Дважды невидимый фронт. Ленинградские чекисты в тылу врага
Шрифт:
Успешно действовали резидентуры, созданные Бессчастновым в зоне дислоцирования отряда. Об одной из боевых операций, проведенной в Пушкиногорском районе в сентябре 1943 года, он докладывал:
«26 июля 1943 года мною в Пушкиногорском районе была создана из местных жителей разведывательно-диверсионная группа. Руководил бывший немецкий пособник — механик тракторного парка Копырин Андрей. В ее состав входили работники кирпичного завода „Подкрестье“ Пушкиногорского района: Воронина Александра, Богданова Клавдия, Мохова Валентина, Николаева Таисия, Гагина Вера. Связь между ними и руководителем группы осуществлялась через связника — разведчика Макмошина Ивана Ивановича. Поскольку группа находилась на другом берегу реки Сороть, то была организована законспирированная переправа, которая осуществлялась через жителя деревни Лягушкино Никонова Гавриила Николаевича.
26 июля 1943 года мы располагались в деревне Тучи Пожиково и принимали грузы, доставленные самолетами из советского тыла. С самолетов нам бросили также и газеты. В одной из них сообщалось, что приказом Главнокомандующего вынесена благодарность генерал-лейтенанту Гагину. Мне припомнилось, что в разговоре с девушками с кирпичного завода кто-то упоминал, что кассиром завода работает Гагина Вера. Я написал письмо Вере и послал ей также номер газеты „Красная Звезда“, в котором упоминалось имя генерал-лейтенанта Гагина. В письме попросил, чтобы она пришла в обусловленное место к назначенному времени, заверил ее в безопасном исходе встречи. Разведчица Николаева передала через связь-цепочку письмо Вере. 6 августа 1943 года Николаева пришла на встречу вместе с Гагиной. В ходе разговора выяснилось, что генерал-лейтенант Гагин является ее родным братом. В процессе беседы она также сообщила, что кирпичный завод „Подкрестье“ выпускает 13 тысяч кирпичей в сутки и там изготовляется специальный кирпич, который используется немцами на строительстве укреппостов на линии фронта и других оборонительных сооружений, что на заводе работает около тысячи человек, и рабочие были бы рады, если этот завод перестал существовать. Была изучена возможность совершения диверсии на заводе. Для этого требовалось двести килограммов тола».
По просьбе Бессчастнова командир бригады им. Германа И.В. Крылов (сам Герман погиб в бою 6 сентября 1943 года у деревни Житницы Новоржевского района) выдал 200 кг тола и выделил трех бойцов, которые отвезли взрывчатку в деревню Ракитовку к разведчику-связнику Макмошину.
«Из деревни Ракитовка девушки в течение 14 дней разными способами переносили толовые шашки на завод „Подкрестье“. Привязывали их к ногам, груди, пряча в сапогах, хлебе и так далее. Наконец, все было перенесено. Были подготовлены два механика этого завода Михайлов и Дементьев и на них возлагалась задача совершить взрыв. В двух гофманских печах был замурован тол: в трех местах каждой печи. Руководитель группы Копырин А. 22 сентября 1943 года доставил капсюли и маломагнитки механикам, которые в эту же ночь заложили их к зарядам с трехчасовых капсюлем.
В тот же день Гагина Вера взяла находившиеся у нее на заводе служебные документы, наличные деньги кассы завода в сумме 34 тысяч рублей и с 60 молодыми рабочими перешла к партизанам.
Через 3 часа обе гофманские печи взлетели на воздух, и завод вышел из строя» [25] .
25
В послевоенные годы Дементьев обращался за подтверждением своего участия в мероприятиях по заводу и нахождения в группе Копырина. Однако его просьба не была рассмотрена положительно, возможно, в связи с тем, что при проверке не обратились к отчетному документу Бессчастнова.
После снятия блокады Бессчастнов был назначен оперуполномоченным Лужского райотдела. 8 мая 1944 года за подписью начальника Ленинградского штаба партизанского движения, секретаря Ленинградского обкома М.Н. Никитина в УНКГБ ЛО поступила аттестация в порядке представления его к очередному званию лейтенанта госбезопасности.
В этой аттестации указывалось: «Тов. Бессчастнов находился на службе в действующей 3 партизанской бригаде более полутора лет и зарекомендовал себя энергичным, трудолюбивым работником. Им проделана большая работа по насаждению агентуры в немецкие органы управления и крупные гарнизоны. Через агентурную сеть бригада и фронт получали необходимые сведения о расположении и численности противника и его передвижениях. Кроме того, по его заданию агентурщики взорвали большое количество ремонтных мастерских, маслозаводов и других предприятий, работавших на немцев. За личные боевые заслуги в борьбе с немецкими захватчиками Бессчастнов награжден орденом „Красное Знамя“, медалями „Партизану Отечественной войны 1 степени“ и „За оборону Ленинграда“. Дисциплинированный и авторитетный командир. Достоин присвоения очередного офицерского звания „лейтенант госбезопасности“» [26] .
26
В боях с немецкими карателями Бессчастнов был контужен. Повреждение слуховых органов не позволило ему продолжить службу в Ленинградском управлении. В 1947 году, будучи старшим оперуполномоченным Раутовского райотдела, он ходатайствовал перед руководством УНКГБ ЛО об увольнении из органов госбезопасности по состоянию здоровья. Просьба его была удовлетворена, и в том же году он выехал на постоянное жительство в Астрахань.
