Чтение онлайн

Талантливое руководство боевой деятельностью бригады сделало имя Карицкого популярным в местах ее дислоцирования. Опираясь на помощь оперативной группы, он вступал в контакты с местным населением, среди которого распространялись издаваемые в бригаде газета и листовки, что также побуждало местных жителей присоединяться к партизанам. Активно работали чекисты группы Авдзейко и с советскими военнопленными, содержавшимися в немецких лагерях, за счет чего бригада также постоянно пополнялась. Так, пленный военврач B.Л. Ваневский дважды приводил в бригаду группы военнопленных, из которых был сформирован отдельный отряд. В этой связи становится понятным, почему бригада по численности личного состава — пять полков с пятью тысячами бойцов — и по огневой мощи стала наиболее боеспособной из всех тринадцати действовавших на территории Ленинградской области партизанских соединений. Есть неподтвержденная информация о том, что в 5-й партизанской бригаде имелся также отряд, сформированный из «штрафбатовцев». Что касается Ваневского, то его заслуги не заканчиваются только проведением агитационной работы среди военнопленных. С его участием были установлены места дислокации подразделений РОА, сформированных немцами из добровольцев-власовцев. Проникая в населенные пункты, он выяснил, что в поселке Городец разместился отряд РОА в количестве 150 человек, в деревнях Большая и Малая Павы — 80 человек, в деревне Залазы — 120 человек, в Плюссе — 110 человек. Ваневский собрал данные о дислоцировании подразделений РОА в деревнях Переростань, Ситенка, Замашки. Важное значение имела добытая Ваневским информация о том, что при каждой немецкой дивизии существует группа власовцев для ведения пропаганды в районах ее дислоцирования. В частности, он установил, что при немецкой дивизии, разместившейся в Уторгоше, группа состоит из 13 солдат, 4 унтер-офицеров и лейтенанта по фамилии Готманов-Колев. Солдаты получают в месяц 375 рублей, унтер-офицеры — 600 рублей, офицер — 900 рублей. Они имеют одноразовое питание, носят немецкое обмундирование с советскими знаками различия, вооружены русскими винтовками, пользуются противогазами немецкого производства. Впоследствии, после ухода в лес, Ваневский стал полковым врачом в 5-й бригаде [29] .

17 марта 1943 года немецкое тыловое командование организовало против 3-й и 5-й партизанских бригад, а также созданной из сохранившихся отрядов 2-й бригады, находившихся на марше в Порховском районе, четвертую карательную экспедицию, длившуюся до 24 марта, когда благодаря тактическому мастерству Германа бригадам удалось выйти из окружения и разойтись по своим маршрутам.

Перед Авдзейко ввиду резкого повышения численности бригады встала задача укомплектования группы. Уже традиционно это делалось не только за счет заброшенных через фронт сотрудников Управления, но и привлекая к оперативной работе командиров разведывательно-диверсионных групп и боевых отрядов, а также партизан, по своим личным и деловым качествам пригодных для оперативной работы.

По согласованию с 4-м отделом в состав опергруппы вошел Петр Дороненко из Особого отдела 2-й партизанской бригады. Это был оперативно грамотный сотрудник. Именно благодаря его инициативе в деревне Пешково был выявлен немецкий агент, расстрелянный решением суда местных жителей.

К полку Скородумова примкнул заброшенный с разведывательно-диверсионной группой сотрудник УНКВД ЛО Комендантов [30] , зачисленный затем непосредственно в оперативную группу Авдзейко. Также в ее состав вошел Я.Е. Емелин, исполнявший обязанности командира разведывательно-диверсионной группы из 12 человек, которая во главе с Л.Д. Каменским 7 марта 1943 г. была заброшена в район Дно — Порхов — Пожеревицы. После удачно проведенной диверсии западнее Порхова, на участке железной дороги Псков — Дно — Старая Русса, Емелин с бойцами прибыл в распоряжение Авдзейко.

Осенью 1943 года состав опергруппы пополнили сотрудники 4-го отдела из группы Хорсуна, Владимиров и Еремеев. Авдзейко, как опытный специалист по выращиванию разведчиков, среди личного состава бригады подобрал двоих партизан, зачисленных позже в штаты Управления. Первым из них стал Михаил Андреев, прибывший из нашего тыла с партизанским отрядом. С санкции руководства Управления он был включен в состав опергруппы, а по окончании войны официально оформлен на работу в органы госбезопасности. Другим был П.Ф. Гриценко (1923 г. р.). В 1942 году он окончил партизанскую школу под Москвой и в составе испанского партизанского отряда под руководством Гульона заброшен на оккупированную территорию Ленинградской области. Из-за неудачной выброски с самолета отряд не смог собраться, бойцы и командиры небольшими группами выходили в советский тыл. Гриценко остался с группой комиссара отряда Пилипенко, вместе с ним неоднократно участвовал в боях с карателями, был трижды ранен. В феврале 1943 года группа Пилипенко соединилась в Уторгошском районе с отрядом Шерстнева, который ЛШПД переправил в немецкий тыл для вхождения в 5-ю партизанскую бригаду.

