Чтение онлайн

— Что-то случилось, граф?

— Пока нет и будет хорошо, если ничего не случится, — ответил я, осматривая внутреннюю щеколду двери. — Вот, посмотрите, господин маг. Неподвижная часть щеколды и подвижная соединяются двумя пластинами с отверстиями. Видите?

— Конечно вижу, — кивнул Мерлин.

— Когда я уйду, вы задвиньте щеколду и в отверстия проденьте вот этот прутик.

— Живица? — спросил Мерлин. — Занятная трава.

— Если вы с ней знакомы, то объяснения отпадают, — произнёс я. — Не забудьте полить узел водой.

— Может, эти предостережения излишние? — усмехнулся маг, — постоять за себя я сумею, будьте в этом уверены, граф.

— В этом нет сомнений, — ответил я Мерлину. — У меня на родине есть пословица: бережёного бог бережёт. Я не знаю, кто находится в теле Вильмы, поэтому лучше подстраховаться.

Я зашёл в свою комнату и обратил внимание на свечу: она искрила. Время перевалило за полночь и пришло время действовать. В первую очередь, необходимо обезопасить себя. Я прикинул рост Вильмы, на уровне головы девушки в воздухе появилась руна «Иса». Эта руна замедляет течение времени, «замораживает», в прямом и переносном смысле, всё то, что встречается ей на пути. Руна холода, руна льда. Привычным движением я создал руну защиты «Альгиз», подставил под неё руку и почувствовал привычный жар, который охватил всё тело. Как же плохо без часов! В городе Чествурд, как и во всех городах королевства Эспер, часы расположены на башне городской ратуши. Но до ратуши очень далеко, да ещё и непогода, чёрт побери! Я попробовал изобразить капризную руну «Райдо», улучшающую ощущение внутреннего времени, но не успел: дверь моей комнаты приоткрылась.

— Где же ты, любимый?

Вильма шла с закрытыми глазами и от этой картины по телу пробежала волна холода.

— Здесь я, милая, здесь. Прямо перед тобой. Ещё шаг, дорогая.

Руна «Иса» ярко вспыхнула, когда Вильма сделала полшага вперёд. Руна стекла со лба девушки, равномерным потоком растеклась по всему телу рыжеволосой красавицы. Вильма застыла, я услышал звук потрескивающего льда и злобное рычание существа в теле девушки. Вильма начала раскачиваться из стороны в сторону, в уголках её рта появилась белая пена, пальцы начали удлиняться, лицо пошло «волнами» и стали отчётливо проявляться черты лица того человека, которого я убили на пороге корчмы. Карен, дьявол тебя задери! Тёмный мастер решил меня переиграть? Ну-ну! Если мой план по поводу проведения поединка он назвал хитрым ходом, то что тогда говорить о происходящем? Подойдя к Вильме, я, очень и очень осторожно, боясь разрушить ледяную скульптуру, подхватил её на руки, уложил в кровать. Достав четыре прутка живицы, зафиксировал руки и ноги к обрешётке спинок кровати. Из рюкзака достал флягу с водой, полил «наручники» водой. Живица стала ярко-зелёного цвета, намертво притянула запястья рук и щиколотки ног к спинками кровати.

Теперь можно было не спешить. Самое сложное позади, самое ужасное — впереди. Не знаю почему и зачем, но подобный обряд требовал избавления тела одержимого от одежды. Я достал из-за голенища сапога нож с резной рукоятью из ореха, разрезал ночную рубашку, в районе запястья правой руки сделал небольшой надрез. Отступив на шаг от кровати, невольно залюбовался телом девушки. Высокая грудь, плоский живот, длинные и стройные ноги. Я достал шкатулку с курительными принадлежностями, набил трубку табаком, раскурил. Руна «Иса» без подпитки энергии исчезла и теперь оставалось ждать, когда Вильма придёт в себя: мне необходимо её открытое сознание.

Я обмакнул кончик ножа в кровь, выступившую на руке девушки, подержал нож в пламени свечи. Капля крови заискрила, как бенгальский огонь. Так и должно быть, обращение только в начальной стадии. Достав из рюкзака мешочек с завязками, я рассыпал по полу порошок красного ильтоберрийского мрамора. Круг, внутри круга перевёрнутая пятилучевая звезда. Вильма зашевелились, раздался утробный рык зверя, в комнате стало невыносимо холодно. Пять тонких тёмно-синих свечей я поставил возле острия лучей звёзды, открыл дверь платяного шкафа, посмотрел на отражение девушки в зеркале. Над её телом колыхалось марево тумана, который ежесекундно менял своё очертание и цвет.

