Двадцать три раны Цезаря
Шрифт:
«Не слишком ли я его? — испугался Александр. — Только бы не убил!» Он подхватил сторожа под мышки и подтянул к забору. Связал ему руки ремнем от его же брюк и заткнул рот какой-то тряпкой, болтавшейся на шее, вероятно, это был шарф.
Пригнувшись, вдоль нескончаемых заборов Александр стал выбираться из поселка.
Тем временем милиционеры с необходимыми предосторожностями проникли в дом. Интуиция их не подвела: преступник в нем побывал. Они переглянулись и принялись прочесывать поселок. Сторож был обнаружен и приведен в чувство.
Ильин-Вязигин вышел к шоссе. Но как добраться до Москвы? Попробовать остановить машину? Но дорожно-патрульная служба будет тормозить почти все автомобили, двигающиеся в сторону столицы. Александр скрылся в роще и пошел параллельно шоссе. Когда роща кончилась, он увидел, что оказался возле гипермаркета. Площадь перед ним была запружена машинами, людьми, тележками, нагруженными покупками… Как-то надо было этим воспользоваться.
Александр обратил внимание на женщину с тремя детьми и двумя тележками, заполненными до отказа. Одну она везла сама, а другую — старшая дочь и больше мешавший, чем помогавший ей младший брат. Самый маленький находился на груди у матери в «кенгуру». Они подошли к шестиместному джипу и принялись выгружать покупки, потом мать стала высматривать кого-то, дети тоже.
Александр, мгновенно оценив обстановку, подбежал к машине и забрался в нее. Раздвинул сваленные в багажнике покупки, лег на дно и забросал себя коробками, пакетами… а сверху прикрылся огромным плюшевым крокодилом.
— Принимай! — раздался женский голос. — Насилу разыскала вас. А моя машина на другом конце. Зря ты мужа не дождалась. Вернулся бы из командировки, вместе бы и купили.
— Да не могу я и дня без микроволновки. А старую чинить просто не было смысла.
— Куда ставить? — раздался мужской голос.
— В самый конец, — ответила женщина. — Спасибо, что помогли, — протянула она деньги грузчику. — И тебе, подруга, спасибо. А то моя команда извела бы меня, пока оформили покупку. А так я им рты гамбургерами заткнула и порядок.
— Ну, счастливо! — бросила подруга и помахала рукой.
Женщина с помощью старшей дочери усадила младших детей в креслица, глянула, прочно ли стоит микроволновая печь и села за руль.
Александр верно рассчитал, что машину, в которой едет женщина с тремя детьми, не будут слишком тщательно досматривать, и не ошибся. Постовой остановил джип, взглянул на документы, заглянул в салон, спросил, не голосовал ли на шоссе подозрительного вида мужчина лет двадцати пяти — тридцати?
— Нет, вообще никто не голосовал, — повысив голос, ответила женщина, так как громко заплакал ребенок. — Ну что он? — обернулась она к дочери.
— Да не знаю! Ему, наверное, неудобно. Слишком ты ремень затянула.
— Ладно, до дому дотянем, — бросила она и вновь посмотрела на постового, тот козырнул и вернул документы.
Машина, миновав последний пост, въехала в город. Теперь Александру оставалось выбраться незамеченным из автомобиля и добраться до своего дома.
— Приехали! — сказала женщина и добавила: — Сейчас позвоню дяде Сереже, он спустится и донесет нам печь. Вот незадача, у Сергея телефон занят. Ладно, давай, — обратилась она к дочери, — бери Мишеньку за руку и выходи. Отведем детей домой, а сами вернемся за покупками.
Мишенька, которого уже взяла за руку сестра, другой ухитрился потянуть плюшевого крокодила, которым так хорошо прикрылся Александр. От неожиданности он сощурился и втянул голову в плечи.
Шумная семейка наконец удалилась. Александр выбрался из своего убежища, силой воли сдерживая дрожь в пальцах, открыл с помощью складного ножа дверцу и юркнул в палисадник.
«Интересно, где я? В каком районе?» Он вышел со двора и прочел название улицы, указанное на доме. Название ему ничего не говорило. Он пошел по переулку, стараясь догадаться, в каком направлении находится центр города, чтобы как-то сориентироваться.