Первое время Гриценко находился на положении рядового бойца, участвовал во многих боевых операциях. Затем его взяли в редакцию политотдела бригады, где он занимался составлением, печатанием и распространением листовок и газет среди местного населения. Также он являлся заместителем секретаря комсомольской организации штаба бригады. Как один из лучших комсомольцев-партизан, Гриценко был рекомендован комиссаром бригады, Героем Советского Союза Сергуниным на работу в оперативную группу. За короткое время он усвоил принципы контрразведывательной работы и стал одним из лучших сотрудников. С его участием в бригаде была вскрыта и обезврежена группа немецких разведчиков, руководимая Клочковым [31] , выявлен ряд агентов ГФП и предателей [32] .

Успешно работал в оперативной группе Г.Н. Воинов, который ранее вместе со своей коллегой Сергеевой неоднократно забрасывался во вражеский тыл. Будучи высококвалифицированным радистом, он смог обеспечить устойчивую радийную связь с УНКВД. Кроме тот, систематически оказывал помощь в ремонте раций радистам 5-й бригады, а также других партизанских отрядов.

Авдзейко сумел организовать работу оперативного состава по полному спектру задач разведывательного и контрразведывательного характера. В их число входило и содействие разведывательно-диверсионным группам, направлявшимся 4-м отделом в места дислоцирования 5-й бригады, благодаря чему существенно возросла эффективность их разведывательных и боевых операций.

В непосредственное подчинение Авдзейко вошла разведывательно-диверсионная группа «Лужане», возглавлявшаяся А.И. Ивановым, в состав которой входили радист В.И. Леонардов, бойцы В.Ф. Подсекин, М.А. Антонов и А.В. Бриллиантов. В ночь на 21 марта 1943 г. все пятеро десантировались в Струго-Красненском районе. Перед ними была поставлена задача проведения разведывательной и диверсионной работы на основных коммуникациях противника, вербовки для этой цели агентуры из числа жителей Струго-Красненского и Плюсского районов. 25 марта Иванов впервые связался по рации с 4-м отделом УНКГБ и передал собранные разведданные.

В конце мая группа «Лужане» вошла в контакт с начальником опергруппы при 5-й партизанской бригаде Кадачиговым. Через несколько дней Иванов в радиограмме сообщил: «29 мая встретил бригаду Карицкого. Дал информацию о районе. Связь держим через связных, посылаемых к нам, установили места встречи. 10 мая 1943 года в Стругах выступил Власов». Также Иванов сообщил, что 3 мая немцами был устроен медосмотр мужчин в возрасте от 14 до 65 лет для зачисления в армию и трудовые колонны, — факт, который следовало учитывать при организации работы с населением.

14 июня Иванов проинформировал руководство 4-го отдела о существенном изменении оперативной обстановки в зоне действия группы.

«5 бригада ушла, оставив нам одного раненого и сестру. Ушли из-за отсутствия продуктов, в деревнях их не достать — размещены гарнизоны отдыхающей дивизии. По дорогам, в лесу и по деревням — засады».И далее: «До 4-х тысяч немцев следует по пятам 5-й бригады. С 9-го по 12-е июня лес прочесывался всеми силами пехоты, полиции, с применением танкеток».Кроме того, сообщалось, что «раненых партизан бригада укрыла по деревням, в связи с чем немцами проводятся аресты мирных жителей, продуктов питания достать нельзя, и группа ждет помощи».

Собранная «Лужанами» информация давала основание для инструктажа готовящихся к заброске групп. А обстановка становилась все более тревожной. Иванов передавал: «В деревнях усилены немецкие гарнизоны, в лесах и у рек на переправах выставлены засады, охрана железных дорог усилена до 20 человек из местных жителей и 2-х немцев на каждый километр пути. Немцы мобилизуют советскую молодежь на работы».

К 1 августа командиру «Лужан» удалось решить вопрос радиосвязи — Авдзейко выделил ему еще одного радиста, Мухину. В октябре Мухину заменила радистка Федорова, которая самолетом была доставлена в 3-ю партизанскую бригаду, затем Кадачигов направил ее в группу «Лужане».

В порядке взаимодействия с оперативной группой 5-й бригады Иванов поддерживал контакты с подразделениями бригады. Так, в связи с прибытием отряда Чебыкина в зону деятельности группы «Лужане» он провел с начальником штаба отряда инструктивную встречу, в ходе которой обстоятельно изложил сведения об обстановке в районе, что было важно для подготовки намечавшейся боевой операции.

В течение продолжительного периода, со 2 марта 1943-го по 21 февраля 1944 г., группа «Лужане» вела в заданном районе постоянный контроль за передвижением противника по железнодорожным и другим магистралям, устанавливала расположение немецких гарнизонов, складов, баз, выявляла предателей, привлекая к этой работе местных жителей, о чем Иванов регулярно информировал по рации опергруппу Авдзейко и 4-й отдел.