Дважды одаренный. Том VII
Шрифт:
Эдакая вспышка-пустышка. Ну… почти. Всё-таки отряд врагов она прикончила.
И вот теперь я хожу по полянке, где ещё совсем недавно было сражение, временами останавливаюсь с задумчивым видом, а затем иду дальше. Мои Иерархи недоумевающе смотрят за этим, не понимая, чем я занят. Ну хоть не отвлекают.
Правда, ворчат между собой, что я опять всю основную работу сам сделал.
Закончив ходить кругами, я подошёл к ним и положил ладони обоим на плечи.
— Кабан, Хлеб, у меня для вас самоубийственное задание, — проникновенно произнёс я. Бойцы подобрались и решительно уставились на меня. А я продолжил: — Но, если вы случайно самоубьётесь, я вас подниму из мёртвых и заставлю танцевать канкан в костюме горничных.
Я говорил всё тем же проникновенным голосом, так что Иерархи не сразу осознали услышанное.
— Ха! — усмехнулся Кабан. — Если бы ты мог поднимать из мёртвых, сражаться было бы проще и веселее.
Я удивлённо склонил голову набок и произнёс:
— Нет, ты не понял. Если я вас подниму из мёртвых, дружище, весело будет мне, а не вам.
Я говорил предельно серьёзно. Таким же тоном я, будучи Императором всей Земли, посылал в бой своих воинов против орд демонов.
Иерархи изумлённо переглянулись.
— Ты же шутишь, да? — настороженно спросил Кабан. — Шутишь?
— А после битв с жировиками, полёта со мной на вертолёте и прочих прелестей, ты хочешь проверить, шучу я или нет? — вопросом на вопрос ответил я.
Кабан сглотнул подступивший к горлу комок.
— Поняли, Близнец! — вперёд него сориентировался Бородин. — Хоть задание самоубийственное, мы обязательно выживем.
— Молодец, — добродушно улыбнулся я, убрав ладони с их плеч. — Ваша задача — отвлечь на себя их штаб, а лучше навести там суеты так, чтобы ещё больше осложнить командование.
Бородин нахмурился, а затем медленно кивнул. Разумеется, оба Иерарха прекрасно понимали важность и сложность возложенной на них миссии.
— Но, если вдруг не будет получаться к нужному моменту, — максимально серьёзно продолжил я, — возьмитесь за руки и хором скажите: «Абра-Кадабра».
— Прости… что? — ошарашенно произнёс Бородин.
А через секунду он дёрнулся, услышав вдали приближающиеся к нам голоса.
— Выполнять! Живо! — рявкнул я. — И на этих не отвлекайтесь! — указал я пальцем в сторону шума. — Беру на себя.
Пару секунд они смотрели на меня серьёзными глазами, а затем молча кивнули и бесшумно устремились в сторону вражеского штаба.
Не сдерживая улыбки под чёрной маской, я смотрел им вслед и наслаждался происходящим. Подавляющие силы противника явились на земли моих союзников, чтобы их сокрушить. Привезли с собой артефактные танки, артиллерию и сотни бойцов. Все хорошо вооружены и крайне мотивированы…
Эх… лучше бы всю эту мощь направили на борьбу с монстрами и демонами.
Эпштейны сделали неправильный выбор. И я с радостью им это покажу. А после использую их вооружение по нужному назначению.
Благо, все приготовления завершены, и можно приступать к кульминации.
Я влил в глотку зелье восстановление маны, натянул обратно на лицо маску и, вскинув винтовку, тенью скрылся за ближайшими деревьями, направившись встречать гостей.
— Коготь, враг не обнаружен! — Из ниоткуда перед Георгием Кортунским появился причисленный к первой дружине скрытник.
— Как это может быть?! — не сбавляя хода, рыкнул глава рати Эпштейнов. — Они ведь действовали в этом направлении! Отступили?!
— Слишком уж ярко они засветились, чтобы отступать, — хмуро проговорил Геон, глава первой дружины Эпштейнов.
— Вот и я о том же, — сквозь зубы процедил Кортунский и уставился на скрытника. — Найди их! Найди, и…
Договорить он не успел, ибо три артефактные пули пробили кожаный шлем скрытника и его голову.
— Засада! — прорычал Кортунский. — Оборонительное построение номер…
И снова договорить ему не дали, ибо шесть артефактных пуль врезались в его голову.
Точнее, попытались — после первых двух выстрелов, которые принял на себя шлем, Георгий Кортунский создал щит из молний, соединив две свои стихии — ветер и огонь.
А между тем три пули прикончили ещё одного бойца, прежде чем Геон скомандовал:
— Они на два часа! Включить тепловизоры! Все в защи…
— Отставить защиту! — проревел Кортунский и, выставив перед собой обе руки, атаковал в указанном направлении толстыми молниями. — Атакуйте!!!
В мгновенье ока десятки заклинаний не оставили и травинки в этой части леса. Из-за бесчисленных вспышек стало светло как днём, так что один из бойцов, не успевший активировать тепловизор, увидел чёрную фигуру с автоматом.
— Я вижу его! Он не задет! Цель на шесть часов! — выкрикнул боец и сам приготовился атаковать врага, но через секунду его голову отбросило назад от трёх артефактных пуль.
— Дерьмо! — выругался Котрунский. — Щиты на максимум и вперёд! Долго они бегать не смогут!
— Проклятье! — выругался Геон. — Я не вижу его через тепловизор!
Он перевёл шлем в режим ночного видения, но всё равно не смог разглядеть врага.
— Дог убит! — доложил один из бойцов.
Глава рати Эпштейнов яростно скрипнул зубами и громко произнёс:
— Без паники! Их меньше! К атаке готовьсь!
— Но их не видно…
— Сейчас увидишь, — процедил сквозь зубы разъярённый Георгий Котунский и развёл руки в стороны, выпуская мощнейшее заклинание.
Некоторые невежды считают, что Второй Дар по умолчанию даёт человеку плюс одну ступень к рангу. Но это, разумеется, не так! Точнее, так бывает… но далеко не всегда! И вообще, нужно учитывать разные нюансы.
По крайней мере, так всегда считал Георгий Кортунский. Пусть у него нет Второго Дара, но в развитии своей силы он продвинулся очень далеко. И он был уверен, что какой-нибудь средненький Магистр, даже дважды одарённый, не сможет его одолеть! Ведь сам он невероятно сильный Магистр.
Почти Архимаг!
И сейчас глава рати Эпштейнов с радостью демонстрировал свою мощь бойцам. А те с восторгом смотрели, как мощные молнии сносят все деревья в округе, а огненные шары подсвечивают июльские сумерки.
В мгновенье ока часть леса просто исчезла!
А за ней показалась просторная полянка, на которой и замер изумлённый враг.
Всего один.
Но крайне ненавистный!
— Ну и псих же ты, Жора… — изумлённо проговорил враг.
Кортунский холодно улыбнулся, не обращая внимания на то, что голос врага удивительным образом слышен сразу отовсюду. Будто бы его по округе разносит воздух.