Чтение онлайн

Получив распоряжение Военного Совета, непосредственный сигнал секретарям райкомов должен был дать Кузнецов — по телефону или письменно. Параллельно такой же приказ по своей линии отдавал и Кубаткин. Только в случае получения приказа по обеим линиям план подлежал реализации.

Согласно «плану „Д“», следовало подготовить к уничтожению около 380 предприятий, из них к первоочередным было отнесено около 250. План был подготовлен под руководством Кузнецова, тщательно проверен Меркуловым и утвержден Военным Советом Ленинградского фронта 15 сентября 1941 г. Контроль за ходом подготовки к проведению спецмероприятий проводился специальной бригадой НКВД СССР и районными отделами НКВД, которых на тот период насчитывалось 15 (Василеостровский, Володарский, Выборгский, Дзержинский, Кировский, Красногвардейский, Куйбышевский, Ленинский, Московский, Октябрьский, Петроградский, Приморский, Свердловский, Смольнинский, Фрунзенский).

После утверждения плана работа по нему неукоснительно продолжалась, и 23–25 сентября 1941 г. все начальники райотделов УНКВД представили Меркулову специальные сообщения о ходе ее выполнения. Тем не менее он потребовал к 30 сентября дать в письменной форме ответы на ряд вопросов касательно подробностей реализации плана: о степени готовности отдельных мероприятий, в частности, о выделении инструкторов и проведении с ними инструктажей по использованию взрывчатых веществ, о наличии взрывчатки, готовности связных и т. д. Особое внимание уделялось необходимости налаживания взаимодействия с предприятиями энергетического блока, связи и водопровода.

Как всегда в подобного рода случаях, остро стоял вопрос конспирации, а также готовности органов внутренних дел к пресечению любых попыток сопротивления со стороны рабочих и персонала предприятий. Это было связано с работой вражеской пропаганды: немцы в своих листовках призывали население города не допустить уничтожения ленинградских заводов, подчеркивая, что тем самым уничтожаются «средства, необходимые для восстановления вашей родины». В одной из листовок немецкие пропагандисты призывали ленинградцев «собраться с силами и занимать свои фабрики и заводы» и сопротивляться «преступным поджигателям и взрывателям».

В докладных записках начальников райотделов УНКВД указывалось, что подготовку к проведению спецмероприятий удалось в целом провести скрытно от населения, хотя очень маловероятно, что такую масштабную операцию удалось полностью законспирировать. По крайней мере партийный актив и специалисты наверняка о ней не просто догадывались, но и знали.

Материалы немецкой разведки свидетельствуют о том, что и противник был осведомлен о проводившихся в городе мероприятиях, о чем свидетельствуют, например, уже упоминавшиеся листовки. Тем более что речь шла об уничтожении не только важных оборонных и промышленных предприятий, но и соединяющих районы города мостов — эта часть плана обеспечивалась воинскими частями по указанию Военного Совета Ленинградского фронта. Так, в донесении военной разведки штаба 18-й армии о положении в городе в период с 25 сентября по 3 октября 1941 г. говорилось о том, что «предприятия, мосты, а также, по-видимому, водопровод заминированы и подготовлены к взрыву представителями центральных органов». Впрочем, никаких разведданных в данном случае не требовалось: едва ли хотя бы один военный мог сомневаться в том, что в случае оставления города мосты будут взорваны. Кстати, немецкая разведка в 1942 году, направляя своих разведчиков в Ленинград, ставила перед ними задачу выяснить, какие объекты продолжают оставаться заминированными.

По «плану „Д“» во избежание возможного сопротивления со стороны персонала предприятий при реализации спецмероприятий предполагалось обеспечить постоянную охрану объектов силами особо проверенных и надежных рабочих или же до введения в действие плана вывести оттуда всех рабочих и служащих. Кроме того, районные отделы УНКВД проводили дополнительные оперативные проверки исполнителей.

Улучшение положения на фронте к началу октября 1941 года привело к изменению настроения некоторых руководителей предприятий, которые не спешили выполнять все рекомендации бригады НКВД СССР. Обращаясь к Кузнецову, Меркулов напоминал, что «в соответствии с данным нам заданием… вне зависимости от обстановки на фронте, все предприятия должны быть полностью готовы к проведению специальных мероприятий». Уполномоченный ГКО просил «принять соответствующие меры в отношении секретарей горрайкомов, обязав их в кратчайший срок закончить осуществление разработанных планов».

