Чтение онлайн

Начинаем репетицию. Звукорежиссер Алексей Менялин сообщает мне, что у него нет сценария передачи. Вспоминаю, моя сценарий тоже не видел. Подхожу к редактору, выпрашиваю сценарий, читаю, быстро развожу начало, читаю Менялину все ключевые фразы по громкой связи. Редактор стоит, как барин, на сцене. На мой вопрос, почему не начинаем, отвечает:

— Ко мне никто не подходит с микрофоном!

Еще пять минут продолжает принципиально и демонстративно стоять в стороне и ждать, когда ему поднесут микрофон. Ну, вот все комплексы удовлетворены, репетиция началась и успешно прошла. На следующий день успешно прошли съемки.

Второй полуфинал. Играют «Федор Двинятин», СОК, «Байкал», «Максимум». Вновь на генеральной репетиции нет АВ. Настоящее шоу генерального директора. Сел в зале, развалившись по центру на первом ряду. Естественно, все, кому он нужен, приглашены именно сегодня. Вопросы решает прямо здесь, в первом ряду, во время репетиции. Пусть знают, кто главный. Вот он, час триумфа! На съемках этой передачи почему-то вспомнил прочитанную статью Сергея Полонского в журнале «Секрет фирмы» (№ 37) в рубрике «Фанк-клуб»: «На днях включил «ящик» — а там КВН. Елкин хвост! Масляков 25 лет за этой тумбочкой и до сих пор там же. Возвращаюсь на «Первый». Там уже «Что? Где? Когда?» Я еще ребенком был, а там заседали те же умные лица. Они, вообще, молодцы: ответственно подошли к собственному бальзамированию. Это позиция слабого человека — он что-то нашел и боится бросить. А вдруг больше ничего не получится? Это — выбор деграданта. У каждого есть зона, в которой он считает себя компетентным. Проблема в том, что она демотивирует развитие. Развитие невозможно, если не вылезти из зоны комфорта. Для начала надо правильно сформировать круг общения, распределив его между наставниками, учениками и равными себе. Это моя «теория 30 %». Тогда большую масть времени ты будешь общаться не в самом комфортном режиме…»

Емко. Вдруг понимаю, что полностью согласен с этой мыслью!!! И даже живу так.

На одной из репетиций. Леня Купридо, увлеченный беседой с командой, которая его не совсем понимала, выпалил:

— Мы, наверное, колемся, редакторы же невменяемые! — И тут же бесцеремонно схватил меня за руку, оголив запястье, желая тем самым продемонстрировать, что на моей руке нет следов от уколов.

На тот момент курс химии закончился, и следов на руке уже не было. Но случись это на месяц раньше, и было бы еще то шоу.

Позади восемь месяцев химиотерапии, которая подарила еще пару лет жизни. Я проходил курс и оставался в КВН, вначале об этом не задумываясь: как пойдет, так пойдет. И пошло. Очень тяжело переносил курс, но в график, как это ни удивительно, вписывался. Один только раз первый день инъекций совпал со съемками. Да, надо было себя беречь, поскольку такое обилие людей всегда могут спровоцировать инфекцию. В этой толпе невозможно было выявить сопливых или еще каких-нибудь инфекционных, поэтому избегать надо было всех. Что я и делал. Спасибо, все получилось.

К осени, несмотря на заверения руководителей страны, стало ясно, что кризис все-таки Россию не обошел. Деньги из акций я каким-то необъяснимым чутьем вытащил в начале лета. Передержат месяц после максимальных значений российских биржевых индексов в мае, что вначале немного угнетало. Но сейчас, после «черного вторника» 16 сентября, я оценил это счастье: ведь главное, что без потерь. И так во всем остальном, тактика осторожного ведения дел уберегла бизнес и семью от серьезных последствий того года. Хотя, на мой взгляд, тот кризис отличался от кризиса 1998 года. Деньги в стране были, были и резервы. Имея дела с государственными структурами, можно было особо не переживать. Кто совершенно точно чувствовал себя уверенно, так это чиновники. Дружба с ними в эти дни дорогого стоила.

В КВН кризис привел к сокращению количества репетиционных дней и изменению расписания работы. Впервые за все время существования возрожденного КВН в день записи телевизионной передачи с часу дня проводились полноценные репетиции команд, а с учетом того, что количество дней репетиций на сцене сократилось, значение этих репетиций было высоким. Раньше в день записи были только звуковые репетиции и то для желающих команд. Из-за кризиса сбор программы также проводился на «нейтральной» территории, что повышало интенсивность репетиций и оставшееся время на сцене. Многое приходилось, полагаясь на опыт, предусматривать заранее, предвидеть проблемы, готовиться к ним. В результате даже в этих «сжатых» условиях удавалось сделать качественную работу, не ущербную, а приходящие новые операторы констатировали профессионализм команды, снимающей КВН. Мы все, видимо, перестарались в своем рвении, потому что даже после того, как кризис ослаб, уже никто не спешил вернуться к старому расписанию подготовки телевизионной передачи. И думаю, уже и не вернется.

