Чтение онлайн

«Буду, буду веселиться, подслушивая, что вы там с Костиком затеваете», — весело сбегая по лестнице, думала про себя Елена.

Она сделала вид, что ушла, то есть вышла из дому до ухода горничной. А потом тихо вернулась, пробралась к себе в комнату и затаилась, прислушиваясь, когда же раздадутся шаги Константина.

«Нет, — решила она, — он может спуститься в кухню, он вечно голодный, а потом сразу подняться к ней. Лучше я его в диванной подкараулю. Из нее как раз хорошо видна лестница. — Накинув на плечи темную спортивную куртку, Елена поднялась в диванную и притаилась. — Придет, придет, — говорила она себе, — ни одну ночь не пропустит». — Она скрестила руки на груди и слегка задремала.

Тихий, едва различимый шум вывел ее из сонного оцепенения. Елена нахмурилась и устремила взгляд на лестницу. Потом случайно взглянула в сторону окон и едва удержалась от вскрика, зажав рукой рот. Она увидела, что одно из окон открылось, и какой-то человек впрыгнул через него в диванную. Огляделся. Прикрыл окно и стал двигаться к потайной двери, ведущей в гардеробную Марины. Уманцев хотел заложить эту дверь, но Марина сказала, что в случае пожара она, воспользовавшись ею, в миг очутится в диванной с огромными окнами, через которые легко спуститься на балкон, окаймляющий с этой стороны дом.

Незнакомец подошел к двери и вставил в замок свой ключ. «Неплохо! — не могла не подивиться Елена. — Оказывается, Марина обманывала не только отца, но и Константина». Когда дверь за незнакомцем закрылась, Елену стало трясти, как в лихорадке, от нетерпения. Но она сочла необходимым немного подождать, чтобы попасть в тот самый момент, когда у тайно встречающихся любовников осторожность отступает на второй план.

Она выключила в коридоре свет, подкралась к спальне Марины, тихо повернула ключ и, присев на корточки, приоткрыла дверь. Шторы на окнах были плотно закрыты, но на полу горел светильник под бледно-голубым плафоном. Елена изо всех сил напрягала зрение, чтобы разглядеть незнакомца, на котором в позе наездницы сидела и приглушенно вздыхала Марина. Когда же он приподнялся, Елена вздрогнула. С силой потерла кулаками глаза, не веря тому, что ей, как она была уверена в первое мгновение, померещилось. Но нет, невероятное оказалось очевидным: Марину целовал, миловал Александр Ильин-Вязигин. Елена оцепенела. Она смотрела на них, не отрывая взгляда. Ее тело помимо воли вдруг вспомнило, как ему было хорошо, и тихий стон вырвался из ее приоткрывшихся губ.

Она выползла за дверь, бледная, с трясущимся подбородком. Закрыла ее на ключ. Включила свет в коридоре и пошла к себе.

То, что она только что узнала, требовало осмысления. Но она не могла сосредоточиться. Противоречивые, бурные чувства одолевали ее. Хотелось одновременно и плакать, и проклинать, и наказать. Она схватила с кровати подушку и впилась в нее зубами. Завыла от боли и обиды. С остервенением принялась бить по ней кулаками, бросила на пол и стала топтать. С трудом остановилась. Плюхнулась на ковер и замерла с бессмысленным взглядом. Долго сидела не шелохнувшись. Потом тяжело поднялась, опираясь на колено. Подошла к бару, налила полстакана виски и выпила залпом. Тепло, разлившееся по телу, успокоило ее. Мысли прояснились. Елена села в кресло и задумалась.

«Теперь все совершенно ясно. Отца убили и украли алмаз Марина с Александром. Отец в припадке нежности похвастал своим сокровищем перед молодой женой и сообщил, на непредвиденный случай, код. Он думал, что ничем не рискует, так как, чтобы открыть сейф, нужны еще два замковых ключа, которые только он мог дать ей при форс-мажорных обстоятельствах. — Но как же быстро она столковалась с Александром! — не удержавшись, воскликнула Елена и помрачнела еще больше. — А я? — задала она себе вопрос. — А я была нужна для отвода глаз. Маринка, наверное, тихо бесилась и одновременно злорадствовала, когда Александр был у меня. Она ни во что не ставит меня, раз позволила своему любовнику лечь со мной в постель. — В постель! — взвизгнула Елена и со всей силы стукнула кулаком по кровати. Та слегка колыхнулась, словно вздохнула о былом и неповторимом. — Ах, как же мне было с ним… — прошептала Елена. — Как было… А теперь она, эта дрянь… — Елена потеряла нить размышлений. Ее опять стало колотить от яростной, не находящий выдоха злобы. — Я им покажу! Я им устрою! Я… — она ошалелыми глазами посмотрела вокруг себя. — Я еще посмеюсь над ними! — и вдруг взгляд ее остановился. — Алмаз! Александр продал его? Ведь он уезжал в Бельгию, правда, еще до смерти отца. — Тут она махнула рукой и расхохоталась. — Да разве Маринка, эта гиена, отдаст алмаз. Нет, когда все уляжется, они вместе с Александром, ставшим уже ее мужем, отправятся в свадебное путешествие по Европе, там и продадут алмаз. Значит, камень в доме! — заключила она. — Теперь надо успокоиться и хорошо подумать. Очень хорошо подумать!»

