Двадцать три раны Цезаря
Шрифт:
Сердце стучало от волнения, когда он позвонил по телефону, названному бабушкой, но вместо ответа услышал, что такого номера не существует. Тогда он отправился по адресу. Дверь ему после долгих переговоров приоткрыла пожилая женщина. Александр первым делом показал ей свой перстень, тогда она сняла дверную цепочку и впустила его.
— Да, у моего мужа была какая-то шкатулка, — в глазах Александра заискрились огоньки. — Он ожидал, что за ней могут прийти. И пришли, — сердце у Александра упало. — Я знала, что муж хранил чьи-то вещи. Он мне даже как-то объяснил, что я должна буду сделать в случае его смерти, если придет человек и покажет перстень, как у вас. Но вышло так, что он сделал все сам. Неужели он ошибся?! — испуганно воскликнула она.
— Нет, не волнуйтесь. Это был мой дядя, — солгал Александр, чтобы не расстраивать женщину. — Я зашел поблагодарить вас от его имени.
В Москву Александр вернулся абсолютно уверенным, что более нет фамильных драгоценностей семьи Вязигиных. Но предаваться меланхолии в связи с этим печальным фактом он не стал, а отправился со своими новыми друзьями на день рождения жены какого-то крупного дельца. Приглашенных было много… Александра познакомили с Мариной. Они увлеченно разговаривали, как неожиданно, словно видение из сна, перед ним мелькнуло сапфировое ожерелье… Он невольно проследил за ним взглядом. Успел заметить его владелицу, коренастую, черноволосую, довольно неприятную особу. Кто-то присоединился к их беседе, Александр воспользовался этим, оставил Марину и поспешил за обладательницей колье. Та подошла к столу с напитками. «Невероятно, но это наше сапфировое колье… или очень похожее на него, — чувствуя, как от волнения кровь приливает к его лицу, подумал Александр. — Сомнения можно разрешить, только взглянув на монограмму, выбитую на обратной стороне фермуара. Но как это сделать?
Марина, заметив отсутствие Александра, разыскала его.
— Старинная вещица, — невзначай бросил он, обратив внимание Марины на украшение незнакомки.
— О да! — весело подхватила она и окликнула незнакомку: — Лена! — Та обернулась и подошла к ним.
— Познакомьтесь, — представила она ее Александру, — моя падчерица Елена.
— Александр, — пожирая глазами колье, произнес Ильин-Вязигин.
Марина заметила, что ее подзывает муж и, извинившись, ушла. Александр не хотел отпускать Елену и потому завел оживленный разговор. Марина вернулась быстро и взяла его под руку:
— Пойдемте, я познакомлю вас с моим мужем.
Александру показалось, что Уманцев как-то странно оглядел его. Разговор зашел об Африке.
Узнав, что Уманцев был в Анголе, Александр набросился на него с расспросами. Тот отвечал любезно, но неохотно.
Вернувшись домой, Александр принялся анализировать свои действия и ужаснулся собственной глупости.
— Как самый настоящий глупец, я сразу раскрыл все свои карты… — схватился он вначале за голову, но, поразмыслив минуту-другую, пришел к выводу, что и поспешность можно рассматривать как тактический прием.
Теперь же ему было необходимо выяснить, известно ли Уманцеву, что это колье является фамильной драгоценностью рода Вязигиных и каким образом он его приобрел.
«Если Уманцев купил колье, то он мне его покажет. Если же нет, то начнет нервничать. Ведь вполне можно предположить, что он и был тем советским, которого так опекал Алексей и который вызвал лютую злобу у Вольдемара. — И тут Александра словно осенило. — Так, совершенно очевидно, что Алексей спас его, чтобы он, вернувшись в Россию, поехал в Горький, получил шкатулку и передал ее дальше по назначению. Но Уманцев решил завладеть драгоценностями и поэтому убил Алексея. Неужели я напал на след? — Александра било как в лихорадке. Лицо раскраснелось, губы пересохли, глаза горели. — Мне необходимо взглянуть на это колье, — твердил он, сам не замечая того. — И выяснить, какие еще есть у них драгоценности. Как это сделать? — опустился он на стул и обхватил голову руками. — Да очень просто, — даже рассмеялся, — через его жену и дочь».
