлайн

– Конечно точно, если чувствуешь… Тебе ли не знать. Господи, да как ты вообще-то тогда себя чувствуешь?! Ясно теперь, что с тобой!

 Рина снова опустилась на траву и крепко меня обняла.

– Птицы… Они помогают. До них было совсем нехорошо.

 Спустя несколько минут пришёл Лей, присел рядом и прикоснулся к моим вискам. Совсем как Эйо, я узнала ощущения. Стало ещё легче. Я схватила его за рукав и ему всё «рассказала» быстро и подробно…опять же, совсем как Эйо. Лей кивнул и тоже побледнел.

 Вдруг вернулась Лита, посмотрела на нас по очереди круглыми глазами и показала в сторону лестницы.

– Там… Ох, я не знаю, что и делать! Там человек из ведомства Имидора и он требует немедленно вниз Алису Меликову. Знает, что она здесь.

– Элис, ты как? – спросила Рина. – Хорошо бы с ним поговорить, мы тогда явно начнём хоть что-то понимать.

 Я кивнула и решительно поднялась – могла бы и с кругами перед глазами поползти, чтобы узнать, что с Дреем. А после помощи арависов и Лея готова была вообще бежать!

 В холле ожидал суровый и бесстрастный человек-скала, коротко и безлико представившийся:

– Судебное ведомство Совета. Кто из вас Алиса Меликова?

 Я сделала шаг вперёд, отпустив руку поддерживавшего меня Лея. Чиновник кивнул, быстро приблизился и взмахнул рукой. В ней появился длинный лист бумаги, исписанный от руки, испещрённый подписями и утыканный печатями.

– Госпожа Меликова, во исполнение приговора Совета, после рассмотрения дела о подготовке фиктивного брака между представителями Старой Крови посвящённых Семей, от сего момента и на пять лет вперёд вам запрещены любые контакты с Семьёй Валей. Как незамужней даме, не имеющей Семьи на Сиате, вам назначен опекун, к которому я обязан вас незамедлительно сопроводить. Приговор вынесен Советом Дорсы, согласован под Большим Древом Безмирья при предъявлении Летописи Имидоров и обжалованию не подлежит.

 Закончив, скала, даже так и не моргнув, взмахнула рукой снова и через секунду я изумлённо смотрела на странное серебристое кольцо, возникшее на моём запястье. Браслет не имел никаких застёжек, словно его выковали прямо на мне! Я набрала воздуха, чтобы возмутиться, но судейский меня осёк:

– Минуту! От лица Совета я обязан предупредить, что следящий артефакт, размещённый на вашей руке, контролирует отсутствие контактов с Валями. Снятие браслета приведёт к вашей немедленной гибели. Обращение к любому представителю Семьи, против которой наложено ограничение, назначение встреч, передача посланий членам Семьи в письменной форме – к сильной боли. Многократное нарушение ограничений может вас покалечить. Вам всё понятно, госпожа Алиса?

– Мне не понятно! – прогремел из-за моей спины голос Зоры. – Обвинение абсурдно, почему нам не дали оправдаться до приговора?! Девочке теперь маяться, пока мы его обжалуем!

– Госпожа Зора, – чиновник скупо поклонился. – В мои полномочия не входят подобные разъяснения, но в данном случае считаю возможным сообщить, что доказательства были предоставлены неоспоримые.

– Какие и кем?

– С этими вопросами рекомендую обратиться в судебное ведомство Совета или лично к господину Имидору.

– Лично? – взвилась старушка, обогнув меня и загораживая собой. – И где же он сам лично, хотела бы я знать? Как вообще он посмел послать кого-то вместо себя по такому вопросу в мой дом?!

 Лицо чиновника вдруг на мгновение… стало человечным. На нём промелькнуло сожаление и сочувствие. Он ответил тихо и мягко:

– Советник Имидор не хочет видеть госпожу Меликову, поскольку считает именно её виновной стороной. Вас же, полагаю, Тит посетит вскоре.

