Чтение онлайн

Год сплошных унижений и оскорблений продолжался. О мою спину пытались вытирать ноги все, кому не лень. Но меня волновали только те, кто на протяжении многих лет, десятилетий выказывали свою дружбу, расположение, верность, а сейчас в одночасье вдруг обнулили все мои знания и опыт. Меня уверяли, что я никто, ничего не знаю и не умею, мое мнение не имеет смысла и ценности. Но при этом пользовались моим трудом. По мнению Лобова, выход был один:

— Окопаться!

Окопался, но внутри меня процесс пошел, он разъедал меня. Я никак не мог понять. Не простить, а понять этого предательства. Со стороны близких мне в КВН людей. Тех, с кем столько лет мы делали одно дело и кто сейчас не просто повернулся ко мне спиной, а гнобит и унижает. Ведь можно было хоть что-то сказать, если я и сделал что-то не так, высказать свои претензии. Меня просто предали за определенные преференции. Интересно, что на этом фоне звучали еще и фразы, которые выглядели как издевательства. Когда перед поездкой в Юрмалу мы встретились с редакторами на Рижском вокзале, Купридо сказал мне:

— Ты что, делал пластическую операцию? Хорошо выглядишь…

— Ты знаешь, так много обязанностей в КВН с меня сняли, что я просто цвету, — попытался я отшутиться.

Через несколько лет, в ноябре 2009 года Борис Немцов, при отставке Михаила Лесина, в журнале «Коммерсант. Власть» скажет: «Власть увольняет не за коррупцию, злоупотребление и нарушение законов, а за то, что нелоялен и чужой. А своему человеку можно злоупотреблять чем угодно».

Меня пытались убрать не потому, что я злоупотребил чем-то, и КВН вообще нечем злоупотреблять. Или нарушил что-то. Уничтожали просто за то, что я был чужой людям, стремящимся, а затем пришедшим во власть в КВН. А тот, кто главный, бог в деле, меня просто слил. Отношение самой Семьи ко мне убивало больше всего. Страшно было не то, что меня слили. А как! Можно же было сказать хоть что-то человеку, который двадцать лет на вас работал, глядя в глаза. Мне не нужно было ничего объяснять в деталях. Несколько слов, которые давали понять, что двадцать лет моей жизни прожиты не зря. Наподобие того, что говорил мне Лобов по телефону после отставки в движении КВН в Москве. Создавалось ощущение, что АВ долго искал повод втоптать меня в грязь, но не находил, и это его злило. Понимая, что реальных причин нет, ждал, когда кто-то хоть чего-то подбросит. Пусть сомнительное. Очевидно, все, что наговорили, по сути, бред, но, видимо, очень хотелось в это верить! За что? Почему? Эти вопросы не давали жить. Для тех людей, которые что-то тайно ему шептали в ухо, это был маленький эпизод, а для меня — итог целой эпохи в жизни. Такое отношение Семьи действительно убивало. И, как оказалось через год, в прямом смысле этого слова. Позже, читая «Пастернака» Быкова, я нашел мысль очень подходящую под мою ситуацию: «…Безупречная тактика — черную и кровавую работу сделать руками фанатиков, а потом и фанатиков уничтожить за «отдельные ошибки».

Своим поведением в отношении некоторых своих подданных АВ обрек себя на изоляцию. Однажды, придя на репетицию, он, по обыкновению, решил напомнить всем, кто в доме хозяин, и устроил разгон. Начали с каких-то кандидатов на работу, затем АВ и СА попытались «построить» всех. Но как только Семья затеяла этот бум, мгновенно образовался «штаб» в редакторской комнате. Сюда стекалась информация из зала, где «проходили схватки», и каждый последующий подходящий к ним уже знал от Барули, что говорить, а у этого даже на лице было видно, как мозг судорожно прощупывает направление развития событий. Последний выстрел был, когда он дал указания юной Бубновой, желающей работать на «АМиК»:

— Иди, сейчас хорошее время!

По возвращении, естественно, весь разговор был передан «главному в ставке». Не знаю, считала ли Семья профилактические меры выполненными, но это был проигрыш. Они выглядели как старики, которых можно и нужно обойти. Никаких «свесов» и «противовесов», которые именно в такие минуты и срабатывают.

Между тем кризис вот уже несколько лет развивался в самой системе КВН. В определенном смысле он был предопределен положением в стране, ведь КВН как зеркало общества. В стране повысилась денежная масса, по сравнению даже с предыдущим годом доходы людей сильно выросли. Прямо взрывной рост оборота розничной торговли. В Подмосковье увеличивалась плотность построек, причем эти дома отличались вкусом. Красиво жить уже хотят все, причем здесь и сейчас. Именно это и вызывает озабоченность, потому что такой приток денег и счастья не вызван ростом производительности труда. Народ не очень озадачивается качеством своего труда, а просто думает, как «срубить по-легкому» денег. Президент «Тройка диалог» Рубен Варданян как-то высказался: «Сейчас в России происходят удивительные вещи, которые невозможно сравнить ни с Китаем, ни с Бразилией — ни с кем. Россия имеет высокообразованное население, которое не понимает ничего в бизнесе. Огромные промышленные мощности, которые давно не модернизировались. Огромные инфраструктурные проекты, которые уже давно реализованы, но требуют дополнительных инвестиций…» Вот точно так же все происходит и в КВН. Это ведь система в конкретной стране, с конкретными людьми, которые живут здесь и сейчас. Никто уже не думает о развитии дела или его совершенствовании. Все думают, как подключиться к кормушке, подкормиться, ни править на себя финансовые потоки, просто использовать то, что было раньше придумано. Говорить при этом красивые, убедительные слова в КВН умеют.