— Отпусти, человек, — прорычал Карен. — Отпусти мертвеца в обитель страха.

От его голосе в окнах задребезжали стёкла и я пожалел, что не создал руну тишины. Теперь об этом поздно сожалеть, будь что будет. Сняв рубашку, я встал перед звездой.

«Оромен, отор, одеро, Омен. Оромен, отор, одеро, Омен».

Разом вспыхнули свечи, порошок красного мрамора начал светиться багровым светом.

«Оромен, отор, одеро, Омен. Оромен, отор, одеро, Омен».

Тело Вильмы исполняло танец святого Витта. Карен смеялся и плакал одновременно, он просил, умолял и угрожал одновременно. Свечение мраморного порошка стало нестерпимо ярким, в углах комнаты зашевелились тени, они протянули щупальца ко мне и к Вильме.

«Теперь ты наш… теперь ты пойдешь с нами… шелофек».

Кровать ходила ходуном, графин с водой упал со стола и разбился. Я услышал голос младшего демона Оромена, руководившего действиями Карена:

«Что ты хочешь от меня, человек без лица?»

«Забери того, кто находится в женском теле, враг мой».

Тени засмеялись, зашипели, потом разом убрались в углы комнат. Стало тихо, Вильма жадно втягивала в себя воздух, её глаза смотрели в одну точку.

«Хоть бы выдержала, — пронеслось у меня в голове, — хоть бы выдержало её сердце».

«Ты прекрасно знаешь, какую я потребую с тебя плату, человек без лица», — произнёс демон. — Готов расстаться с годом своей жизни?»

«Забирай два года моей жизни, враг мой, но оставь девушку в здравом рассудке и ответь на мой вопрос».

«Да будет так, человек, которого нет. Задавай вопрос».

«Расскажи, кто поселился в разрушенном замке проклятого графа Бельтвийского. Я о замке Лорена».

«Ответ тебе не понравится, человек из другого мира. Там поселился призрак человека, который был тебе дороже всех на свете. Уничтожишь призрак, уничтожишь свою родовую память. Выбор за тобой, Палач в мире Серого солнца. А теперь я ухожу и забираю с собой гончего пса, посланника Тёмного мастера».

Тело Вильмы выгнулась дугой, я от боли в животе согнулся пополам, упал на горящие свечи. Уверен, что стены гостиницы Сволка никогда не слышали такого трёхэтажного, многоуровнего и высокохудожественного мата. Мой самый плохие предположения полностью оправдались.

Голос, знакомый-незнакомый и такой далёкий. Кто меня зовёт? Вильма? Да, это она. Пошатываясь, я стоял на ногах и смотрел на девушку. В её глазах можно было прочитать ужас и непонимание происходящего.

— Ваше сиятельство…

— Помолчи, Вильма. — Я рухнул на кровать, дотянулся до ножа, лежащего на тумбочке, разрезал живицу на руках рыжеволосой.

— На ногах как-нибудь сама, хорошо?

— Да-да, конечно, Ваше сиятельство, — ответила Вильма. — Что со мной произошло? Я помню, что была на кухне, потом меня кто-то сильно толкнул в спину и в голове появился мужской голос.

— И что он тебе говорил? — спросил я, гладя спину девушки.

— Чтобы я убила вас, Ваше… Что вы делаете, Ваше правительство… да как вы смеете… отец узнает, Ваше..

— Сделай так, чтобы не узнал, — ответил я. — Впрочем, если хочешь — уходи. Я не держу.

— А если не хочу уходить? — улыбаясь, спросила Вильма.

— Ну, тогда я ни в чём не виноват…

***

Никогда не знаешь, какой сюрприз преподнесёт мир-изнанка. На улице лил проливной дождь, снег моментально «просел» и из белого стал грязно-серым и ноздреватым. Сволк сидел за столом, что-то писал в толстой тетради. Он посмотрел на меня, кивнул:

— За вами непогода следом идёт, Ваше сиятельство. Что-то у вас вид не очень. Спали плохо или как? Вина горячего? Позавтракать не желаете?