К положительной стороне стиля работы Кадачигова следует отнести то, что в опергруппе не оказалось сотрудников, которых можно было бы упрекнуть в отсутствии инициативы или в нерешительности. Боевые операции и диверсионные акты разрабатывались в отрядах, затем в оперативном порядке согласовывались с Кадачиговым и проводились группами бойцов, в состав которых входили, как правило, два сотрудника опергруппы, что обеспечивало не только своевременность в принятии решений по ходу операции, но и, что немаловажно, взаимную поддержку и взаимовыручку.
Вот наиболее значимые диверсии, которые были совершены в Порхове в конце 1942 года и приобрели широкую огласку среди местного населения.
1. Взрыв военной комендатуры с личным составом.
2. Взрыв сельской управы с работавшим там персоналом.
3. Взрыв электростанции и котлов овчинно-шубного завода, выпускавшего продукцию для немецких воинских частей.
В Пскове были совершены запомнившиеся горожанам диверсии: взрывы водонапорной башни и ресторана с находившимися в нем немецкими офицерами.
На ст. Пески была взорвана база горючего.
Трудно сказать, сколько немецких солдат и офицеров погибло при диверсиях, проведенных с участием оперативных работников. К такому подсчету они в тот период не прибегали, только сообщали в радиограммах о конкретных операциях, полагая, что главным является эффективность нанесенных по противнику ударов. Если учесть, что только за несколько дней декабря 1942 года в нескольких местах было подорвано железнодорожное полотно общей протяженностью в 0,5 км на участках железнодорожных линий Порхов — Псков, Дно — Новосокольники и уничтожено в результате взрывов 3 эшелона, состоявших из 87 крытых вагонов с вооружением, боеприпасами и продовольствием и 15 открытых платформ с 8 танками и 7 грузовыми автомашинами, то общая картина диверсионной работы с ноября 1942-го по март 1944 года представляется довольно внушительной.
Важное место в деятельности руководителя оперативной группы занимало информирование командира и комиссара бригады о распространении среди личного состава пораженческих настроений, подготовке к дезертирству, фактах мародерства и грабежей местного населения, в чем иногда были замешаны также и отдельные командиры. Что касается «пораженцев» и дезертиров, то они решением суда бригады расстреливались перед строем. Виновные в грабежах представали перед судом партизанской чести. Имел место случай, когда командир, его заместитель по разведке и комиссар отряда были вынуждены с извинениями возвратить владельцам похищенные у них вещи и получили по выговору.
После освобождения района действия 3-й партизанской бригады частями Ленинградского фронта все сотрудники оперативной группы Кадачигова вернулись в распоряжение УНКГБ ЛО.
Оперативная группа 4-го отдела, которой по плану, утвержденному руководством УНКВД, надлежало войти в 4-ю партизанскую бригаду, была скомплектована в августе 1942 года и 6 сентября выброшена самолетом в район дислоцирования партизан у озера Радиловское Павского района. Бригада к тому времени насчитывала около 400 бойцов.
В состав опергруппы входили: начальник — капитан ГБ Ф.М. Михайлов, его заместитель по контрразведке — лейтенант ГБ Н.И. Суслов, старший лейтенант ГБ Г.С. Голубков и радист 2-го спецотдела Фомин, который при приземлении повредил ногу.
К моменту заброски в бригаде уже находились три оперативных работника: младший лейтенант ГБ Марушков, направленный в тыл противника с партийной группой Ленинградского обкома и временно находившийся при 4-й бригаде, а также сотрудники бывшего Особого отдела 2-й партизанской бригады сержант ГБ Владимир Овсянников и младший лейтенант ГБ Петр Котляров.
Кроме них, в составе бригады находились посланные туда по линии обкома ВКП(б) еще два сотрудника Управления: лейтенант ГБ М.К. Зубаков, являвшийся ее комиссаром (в октябре 1941 года он в составе партийно-оперативной группы из 6 человек во главе с Бакушевым был заброшен самолетом в Солецкий район, где они сформировали партизанский отряд, который в конце ноября 1941 года вошел в 4-ю бригаду), и при нем радист 2-го спецотдела П.Н. Дроздов.
Первое боевое крещение группа Михайлова получила уже в 8 часов утра 6 сентября, через 2 часа после появления у партизан, когда те подверглись нападению карателей. В бою, длившемся более 9 часов, немцы потеряли убитыми около 70 солдат, а бригада — двух бойцов.
Под натиском превосходивших сил противника партизанам пришлось уйти, и они не смогли забрать сброшенные для опергруппы грузы с боеприпасами и продовольствием, которые достались немцам в качестве доказательства того, что совсем недавно здесь были советские парашютисты.
Фомин в бою потерял питание к рации. Кроме того, повредив при приземлении ногу, при отходе он двигался крайне медленно, постоянно отставал от колонны и задерживал продвижение бригады.
После боя штаб бригады принял решение оставить входившие в ее состав отряды Грозного и Эрен-Прайса на своей базе в районе озера Радиловское вместе с оперработниками Овсянниковым и Котляровым, которые осуществляли их контрразведывательное обеспечение. Другие два отряда со штабом бригады направились к новому месту дислоцирования, в Полновский и Середкинский районы. Оперработник Марушков, находившийся в партийной группе Великитного, по указанию обкома ВКП(б) был направлен в Шимский район для обеспечения деятельности партийно-подпольного центра.