Елена размышляла всю ночь. Утром выпила кофе и по телефону предупредила детектива Приступова о своем визите.

Теперь она вошла в его офис уверенной походкой, села в кресло и безотлагательно приступила к делу:

— Я знаю, кто убил отца и похитил алмаз, — сказала она.

Выражение лица Приступова не поддавалось определению.

— Да? — прохрипел он и придвинулся к Елене вместе со стулом.

— Но мне нужна ваша помощь, да, наверное, и помощь милиции. Преступника надо схватить.

— Это понятно. Вы знаете, где он живет?

— К сожалению, нет. Но я знаю, где он появляется, — она со злорадством усмехнулась, видимо, представляя себе, как произойдет поимка преступника.

— И где же? — не выдержал Приступов.

— У нас в доме.

— Да ну?

— Только вчера был, — сказала она и с улыбкой посмотрела в глаза детектива.

— Но кто он? Гурьев? Ваша бывшая горничная? Признаться, я теряюсь в догадках.

— Не стоит себя утруждать. У преступника слишком хорошее алиби: в момент убийства отца он был в Бельгии.

— Неужели это?..

— Ильин-Вязигин, белоэмигрантский выродок, снюхавшийся с нашей смиренной Мариной. Это они, — сквозь стиснутые зубы говорила Елена, — они украли алмаз.

И она подробно рассказала Приступову о том, что произошло вчера ночью.

— Да, дела, — покачал он головой, но в глазах уже горел азартный огонек сыщика. Он потирал руки и что-то бубнил себе под нос.

— Ну и как вы думаете схватить их? — ерзала в кресле от нетерпения Елена.

— Думаю, очень просто. Но вам придется продолжить свои наблюдения за дверью гардеробной. Устроить засаду невозможно, во-первых, это вызовет подозрение у Марины, а во-вторых, мы не знаем, когда сообщник появится вновь. Выход один. Как только он придет, вы звоните мне и через пятнадцать минут я и капитан Туров с опергруппой будем у вашего дома. Вы откроете дверь, ну а дальше…

Елена задумалась.

— Что ж, нормально. Он у нее пробудет не менее часа. Успеете в любом случае.

На этом они расстались.

Домой Елена вернулась, как на крыльях. Столкнувшись в коридоре с горничной, опустила голову, чтобы та не заметила ее улыбки, не сходящей с губ. Еще предстоял разговор с Константином, но Елена решила не до конца посвящать его в суть дела. «Может вспылить и все испортить».

Дождавшись брата, она постучала к нему в комнату, получив позволение, вошла. Огляделась вокруг и спросила:

— Ты один?

— А с кем я могу быть? — лениво приподнял он брови.

Елена усмехнулась и на всякий случай заглянула в ванную.

— Да что такое? — продолжал недоумевать Константин.

Она, не обращая на него внимания, выглянула в коридор, а затем плотно закрыла дверь.

— Присядь рядом, — сказала, хлопнув ладонью по кровати.

Константин нехотя сел.

— Вчера ночью у нас был визитер, — сообщила она, содрогаясь от возбуждения и бившей ее мелкой нервной дрожи.

— Какой визитер? — захлопал ресницами Константин. — Что ты болтаешь? — с досадой бросил он.

— Визитер хорошо знакомый и тебе, и мне. Александр Ильин-Вязигин.

— Что?! — Константин привстал с кровати. Потом снисходительно усмехнулся: — А, значит, вернулся твой африканский кавалер.

— Вернулся, — с какой-то неприятной усмешкой подтвердила Елена. — Да только не ко мне, а к нашей Марине.

Константин мгновенно изменился в лице.

— С чего это ты взяла?

— Я его видела!