Чтение онлайн

— Нужно точно дозировать количество отданной силы и прикладывать её в определённое место, — завершила Лили.

— Всё верно. Какое место будет определённым? Кто-нибудь кроме Лили знает? — Айлинн снова оглядела аудиторию.

Нет, не знает. Увы. На лекции, очевидно, спят, свойства материалов на практике не отработали вовсе или отработали слабо. Придётся сейчас после пары снова писать бумагу, да? Чтобы прекрасный господин Тейблтон потом не смог сказать, что он научил студентов всему, что положено?

— Лили, раз никто больше не готов поделиться с нами этим знанием, придётся вам.

— Нужно найти самое ровное и гладкое место на поверхности, диаметр силового луча не более пяти миллиметров. А мощность подобрать.

— Верно. Альберт, найдите, пожалуйста, самое ровное и гладкое место на вашем образце.

Альберт с недоверием вертел в руках образец — небольшую серебряную ложку, почти полностью покрытую рельефным орнаментом.

— Вот, что ли? — он показал на выпуклую наружную часть чашечки.

Верно, черенок весь в рельефе, а внутри чашечки тоже рисунок.

— Пробуйте. И помните о мощности и о количестве силы, то самое, что сейчас напомнила нам всем Лили.

Он попробовал…

— Нагрелось! В самом деле нагрелось! Правда, чуть-чуть!

Айлинн коснулась кончиком пальца — да, нагрелось.

— Регулируйте теперь мощность. Горячо, но чтобы можно было удержать в руках.

Альберт занялся, и более не высказывал своего недовольства. Остальные тоже воодушевились и принялись пробовать. В итоге к концу пары получилось у всех.

— Что я хочу сказать вам в итоге, уважаемые студенты, — сказала Айлинн строго. — Скоро экзамен, и каждому на экзамене придётся выполнить своё задание самостоятельно. И если вы не дадите себе труда выучить теорию — то и с практикой будет ровно так же, как у нас с вами сегодня. В вашем учебном плане нет ничего лишнего, поверьте. И уж тем более ничего лишнего нет в ваших специальных предметах. Более того, их будет больше с каждым новым семестром. И если вы в самом деле желаете не просто получить документ об образовании, но и работать по специальности — извольте учить.

— А мы думали, артефакторика — это руками, — протянул Артур.

— И руками тоже. Но если вы не будете знать, к чему те руки приложить, то ничего и не сможете, — покачала головой Айлинн.

Когда-то в самом начале профессор Сансет говорил им, первокурсникам, примерно то же самое. И сначала тоже не все верили. Правда, потом всё же втянулись. А эти не втянулись. Потому что их сразу не взяли в ежовые рукавицы? Или просто посмотрели на Тейблтона и поняли, что можно не напрягаться, так проживут?

После пары она рассказала обо всём случившемся Эвану Берри.

— Скажи, что они делают у тебя на лекциях?

— Слушают, — пожал тот плечами. — Преимущественно. Если я предлагаю какую-то работу — выполняют. Если спрашиваю — отвечают. Почти все. И нет, я не знаю, как Кэти Торнхилл умудряется сделать так, чтобы её слушал весь поток, я так не сумею, — вздохнул он. — Наверное, менталистов этому специально учат.

Может, и учат, Айлинн в то не вдавалась никогда.

— В общем, надо что-то делать, чтобы они учили то, чего пока не знают, но должны. Это если у нас будет всё хорошо, то Тейблтон придёт и скажет, что он так и знал. А если у нас из-за него будет плохо, то выставить его виноватым, я думаю, не удастся.

— Ты права, — уныло вздохнул Эван. — Буду стращать, пускай учат.

— И я буду. И на оставшихся занятиях мы будем отрабатывать те темы, с которыми у них сложности, пускай сами понимают, что нужно подтянуть теорию.

На том и сошлись. И хоть профессор Сансет ощутимо за них, в целом Айлинн было неспокойно.

Ирвин неделю принимал отчёты от Сазерленда и от Джима, и от них обоих вместе, и по-прежнему не мог понять, что такое происходит с папенькой и в чём причина происходящего. И очень хорошо, что Айлинн была вся по макушку в своих студентах, их экзаменах и экзаменах кафедры нестандартных боевых взаимодействий, и не задавала лишних вопросов. Рассказать-то ей пока всё равно нечего, только если о бесплодных попытках выяснить, в чём дело. А с ней лучше уж говорить о более приятных вещах.

Сазерленд успел познакомиться с папенькой — на приёме в Бакстон-холле, и это оказалось отлично, не нужно предпринимать никаких дополнительных действий. Он сначала сам подобрался к нему теневой стороной мира и немного понаблюдал, но ничего особенного не увидел. А после, как Ирвин понял, оставил за себя свою жабу, и тот наблюдал и докладывал. Только вот ничего особенного не увидел. Никаких враждебных магов, засевших в тенях, и готовящих нападение.

Ирвин совершенно не мог поверить в сказанное и некоторое время пытался колупать Сазерленда. Как-то раз они даже пили вечером в Снобе, с ним и с Джимом, и позвали Джонатана послушать на свежую голову, но так ни до чего особенного и не договорились. И даже пошли допивать к Ирвину домой.

Джонатана восхитил Донг-Донг, и он согласился, что зверя нужно познакомить с Дафной, сестрёнка будет в восторге.

— И что же, этот мелкий зверь способен наблюдать за кем-нибудь из теней? — интересовался Джонатан.

— Способен, — кивнул Сазерленд.

— А дальше? Что он будет делать, если вдруг увидит врага?

— Сообщит мне, он умеет. Я мгновенно окажусь там и тоже увижу врага.

— И выходит, он ни разу не увидел, — Ирвин уже привычным жестом почесал изумрудно-синюю башку.

— Нет. Ему было сказано сообщать о любом человеке в тенях возле вашего отца, но — не было.

— А что сам папенька? — спросил Ирвин у брата.

— Да как будто поспокойнее стал, — вздохнул тот. — Может быть, и вправду всё решил? Если что, он вообще-то умеет решать проблемы.

— Да кто бы спорил, а мы не будем, — согласился Ирвин. — Но вот узнать бы что-нибудь, что успокоило бы лично меня.

Джим всё это время кормил Донг-Донга с ладони чем-то, Ирвин не понял, чем. И помалкивал.

— А ты чего молчишь? — Ирвин хмуро взглянул на Джима.

— А я ловил обрывки слухов о том, что лорд Бакстон не справляется с обязанностями главы его партии, потому что не слишком молод и не слишком здоров, — он взглянул на Ирвина в упор. — И ты сам можешь судить, сколько правды в тех слухах.

— Да ерунда всё это, — Ирвин был совершенно не согласен. — И старше него, бывает, заседают в парламенте и вообще чего только не делают.

— А ещё удалось добыть вот это, — Джим достал из рюкзака артефакт — небольшой шарик, похожий на хрустальный.