С Мариной он сошелся быстро. Она понравилась ему, а он ей. Даже слишком, как выяснилось позже. Но Марина хотела отвести от себя даже малейшие подозрения, потому предложила Александру приударить за ее падчерицей. Александру это было на руку.
Потом Марина сказала, что все устроила (на какое-то время ей удалось отделаться от надоевшего Константина), и Александр может приходить к ней.
Было забавно и даже отчасти смело появляться в доме «врага», как определил Уманцева Александр. Он невзначай расспрашивал Марину о муже. Та мало что знала о его жизни до встречи с ней. Александр поинтересовался, отчего она никогда не надевает чудесное жемчужное ожерелье с подвеской из изумруда, которое было на ней на фотопортрете, висящем на стене как раз напротив кровати.
Марина затруднилась с ответом.
— Сама понять не могу, но после того вечера, у Ванина, где мы с тобой познакомились, Роман под различными предлогами отказывает и мне и Елене в самых красивых украшениях. Спрятал их в своем сейфе в офисе и сидит, как собака на сене.
У Александра пропало последнее сомнение. «Это наши драгоценности! — возликовал он. — Наши! И я нашел их!»
Теперь ему предстояло решить самую сложную задачу: каким образом вернуть украшения. Но прежде все же было необходимо убедиться, есть ли на них монограмма фамилии Вязигиных?..
«А вдруг, — размышлял он, — все это игра случая? И драгоценности, которые я считаю нашими, лишь похожи на них, а на самом деле, как то утверждает Уманцев, куплены на аукционе в Лондоне. Но отчего он не позволяет жене и дочери надевать их?..»
Александр решил, что противнику надо дать понять: его тайна известна, и тем самым принудить того к действиям.
«Простота раздражает. Простота может довести до бешенства», — решил он и отправился прямо в офис к Уманцеву.
Когда Александр попросил Романа дать ему взглянуть на сапфировое колье, у того даже пена выступила в углах губ от ярости.
Выйдя из кабинета, Александр понял, что Уманцев не замедлит убрать его.
— Причем в самое ближайшее время, — пробормотал он, спускаясь по лестнице.
После некоторых размышлений Ильин-Вязигин пришел к выводу, что скорее всего его постараются убить во время вечерней пробежки. Сквер, мало гуляющих, пруд…
«В такой обстановке стрелять будут в спину или в грудь», — решил он и приобрел пуленепробиваемый жилет, намереваясь сымитировать собственную смерть. Когда же киллер подойдет к нему, чтобы сделать контрольный выстрел в голову, он вскочит и выбьет у того пистолет.
«Но сначала киллер должен появиться в сквере, чтобы ознакомиться с обстановкой и точно узнать, по каким дням и в какое время я бегаю», — с максимальным хладнокровием размышлял Александр, хотя внутри все горело от нетерпения выяснить: начнет ли Уманцев действовать.
Выяснил на второй же день после своего визита в офис. Вечером в сквере он заметил фигуру в плаще с поднятым воротником. Александр пробежал метрах в пяти от Уманцева, притаившегося за деревом… Затем он опять увидел его на другой стороне пруда. Ему стало ясно, Уманцев решил не связываться с киллером.
«Теперь осталось ждать выстрела», — сказал сам себе Александр.
Но когда по прошествии нескольких дней он увидел Уманцева, неожиданно появившегося из боковой аллеи, то немного опешил. Он почему-то рассчитывал, что тот предпочтет убить его на противоположной стороне пруда. Выстрела слышно не было, пуля, врезавшись в жилет, с такой силой ударила в грудь, что Александр пошатнулся и упал, как ему показалось, очень правдоподобно. Но тут раздались чьи-то голоса. Уманцев бросился в кусты.