Чтение онлайн

Его лучший друг делал то же самое.

— Укрепляемся! — рявкнул Кабан, увидев впереди вражеских бойцов, выглядывающих из окопа.

Раздались выстрелы, но оба Иерарха успели возвести каменные стены и тут же продолжили вливать в них ману, укрепляя свою защиту.

— Слушай, а неплохо враг тут засел, — заметил Кабан, отстреливаясь через бойницу.

— Похоже, у них есть специалист по обороне и фортификации! — заметил Бородин, и, выдернув чеку, швырнул артефактную гранату под ноги трём вражеским ратникам, попытавшимся зайти с фланга.

— Стало быть, мы специалисты по нападению и разрушению! — отозвался его друг и приложил обе ладони к своей каменной гряде.

Пропущенное через камень заклинание усилилось и ушло в землю, а через несколько секунд разродилось копьями прямо внутри вражеского окопа.

Кабан почувствовал, как его каменные копья начали ломаться, а недалеко от них видоизменяется земля, будто кто-то прямо сейчас трансформирует окоп. А учитывая направление…

— Ух ты… — задумчиво проговорил он. — Сразу же эвакуируют раненых.

Далеко не всегда боевые отряды поступают таким образом, так что Кабан невольно испытал уважение к врагу.

А через миг раздербаненная магией земля, мешающая быстро передвигаться противнику, в одном секторе вдруг покрылась льдом. Кабан присвистнул, увидев, как к его другу по этому льду на огромной скорости устремился вражеский боец. Он двигался как конькобежец, хотя коньков у него не было.

Кабан и Хлеб сразу же идентифицировали в приближающемся противнике как минимум Иерарха воды и ветра.

То есть льда.

Во время движения враг не переставал стрелять из штурмовой винтовки, а затем ещё и швырнул гранату. Однако Хлеб смог защититься, и вскоре два Иерарха сошлись в рукопашной.

Остальные защитники штаба продолжили палить по нападающим. Жахнули из гранатомёта, выпустили несколько мощных заклинаний…

«Хороши, черти! — констатировал Кабан, отбиваясь и плавно смещаясь к Бородину. — Для тех, кто был уверен в лёгкой победе, оборону штаба выстроили отлично».

А между тем Алексей Михайлович ударил по врагу артефактным мечом. Противник отбил удар одним клинком и тут же атаковал вторым, но Бородин успел защититься тяжёлым каменным щитом, который он создал в начале боя. Затем, резко топнув, Хлеб создал каменные пики, ударившие в противника со всех сторон.

Но тот защитился ледяными линзами и, отпрыгнув, разорвал дистанцию.

— Отступайте! — крикнул он. — Обещаю, мы не будем вас преследовать.

— Ха, с чего такая щедрость? — усмехнулся Бородин, решив воспользоваться передышкой и сконцентрировать ману.

— Моему господину нет смысла убивать всех! Его интересует только особняк и глава рода! Уходите, вы здесь ничем не поможете.

— Ты серьёзно? — удивился Бородин. Ему показалось, что ледяной Иерарх будто бы и не рад сейчас находиться здесь и участвовать в штурме.

«Любопытный тип… Рать Эпштейнов настолько неоднородна?»

Однако же ответа Бородин не получил — слева раздался громкий стон, и несколько защитников, пропустив атаку Кабана, упали на землю и начали корчиться от боли.

— Не уходите? — хмуро спросил ледяной Иерарх, бросив взгляд на своих подчинённых. — Тогда продол…

Договорить ему Бородин не дал.

Он очень не любил распылять свои силы. Да и своё внимание тоже не любил распылять. Потому, став Иерархом, он продолжил развивать свою основную стихию. Но иногда он выделял немного времени для изучения открывшейся второй стихии. Правда, она была «противоположной» его земле и давалась с трудом. Потому и в бою Алексей Михайлович на неё особо не полагался.

Однако же использовать, и, что важнее, комбинировать с землёй, научился.

С ладоней Бородина сорвалось облако мельчайшей пыли и заполнило пространство вокруг противника, ослепляя его.

— Кабан! Огонь! — рявкнул Бородин, «катапультировав» себя с помощью магии земли и продлив свой полёт магией ветра.

Он приземлился рядом со своим другом, и тот понял Бородина без лишних слов.

Выставив перед собой обе руки, Кабан ударил в пылевое облако мощнейшим потоком пламени.

Бородин до конца не был уверен в успехе своей задумки, но на всякий случай влил в пылевое облако уйму маны и сжал её. Воздух вокруг он тоже сжал, и…

Раздался взрыв, отбросивший в разные стороны вражеских бойцов.

«Что там с ледяным Иерархом?» — мелькнуло в голове уставшего Бородина.

Но в этот момент в его ухе ожила микро-гарнитура. Александр инициировал сеанс связи.

— Слушаю… — прохрипел Бородин.

Недалеко от него взорвался снаряд гранатомёта, врезавшийся в каменную стену.

— Вот тебе сигнал, — услышал он спокойный голос господина. — Суету в штабе на максимум!

— Эм… понял… — отозвался Бородин и покосился на штаб, до которого они так и не добрались.

А между тем бойцы противника подобрались к раненому Иерарху. Тот уже был на ногах, мотал головой, пытаясь прийти в себя. Подчинённые протянули ему два бутылька.

— Получен сигнал! — поймав взгляд Кабана, выкрикнул Хлеб. — К штабу!

Два Иерарха со всех ног бросились вперёд. По ним до сих пор стреляли, однако же делали это уже не так часто. Щитов хватало, чтобы выдержать взрывы. Позади послышался крик «Ледяного»:

— Стоять!

Но Бородин и Секачёв не обращали на это никакого внимания. Друзья в тот момент думали лишь об одном.

У них не получилось прорваться в центр штаба до получения сигнала — всё это время они сражались на подступах.

А это значит…

— Мы в самом деле сделаем эту херню? — спросил Кабан, создав перед собой каменный мост и перебежав по нему через окоп.

— А есть выбор?! — рявкнул Хлеб.

— А если он пошутил?!

— С таким не шутят!!!

Кабан и Хлеб ворвались на территорию штаба. Практически все присутствующие здесь хмуро смотрели на них, готовые к бою. Сзади догонял ледяной Иерарх…

Численное преимущество врага было подавляющим. Бородин и Секачёв оказались полностью окружены.

Вон как злобно смотрит на них заместитель Кортунского. А он ведь, по официальным данным, тоже Иерарх.

Двоим бойцам Александра Ярославовича явно не справиться с такой толпой.

— Господин, там лиса! Лиса!!! — завопил какой-то гонец, ворвавшийся с докладом в штаб с другой стороны, но никто не обратил на него внимания.

— Для меня было честью называть тебя другом, — спокойно проговорил Кабан, глядя на хмурые рожи врагов.