Одни улицы сменялись другими, Александр уже устал плутать, а понять, где же он находится, так и не мог. Наконец, ему повезло, он увидел надпись на стрелке у дороги и пошел в указанном направлении. Добравшись до знакомого района, сообразил, как ему разыскать дом, в котором снял квартиру.
«Только бы ни с кем не столкнуться, — думал Александр, набирая код на входной двери. — А то мой помятый вид сразу привлечет внимание».
Но не успел он нажать на последнюю кнопку, как дверь распахнулась и из нее выскочили три собаки, а следом — хозяйка, из последних сил державшаяся их за поводки. Александр чертыхнулся ей вслед, вошел в вестибюль и на одном дыхании поднялся на десятый этаж. На площадке у мусоропровода, к счастью, никого не было. Ильин-Вязигин воспринимал курение рядом с мусоропроводом, как удовольствие, доступное только потомкам незабвенного Шарикова: выкурить сигарету, вдыхая полной грудью мусорную вонь.
Александр прямиком направился к своей двери и когда закрыл ее за собой, ощутил страшную усталость. Хотелось упасть на пол и заснуть, но, оказалось, что еще больше хотелось есть. Стянув сапоги, он ринулся на кухню. Открыл холодильник и без разбору принялся поглощать, что под руку попадалось. Почувствовав приятную тяжесть в желудке, скинул одежду и поспешил в ванную, увидел себя голым в зеркале и призадумался: «Ну и вид был у меня, когда нас застукали. Стерва эта Ленка, отомстила-таки нам с Мариной. Выставила на посмешище. С Маринки, наверное, взяли подписку о невыезде. Теперь мы с ней основные фигуранты по делу убийства Уманцева и кражи алмаза. Ну ничего, доказательств у них никаких нет. Маринка выкрутится, а вот я… Кредитные карты, без сомнения, заблокированы, телефон взят на прослушивание, данные обо мне введены в компьютерную базу Интерпола… Как же мне удрать с родины предков?» — стоя под душем, размышлял Александр.
Потом он долго прижигал, смазывал, заклеивал пластырем свои многочисленные раны, особенно на левой ступне. «Как хорошо», — вздохнул он и прилег на диван. Отыскал на журнальном столе пульт, включил телевизор, но смотрел невнимательно, мысли были заняты вопросом, как действовать дальше.
«Может, я погорячился? Может, не надо было сбегать? Ну задержали бы меня… Ничего себе, задержали по подозрению в убийстве прямо в объятиях вдовы. Нет, дело очень серьезное. Марине придется не сладко. Как бы узнать, что с ней? Надо будет позвонить по таксофону какой-нибудь ее приятельнице…» — с этой мыслью он и заснул.
Проснулся на другое утро от испуга. Огляделся по сторонам, точно ожидая, что кто-то выскочит из засады и схватит его. Посмотрел на часы, было только девять. Все Маринкины подружки спят глубоким сном. Но ждать до часу дня, когда они соизволят, потянувшись и почмокав губами, проснуться, чтобы выпить кофе, у него не хватало терпения. Он оделся, вышел на улицу, сел в автобус и подальше отъехал от своего дома. Можно было, конечно, позвонить Марине, но ее телефон, несомненно, прослушивается, значит, сразу засекут, откуда он звонит. Удирать же опять, как зайцу от охотников, ему не хотелось. Александр решил разбудить, если удастся, одну приятельницу Марины, надеясь, что та не отключила телефон на ночь.
Долго никто не отвечал. Александр чертыхнулся и уже хотел повесить трубку, как услышал сонное:
— Слушаю…
— Рита… это… Александр, — произнес он и бегло огляделся по сторонам.
— Ты?!.. — вскричала Рита и, будто прикрыв себе ладонью рот, повторила приглушенно: — Ты?
— Я. И не знаю, что мне делать, — усмехнулся он. — Глупо вышло. Как там Марина?
Молчание Риты показалось Александру странным.
— Алло, Рита! Ты меня слышишь? — взволнованно переспросил он.