Чтение онлайн

ПОСЛЕДНИЙ РЕЙС

На тобольское сидение судьба отвела Романовым около девяти месяцев.

Больше времени не оставалось.

Сибирскую равнину лихорадило. По монастырским и хуторским гнездовьям монархисты точили ножи. И советская власть на четвертом месяце своего существования встала перед необходимостью срочно принять два решения: а) об удалении Романовых из района, где их могут захватить белогвардейцы; б) об определении дальнейшей судьбы царской семьи.

Надвигалась сибирская весна, а с нею пора ледохода на широких северных реках. Обозначилась реальная опасность: монархисты воспользуются тем, что вскрылись Тобол и Иртыш, и, захватив в слабо охраняемом губернаторском доме царскую семью, увезут ее в Обскую губу, а далее переправят за границу.

Встревожил местных большевиков случай с виду как будто мелкий. Екатеринбургскому рабочему И. П. Логинову случилось встретиться в Тобольске с солдатом охраны. Тот проболтался: полковник Кобылинский, сказал он, кой-кого в батальоне уже предупредил, что как только лед сойдет и шхуна "Мария" сможет двинуться с места - солдаты конвоя поедут по домам. "Охранять будет некого... охраняемые того... уплывут... и догонять их будет некому"... Логинов сообщил об услышанном в Совет.

Стало ясно: из губернаторского дома надо Романовых вывезти, и поскорей.

К этому времени Тобольск был поставлен в административное подчинение Омску - центру вновь созданной Западно-Сибирской области. Естественно, что вести о тревожной обстановке в Тобольске, распространяясь по стране, достигали прежде всего Омска. Вызывали они сильный отзвук и в соседней Уральской области (с политическим центром в Екатеринбурге) - в одном из крупнейших промышленных районов России, известном своими революционными традициями, боевой активностью и сплоченностью многочисленного пролетариата.

О том, что между Тюменью и Тобольском концентрируются силы монархической реакции, что вокруг губернаторского дома идет зловещая возня, екатеринбургские и омские рабочие знали уже в конце семнадцатого года. Кому же было вмешаться, как не им - при их организованности и сплоченности, да с такого сравнительно короткого расстояния? И они решили: не держаться сторонними наблюдателями, а выйти вперед, протянуть революционную руку за Иртыш, помочь тоболякам сорвать назревающий монархический мятеж.

Ранней весной заговорили в Уральском Совете о фактической "безнадзорности" Романовых, заброшенных в Тобольск, о необходимости вывоза их в другое, более надежное место, например в Екатеринбург. Запросили мнение Западно-Сибирского Совета, поскольку Тобольск формально ему подчинялся. Омичи согласились, что семью надо эвакуировать, намекнув при этом, что предпочли бы переместить ее к себе, в Омск. Договорились предоставить решение Москве, куда к этому времени переехали из Петрограда и Президиум ВЦИК, и Советское правительство.

Отправился в Москву за советом и указаниями Ф. И. Голощекин, член президиума Уральского Совета, секретарь Уральского обкома партии. Он явился в здание гостиницы "Метрополь", где помещался Президиум ВЦИК, и на заседании кратко изложил позицию двух областных Советов. По предложению Я. М. Свердлова, Президиум ВЦИК решил: во-первых, подготовить открытый судебный процесс по делу о преступлениях бывшего царя перед страной и народом;

во-вторых, перевести Романовых из Тобольска в Екатеринбург; в-третьих, выделить особоуполномоченного ВЦИК для организации этого переезда в контакте и под контролем Уральского Совета. Со своей стороны, и Уральский Совет должен был послать в Тобольск надежного человека, который на месте подготовил и обеспечил бы эвакуацию.

Екатеринбург назначил своим представителем Павла Дмитриевича Хохрякова - матроса с крейсера "Александр Второй", переименованного после февральского переворота а "Зарю свободы".

Это был рослый здоровяк с лихо закрученными русыми усами на обветренном рябоватом лице, с блестящими и как будто немного наивными глазами, всегда готовыми засветиться простодушной улыбкой. Его хорошо знали на кораблях и в казармах Питера и Кронштадта. Не раз брал на себя этот балтиец-большевик выполнение особо сложных и ответственных поручений партии. Так было и в Екатеринбурге, куда военная комиссия при ЦК РСДРП(б) осенью 1917 года направила Хохрякова в помощь уральской партийной организации для подготовки вооруженного восстания. Здесь при его участии были сформированы и вооружены красногвардейские отряды, сыгравшие решающую роль в утверждении на Урале советской власти.

Ранней весной тревожного восемнадцатого года спешно выезжает в Тобольск группа рабочих-уральцев, возглавляемая П. Д. Хохряковым. Не едут пробираются: с опаской, предосторожностями, через села, взбудораженные кулачьем; останавливаясь на ночлег или отдых, называют себя кто рыбаком, кто лесорубом, кто скупщиком. Через кишащий бандитами Ялуторовский уезд екатеринбургская большевичка учительница Наташа Наумова пробралась первой: она удачно сошла за местную, потому что в этом уезде проживала ее мать. Вслед за Наумовой проехал через уезд под видом ее жениха Хохряков: Со всякими предосторожностями добрались таким образом до Тобольска две боевые группы: одна - екатеринбургская, состоявшая в основном из рабочих завода братьев Злоказовых; другая, подоспевшая на подкрепление первой, - из рабочих надеждинских предприятий.

В Тобольске уральцы прежде всего установили связи с местными рабочими, с первыми, пока еще немногочисленными большевистскими ячейками, с большевистской фракцией в городском Совете. Опираясь на них, приступили к формированию первых отрядов Красной Армии. Одновременно были назначены перевыборы городского Совета. Открыта избирательная кампания, направляет ее Хохряков. Кончилась она для антисоветских группировок плачевно: меньшевики и эсеры из Совета изгнаны, подавляющее большинство мандатов получили большевики и сочувствующие им беспартийные. 9 апреля тобольский Совет избрал Хохрякова своим председателем.

В тот же день новый исполком принял постановление, возвестившее "переход в ведение Совета всей хозяйственной, административно-политической и военной власти как в городе, так и в уезде". Далее исполком Совета, по предложению своего председателя, провозглашает: роспуск буржуазной городской думы; роспуск буржуазно-помещичьих земств; запрещение клерикальным инстанциям и духовенству заниматься политической деятельностью, вмешиваться в дела управления, шантажировать органы власти своими претензиями и угрозами. И наконец, на основе полномочий, полученных от населения, Совет объявил, что берет в свои руки контроль над домом заключения Романовых. Его, Совета, распоряжениям и указаниям должны повиноваться как заключенные, так и охрана.

Атмосфера в городе начинает меняться.

Пока Хохряков и его товарищи вели в Тобольске борьбу за установление революционного порядка, Уральский и Западно-Сибирский Советы приняли дальнейшие меры с целью заблокировать в этом районе опорные пункты монархистов. Уральцы и омичи стремятся обезвредить прииртышские кулацкие гнезда, нейтрализовать опасные своими ресурсами и укреплениями глубинные монастыри; перехватить и удержать пути, ведущие из Тобольска на север, восток и запад (с юга прикрытием была Тюмень). Особые опасения внушали пути на Обдорск, где Романовы в случае удачного побега могли бы сесть на иностранный корабль, и тракт на Ишим, по которому они могли бы бежать на Дальний Восток.