 Он тряхнул головой и снова принял вид робота:

– В отношении Валей приговор исполнен полностью Силами Безмирья, согласно нерушимому договору Сиата и Безмирья, после предъявления Летописи. Ввиду того, что виновник сговора Адрекс Валь находится в ссылке в земном Пограничном Доме Нити, на пять лет закрыты Переходы и Доступы обеих Семей, контакты с Сущим невозможны. Иных ограничений нет.

 Я судорожно думала, борясь со снова подступавшим головокружением… Вспоминала стандартные образцы договора, которые я сама же и качала из Сети, когда сочиняла брачный контракт… Мы не поженились на Земле! Дрей вносил минимальные изменения… а значит… там было написано, что договор вступает в силу после заключения брака!

– Договор вступает в силу после заключения брака! – повторила я вслух. – Мы ещё не поженились!

 Рина, Зора и Лита ошарашенно на меня уставились, явно пытаясь осознать, что сговор действительно был. А вот Лей печально вздохнул и я поняла – он знал… Я посмотрела в васильковые глаза и он кивнул, подтверждая. Хорошо… Лей, значит, всем и расскажет подробно. Судейский же снова потеплел и даже тоже вздохнул:

– На ваше счастье, госпожа Алиса. Иначе приговор был бы намного суровее. Идёмте! Прощаться в таких обстоятельствах всё равно невозможно, а я обязан доставить вас к опекуну сразу после оглашения приговора и наложения артефакта.

– Кто опекун? – спросил Лей.

– Достопочтенный Советник Левис.

 У меня подкосились ноги, а Зора топнула и стукнула тростью:

– Нет! Этому вот точно не бывать!

– Это как раз теоретически можно и оспорить, госпожа Зора, – ответил чиновник, – постановление на сей счёт отдельное. Государственное, без участия Безмирья. Но апелляцию имеет право подавать только Семья невесты. Подумайте, может что-то и можно предпринять. Но при закрытых Переходах это вряд ли возможно. Поэтому дайте мне, пожалуйста, сделать своё дело без… неприятных мер.

 Лей взял меня за руку.

– Идём, Элис, я провожу. Мы всё решим, но прямо сейчас ничего не поделать, придётся ехать. Иначе будет только хуже.

Он потянул меня, потому что я упёрлась в пол и в панике смотрела на Зору. Как она переживёт?! Я всех подставила своим дурацким контрактом, привела такую беду в Семью!

– Идём! – настойчиво повторил Лей. – Ты здесь не выдержишь и шибанёшь себя браслетом!

 Но я уже не выдержала и прошептала:

– Зора!..

 Тут же в глазах потемнело, всё тело пронзила адская боль и я ударилась коленями в пол. Кто-то подхватил меня и усадил на козетку у входных дверей. Лей. Он снова коснулся моих висков, забирая боль и возвращая зрение. Я посмотрела на свой серебряный наручник, напоминавший сейчас оголённый провод, в котором искрит электричество. От затухающих всполохов «наказания» запястье щипало и ломило.

– Ещё пара таких ошибок, и вы окончите свои дни в приюте для сумасшедших, госпожа Алиса, – предостерёг чиновник. – Первый раз самый слабый, но с каждым новым будет хуже.

***

– Никому не говори о Связи, пока мы не разберёмся, стоит ли. Ни в коем случае! Ни на секунду не расставайся с арависами. Элис, ты слышишь?!

– Да, – потерянно отозвалась я.

 Лей вёл меня, обняв за плечи, в сторону выездных ворот. Человек Имидора тактично отстал шагов на десять.

 Сочная зрелая зелень, резвые птичьи трели, ароматное августовское цветение – всё утреннее веселье, окружавшее нас, в моём положении и состоянии казалось неуместными, абсурдными декорациями. Высокое яркое солнце слепило и заставляло мрачно щуриться.