Еще одно последствие кризиса: перемены в распространении пригласительных билетов. С той поры билеты на КВН стали продавать. У нас отобрали все наши «квоты», и, если нужны были билеты, нас отсылали в кассы города. По крайней мере, меня. Прошел кризис, но пригласительные так и не вернули. Мне, человеку, работающему на передачу более двадцати лет, больше не будут давать билеты на съемку! Самые преданные поклонники игры из числа моих приятелей будут просто покупать себе билеты за большие деньги в кассах Москвы. Мой экономический ум подсчитал, что для «АМиК» кризис тоже не оказался критичным. Более того, впоследствии он принес дополнительные доходы в виде экономии на аренде и технике, а также на билетах.

Кризис окончательно запутал все ощущения от этого года. А это был год с новым президентом, с новыми надеждами. В начале года казалось, как выразился Дмитрий Губерниев, что наступила «всероссийская пруха», подпитывающая команды темами для шуток. И победа России на «Евровидении», и победа наших хоккеистов на чемпионате мира. Потом, правда, была «операция по принуждению к миру» в Грузии, что многие считали тоже российской победой. Кризис, казалось бы, всеми должен был рассматриваться как плохое событие года. Но в контексте изменений производства телевизионного КВН чем не «пруха»?

Впрочем, сами команды были от этого далеки. Кризис подбросил бесконечное число тем для шуток, многие из которых радовали экономиста во мне. «Консумеризм», который накрыл нашу жизнь, меня раздражал уже несколько лет. Все вокруг хотели иметь все, причем здесь и сейчас. Независимо от собственных возможностей. Человека, который никогда в своей жизни не брал в долг и не использовал кредиты, это не могло не раздражать. Более того, мне было трудно объяснить проповедникам новой жизни, почему это плохо. Особенно когда к июлю доллар опустился до 23 рублей, а баррель нефти дошел до 145 долларов. Но пришла осень, и жизнь расставила все по местам. И снабдила меня вескими аргументами и примерами. А «офисный планктон», красиво живущий за счет кредитов, стал самым пародируемым в КВН.

Ноябрь. Спецпроект. День рождения КВН. Съемки прошли 20 ноября. Раньше не было зала под мероприятие. Театр Российской армии опять закрыли на ремонт. В итоге все проходило в концертном зале «Россия» в Лужниках. Билеты все платные. Как писал журнал «ТВ парк»: «По утверждению организаторов, мероприятие посетило 12 000 человек». Кстати, в зале, где проходил Кубок, расставили стулья даже за центральной камерой, которая была установлена с оператором на огромном помосте. Как должны были люди смотреть передачу сквозь металлические стойки и тело оператора, оставалось загадкой. Мне билетов вообще не дали, «проходок» без мест тоже. Да и в зал не посадили. Позже, находясь уже в институте Вишневского после операции, посмотрю последние десять минут эфирного варианта телевизионной передачи КВН и увижу кучу случайных людей в кадре, когда покажут партер зала. Не сомневаюсь, что эти люди не оплачивали свои места, и чем они заслужили такую честь, остается загадкой. Возможно, это чья-то «разменная валюта», наверняка они представляли интерес для определенных людей. Впрочем, это уже и не важно.

Впервые я шел на работу по этому проекту, находясь совершенно в другом состоянии. Я мог уже совершенно спокойно смотреть на все происходящее. Меня мало что доставало и беспокоило. Чувствовал я себя вполне комфортно, в съемках участвовали люди из старых команд, которые знали меня в деле давно, говорили то, что хотели, а не то, что им рекомендовали. Некоторых я учил чему-то, кого-то снимал, с кем-то просто остались хорошие человеческие отношения. За несколько дней до этого, при сдаче программы, неожиданно ко мне подошла Катя Варнава из команды КВН «Сборная малых народов». Мы тепло обнялись, и несколько минут разговора с ней обеспечили спокойствие в общении с московской командой на все предстоящие дни. Сдача программы происходила в зале под башней Останкино. У АВ были съемки «Минуты славы», и начиналось все достаточно поздно. Мне это было на руку, поскольку днем я бегал и выбирал, где оперироваться. Некоторая часть народа вокруг, особенно старички, немного роптала, что КВН стал зависеть от занятости АВ в другой передаче. Другая часть, уже подрабатывающая на других проектах и неоднократно за это в свой адрес слышавшая упрек, ликовала: «А вы нас в свое время за подобное…» Для меня эта ситуация напомнила мою собственную практику семилетней давности. Когда десятки людей, творческая группа «Ноу-хау», целый офис координировал свою работу под КВН. Хорошо ли это было?