Чтение онлайн

Когда появился слуга, я приказала ему развести огонь посильнее, зажечь лампы, и прошлась по залу, чтобы посмотреть, не мог ли какой-нибудь предмет обстановки вызвать видение, но ничего необычного не увидела, и приказала позвать прислугу, чтобы она оставалась со мной, поскольку не хотела долее находиться в тот вечер в библиотеке одна.

Когда я переодевалась ко сну, прислуга мне помогала. Внезапно она спросила:

– Вы обожгли руку, мадам?

Поспешно опустив глаза, я увидела три темных красных пятнышка на запястье левой руки. У них был странный вид, словно в этих местах плоти коснулось раскаленное железо, но кожа не была обожжена, и я не испытывала никакой боли. Сказав что-то в оправдание, я сделала вид, что это ничего не значит, чтобы впоследствии спокойно все обдумать. На моей руке имелись следы; я не могла их удалить, они не исчезали. Их насыщенный красный цвет заставил остальную руку утратить розоватый оттенок и выглядеть бледной по сравнению с ними. Могла ли я уснуть и во сне сделать что-то такое, отчего они появились? Я долго размышляла над этим, и, наконец, пришла к выводу, что мне следует отправиться к старому дому Нэнси Блэк и там попытаться найти ответы на мучившие меня вопросы. С этим я и заснула.

Моя подруга Нэнси происходила из старинной семьи, владела старым просторным особняком, в котором и проживала. Он располагался напротив моего дома. Умирая, она оставила меня наследницей всего ее имущества.

Когда наступило утро, я взяла ключи и вместе с прислугой отправилась к дому Нэнси. Я никогда не бывала в нем с момента смерти подруги, внезапной и несколько необычной; все в доме оставалось на прежних местах с того самого момента, как ее отвезли к месту последнего упокоения. Мы прошли в комнату, о которой говорила Нэнси. Я попросила Сару сдвинуть ковер, и, конечно же, мы увидели доску с дырой; я отослала прислугу из комнаты и подняла доску; там лежал ящик с незапертой крышкой. Открыв его, я ужаснулась, увидев два скелета - младенца и женщины, маленькой и хрупкой. Я сразу же поняла, чьи останки лежат передо мной: это была младшая сестра Нэнси Блэк, семнадцатилетняя девушка, исчезнувшая из дома какое-то время назад загадочным образом и скончавшаяся в неизвестном месте, - по крайней мере, так о ней говорила Нэнси, когда ее спрашивали. Никто не усомнился в ее словах, поскольку они звучали совершенно естественно.

Оставшись сиротами, когда Люси было только два года, а Нэнси - восемнадцать, моя подруга посвятила всю свою жизнь заботе о младшей сестре, а когда узнала, что та поддалась греху, из гордости за свое имя и положение, избавилась от матери и ребенка. А чтобы тайна ее случайно не раскрылась, она осталась жить в этом мрачном доме, скрывшем ужасную тайну.

Вокруг ящика лежали деньги и драгоценности, а также кусок пергамента, на котором было написано: "Доля Люси из наследства, оставленного нашим отцом". Я исполнила просьбу Нэнси, поскольку теперь была твердо убеждена, что это ее дух приходил ко мне тем вечером. Чтобы избежать огласки, я посвятила в тайну священника, и он захоронил останки в освященной земле. Деньги и драгоценности я отдала на благотворительность, а дом превратила в убежище для обездоленных женщин; утром и вечером, опускаясь на колени, я своими молитвами прошу Всевышнего, чтобы Он простил Нэнси Блэк и дал покой ее истерзанной душе.

С ХВАТКА С ПРИЗРАКОМ

BY Q. E. D.

– Я никогда не верил в призраков, - сказал доктор.
– Но всегда их боялся.

– А вам приходилось их когда-нибудь видеть?
– спросил кто-то.

Доктор вынул сигару изо рта и на мгновение задумался, прежде чем ответить.

– Со мной случались удивительные вещи, - сказал он после паузы, после чего все переглянулись, поскольку доктор видел многое и, по всей видимости, был не прочь рассказать об этом в близкой компании.
– Хотите услышать одну историю? Когда я ее вспоминаю, у меня по коже пробегает холодок.

Мы дружно кивнули, и доктор, сделав глоток в качестве противоядия от дрожи, начал.

– Помните Джорджа Карсона, который играл за университет несколько лет назад; большой парень со светлыми усами? Я познакомился с ним много раньше, чем он женился, когда он готовился к адвокатуре в городе. Уже после того, как было объявлено о его помолвке с мисс Стонор, ныне миссис Карсон, он пригласил меня к себе в гости за город. Там должна была присутствовать мисс Стонор, и он хотел меня с ней познакомить. Я не мог принять приглашение на Рождество, поскольку обещал провести его с моими друзьями. Но, поскольку у меня было слишком много работы, я решил дать себе отдых в течение нескольких дней, и отправиться к нему на Новый год.