Выявленные бригадой НКВД СССР и районными отделами УНКВД Ленинграда недочеты были обобщены и доведены до сведения Кузнецова 3 октября 1941 года. В частности, указывалось, что на ряде предприятий по-прежнему не разработаны и не утверждены районными тройками соответствующие планы, на объектах не хватает взрывчатки и детонирующего шнура, исполнители далеко не везде переведены на казарменное положение и проинструктированы. Почти во всех районах нет взаимодействия между предприятиями и районными комитетами ВКП (б), с одной стороны, и системами Ленэнерго, телефонной сети и водопровода — с другой.

Подводя итог проделанной по «плану „Д“» работы, можно констатировать, что горкомом ВКП (б) и Военным Советом Ленинградского фронта была выдержана установка ГКО о недопущении как преждевременности проведения мероприятий, так и опоздания с их осуществлением. В конечном счете, благодаря стабилизации Ленинградского фронта не состоялись ни первое, ни второе.

Оценивая значимость «плана „Д“», можно добавить и то, что он сыграл важную роль в повышении эффективности работы предприятий и улучшении дисциплины в рабочих коллективах.

В первые, самые тяжелые блокадные месяцы на плечах уже обескровленного к тому времени Управления НКВД, потерявшего многих сотрудников, лежал огромный объем задач. Кроме собственно контрразведки, кроме подготовки города к возможной сдаче, создания нелегальных резидентур, выявления и обезвреживания незначительного количества подпольных антисоветских групп, которые существовали в городе и готовы были вступить в контакт с гитлеровцами, органы занимались еще специфической, но чрезвычайно важной в условиях осажденного города наблюдательно-пропагандистской работой, которая относилась к сфере действия шельмуемого сейчас секретно-политического отдела.

Управление НКВД полностью контролировало настроения в рабочих коллективах, среди научно-технического персонала учреждений и организаций Ленинграда, изучало их реакцию на положение в городе, на решения высшего руководства страны и ленинградского руководства. Положение было очень сложным. Блокада и нехватка продовольствия, а потом голод в самом городе, взятие немцами 8 ноября 1941 г. Тихвина — все это создавало почву для пораженческих и панических настроений, которые нужно было своевременно вскрыть и нейтрализовать. Надо сказать, что людей, охваченных паникой или чувством безнадежности, считающих, что Ленинград следует сдать врагу, было немного — всего несколько процентов, но разговоры, которые они вели, нередко просто по недомыслию, в условиях блокады становились опаснейшей агитацией.

Отчасти через свою агентуру, отчасти через добровольных осведомителей секретно-политический отдел УНКВД своевременно собирал информацию о настроениях среди жителей города, которая передавалась в обком ВКП(б). На ее основании вырабатывались меры по пропагандистскому воздействию на жителей Ленинграда и восточной территории, благодаря чему обеспечивалась стабильность политической ситуации.

В результате своевременного пресечения УНКВД ЛО преступлений в сфере экономики удалось сохранить немало продовольствия для жителей блокадного Ленинграда. Благодаря введенным режимным и охранным мерам устойчиво работали оборонные и промышленные предприятия, обеспечивавшие бесперебойное снабжение армии и флота военной продукцией. Борьба с «сигнальщиками» затрудняла немцам нанесение по ним бомбовых ударов.

Контрразведывательные отделы на железнодорожном и водном транспорте справились с задачей бесперебойной доставки воинских частей и военных грузов к фронту и вывоза раненых с мест боев, а также обеспечили стабильную работу Дороги жизни.

Все это делалось в тяжелейших условиях блокадного города, нехватки продовольствия, наконец, элементарного отсутствия транспорта, в результате которого работникам Управления приходилось зачастую передвигаться по огромному городу пешком.

А кроме всего этого, на плечах чекистов лежал еще и огромный объем работы на оккупированных территориях Ленинградской области, которая в то время включала в себя нынешние Псковскую и Новгородскую области, где надо было развертывать партизанское движение.