Фестиваль команд КВН в Сочи прошел под эгидой укрепления и демонстрации новой власти. Мой выезд был запланирован на самый поздний из возможных сроков, вместе со съемочной группой. При этом никто ничего со мной не согласовывал заранее, а тихо «скинули». Я не попадал ни на 2-й тур, ни на «посиделки с президентом». Это вполне соответствовало плану Барули. Но вдруг, за несколько дней до отъезда, мне позвонил Витя Вдовиченко и сказал:

— Ты должен быть в Сочи на два дня раньше.

Странно было слышать такую формулировку, если учесть, что я не штатный сотрудник «АМиК». Тем не менее я согласился. Ведь, как я понял из телефонного разговора, об этом просила Семья: надо было снимать рекламный ролик фестиваля КВН для Первого канала. По приезде в Сочи знакомые команды сразу окучили и стали в красках рассказывать, как Баруля петушится:

— Ну что? Я обещал, что уберу с фестиваля ряд товарищей! Видите, нет их!

По приезде в Сочи о том, что конкретно надо снимать для Первого канала, я узнал от Чивурина. Переминаясь с ноги на ногу, не смотря в глаза, он пренебрежительно скинул информацию вместе со сценарием ролика:

— Это уже утверждено у Маслякова. Обсуждать нечего.

Ни АВ, как руководитель программы, ни Баруля, как директор фестиваля команд КВН, со мной не говорили о том, что я должен снимать этот ролик. Все вели себя так, как будто это в порядке вещей.

Сценарий ролика был очень странный. И совсем не телевизионный. Очевидно, что до утверждения сценария у АВ его не обсуждали с режиссером. Это была новая политика в «АМиК» и новая технология производства передачи КВН. Позиционирование редакторов осуществлялось в интересах новых людей в руководстве, которые самоутверждались во власти. Сложившийся и выверенный годами процесс творчества и производства разрушался без оглядки. Еще с конца восьмидесятых сценарий обсуждался с предполагаемым режиссером. После этого исходная идея конкретизировалась, иногда видоизменялась, но именно такой диалог творческих людей и предопределял реализуемость и успех конкретного продукта. Только после этого окончательно утверждали у АВ. Теперь же редакторы сами все придумывали, а потом спускали в производство, со словами:

— Мы свою работу сделали. Масляков это утвердил, дальше это не наши проблемы.

Поскольку обсуждать содержание ролика редактор отказался, я решил как можно раньше провести съемки, чтобы была видна утопия предлагаемого. Посмотрев отснятый материал, АВ высказался достаточно критично по поводу увиденного, а заодно высказал свои пожелания. Было очевидно, что предложенный сценарий изначально не вписывался в его видение. Зачем было его утверждать? После разговора у АВ Чивурин предложил мне самому «добивать» этот ролик. Так, впроброс, делая вид, что оказывают мне тем самым большую честь. Он почему-то забыл, что ровно год назад, здесь же на фестивале команд КВН в Сочи, артистично представлял меня участникам команд КВН только как «режиссера по работе с командами». Почему режиссер по работе с командами должен дописывать сценарий рекламного ролика и снимать его?

Устраивать разборки на эту тему я счел ниже своего достоинства, ведь был понятен мотив такого поведения. Тем более что днем раньше, увидев меня, СА сказала:

— Валера, нас попросили с Первого канала снять самим анонс фестиваля. Подключись к съемкам, пожалуйста.

Тогда я еще не мог ей отказать. Никаких разговоров со мной об оплате за эту работу не было. Вечер творческих мук — и идея, как оживить ролик, появилась. Чивурин предложил мне самому обсудить ее с АВ, что я и сделал. АВ всем своим видом показывал свое раздражение по поводу того, что его отвлекают по пустякам и что ему это все не нужно. Мне показалось, что раздражение было именно из-за того, что сама идея была неплохая. По лицу сидящей рядом СА было видно, что ей нравится предлагаемое.

Сняли, вышло. Естественно, с творческими добавками Первого канала. Но именно то, что я сам придумал и что, собственно, и завершило ход, вышло в эфир. Никто никаких слов благодарности за проделанную работу не скажет. Об оплате за проделанную работу директора говорить не будут.

После этого случая практика подснимать материал анонсов КВН для Первого канала распространилась и на весь сезон. И как-то по инерции считалось, что это должен делать Хотног. Сценарии по-новому писались без меня. После съемок из наших исходников Первый канал монтировал по-своему.