Вудкот выглядел очень милым местечком, где можно было хорошенько отдохнуть. В радиусе нескольких миль имелась всего пара собак, он располагался неподалеку от станции, что делало возможным получение утренних газет. Мне показалось, Карсонсу повезло, что ему удалось найти такой хороший дом за очень умеренную плату. Поскольку, как сказал мне Джордж, хозяин был вынужден уехать за границу по состоянию здоровья, и очень не хотел, чтобы здание пустовало всю зиму. Это был старый дом с большими фронтонами и нелепыми пристройками, и вам вряд ли удалось бы пройти десять шагов по любому из коридоров, чтобы не оказаться возле лестницы, ведущей вверх или вниз. Время от времени его перестраивали, и, помимо прочих улучшений, в одном из задних помещений устроили большую бильярдную. Загородный дом зимой без бильярдной, когда мороз не дает высунуть носа наружу, это просто... даже не вызолоченная тюрьма. Нас было мало; кроме Джорджа и его отца с матерью, присутствовали две мисс Карсон, которые, находясь в раннем подростковом возрасте, в счет не шли, мисс Стонор, в отличие от них, бывшая первым лицом, и, наконец, я сам.

Мисс Стонор должна была быть счастлива, поскольку Джордж Карсон, помимо того, что был привлекательным молодым человеком, еще и представлял собой завидную партию, являясь единственным наследником приличного состояния. Тем не менее, мне она таковой не показалась. У меня создалось впечатление, что ее что-то тяготит, а потому она ведет себя несколько нервно и скованно. Джордж, как мне показалось, тоже заметил это и был озадачен, поскольку я часто ловил его вопросительные, недумевающие взгляды, когда он смотрел на нее; но, поскольку я присутствовал не в качестве врача, то не вмешивался, рассчитывая, тем не менее, узнать причину такого странного поведения до своего отъезда.

На вторую ночь после моего приезда мы играли, помнится, в бильярд; после того как остальные отправились спать, мы с Джорджем решили расположиться в его кабинете, который он устроил наверху, и немного побеседовать за сигарой перед сном. Кабинет располагался рядом с его спальней и был отделен от нее занавесками. Усевшись в кресло, я не обнаружил своей трубки и вспомнил, что оставил ее в бильярдной. Я никогда не пользуюсь чужой трубкой, а потому, со свечой в руке, - дом уже был погружен во тьму, - отправился вниз за своей собственной. Дом выглядел очень странно при свете одной-единственной мерцающей свечи, лестницы скрипели самым немилосердным образом, словно вслед за мной по пятам спускалась масса народу. Я нашел свою трубку там, где и ожидал найти, в бильярдной, и отправился назад, идя несколько быстрее, чем требовалось. А потому неудивительно, что, пройдя пару ступенек, я споткнулся и уронил свечу. Разумеется, она потухла, однако, пошарив вокруг себя, я вскоре отыскал ее. Спичек у меня с собой не было, а потому я вынужден был передвигаться, держась за перила; было так темно, что я почти ничего не видел. И когда я медленно продвигался вперед, ведя рукой по перилам, то вдруг ощутил на них что-то холодное и липкое. Остановившись и сжав пальцы, я внезапно почувствовал, что сжимаю другую руку, худенькую и костлявую, которая старалась вырваться из моей. И хотя я ничего не видел и не слышал, все же почувствовал, как что-то скользнуло мимо меня вверх по лестнице.

– Послушайте... кто здесь? Кто вы?
– спросил я.

Ответа не последовало.

Должен признаться, я был испуган. И это отразилось на моем лице.

– В чем дело?
– спросил Джордж, когда я вернулся в кабинет.

– Ни в чем, - пробормотал я.
– Выронил свечу и заблудился.

– А с кем ты разговаривал?

– Ни с кем, просто сказал пару слов в адрес свечи, - ответил я.

– Мне показалось, ты кого-то увидел, - заметил Джордж.

Мне не хотелось говорить ему правду; я опасался, что он посмеется над моим воображением. Но решил на всякий случай продлить свой отпуск и придерживаться большей воздержности в еде. В ту ночь я несколько раз просыпался, ощущая пожатие той самой руки, - липкой и холодной, - какой она была, когда мои пальцы прикоснулись к ней.

На следующее утро, после завтрака, я отправился в бильярдную, потренировать удары, а Карсон пошел на конюшню. Вскоре дверь открылась, и внутрь заглянула мисс Стонор.

– Входите, - пригласил я.
– Джордж придет через несколько минут.

– Мне бы хотелось с вами поговорить, - сказала она.

Девушка выглядела очень усталой и больной, и мне пришло в голову, что, скорее всего, придется прервать отпуск.

– Вы верите в призраков?
– спросила она, закрыв дверь, подойдя к столу и опершись на него обеими руками.

– Нет, - ответил я, испытав легкую дрожь, вспомнив о вчерашнем приключении, - но я верю в воображение.

– А если предположить, что человеку привиделось нечто подобное, есть ли от этого какое-нибудь лекарство?

– Что вы имеете в виду, мисс Стонор?
– спросил я, удивленно глядя на нее.
– Вы имеете в виду, что ваше воображение...

Я замолчал, потому что мисс Стонор отвернулась, присела на одно из кресел, стоявших у стены, и расплакалась.

– Прошу вас, помогите мне, - рыдала она.
– Наверное, я схожу с ума.