Чтение онлайн

— Будем считать, что договорились, — ответила трубка.

То, что Бурт услышал дальше, повергло его поначалу в шок, но затем он быстро сообразил, что, кажется, он может спастись с наименьшими потерями. Бурт вернул бутылку в холодильник и быстрым шагом направился в свой кабинет.

Никого за собой не обнаружив, человек в сером костюме еще покружил по улицам, дождался, пока стемнеет, и ровно в половине восьмого прибавил скорость.

Через полчаса в аэропорту «Ферихедь» он подобрал пассажирку неопределенного возраста, голову которой прикрывала модная дорогая шляпка, посверкивавшая аккуратно вкрапленными блестками. Еще через полчаса он остановился у входа в небольшой сквер, вышел из машины, двинулся вперед по аллее. Женщина шла на некотором расстоянии. Пройдя примерно до середины аллеи, они свернули налево и направились к небольшой пустой эстраде, светившейся тусклыми гирляндами лампочек.

— Все нормально, товарищ генерал, — доложила женщина, усевшись рядом с человеком на скамье. — Деньги переведены.

— Нормально, да не все, — отозвался генерал Калягин. — Деньги получены, но пользоваться ими опасно, пока есть свидетели кульбитов твоего Алекса. Теперь слушай. Наш человек в местном комиссариате сообщил, что на окраине города, примерно в километре от заброшенной фермы, полицейские нашли взорванную машину, а в ней обгоревший труп. Еще один труп остался во дворе гостиницы. Мы знаем, что их было пятеро. Следовательно, трое где-то бродят. Кроме того, полицейские наткнулись на подозрительный белый «Опель», хотели остановить, но тот от них ушел. По всем признакам, за рулем был профи. Очень уж грамотно оторвался.

— Но для этого и есть Алекс, товарищ генерал, — улыбнулась женщина. — Он их прослушивал и знает, что завтра они встречаются в четыре часа как раз на той самой ферме, недалеко от которой нашли взорванный автомобиль.

— Что ж, это уже кое-что. Значит, там и нужно ставить точку.

— Запятую, товарищ генерал. Точка будет поставлена позже.

— А справишься?

— Постараюсь, товарищ генерал.

— И вот еще что, — добавил Калягин. — По сообщению того же человека из комиссариата тот, что был в «Опеле», захватил заложницу. А это не кто иная, как сотрудница «Денирс» Анастасия Шелепинская. Знакома тебе эта фамилия?

— Никак нет.

— Ах, ну да. Больно ты еще молода. А я как знал, что с этой семейкой мы еще встретимся. Просил тогда начальство не выпускать их. Нет, позволили выехать. А теперь остается только гадать: заложница она или сообщница? В нынешней европейской каше все может быть.

Велосипедист вернулся в сарай с высокой пожилой женщиной лет семидесяти, которая, словно не заметив ни Барса, ни его пистолета, сразу бросилась к Насте.

— Ранена! — ахнула она. — Потерпи, девочка.

— Да все нормально, тетя Эльза, — обняла ее Настя, — царапина.

Тетя Эльза говорила на какой-то причудливой смеси немецкого и английского, что, впрочем, не мешало Насте ее понимать — в отличие от Барса, который улавливал только отдельные английские слова.

— Вижу я, какая царапина. Вся в крови. — И повела Настю в глубь сарая.

«Тиролец» без всяких слов поманил Барса туда же, где в углу возвышался огромный металлический шкаф, показал жестом, что его надо отодвинуть.

Сунув пистолет за пояс, Барс уперся плечом в боковую стенку и с огромным трудом сдвинул его с места. За ним оказалась дверца, которую выдавали только едва различимые зазоры между створкой и стеной. «Тиролец» подхватил небольшой ломик, просунул его в щель, и дверца с легким скрипом отворилась, затем прошел вперед, включил свет и поманил за собой остальных.

Сразу за дверцей обнаружилась деревянная лестница, ведущая вниз и вправо. Барс, поддерживая одной рукой Настю, шагнул на крашеную ступеньку, оглядывая странное помещение, но ничего подозрительного не обнаружил. Тусклая электрическая лампочка выхватывала схваченный тяжелыми брусьями низкий потолок и мрачноватые, обитые тесом стены.

Завернув направо, лестница привела еще к одной двери, на которой висел огромный амбарный замок. Почти беззвучно справившись с ним, «тиролец» на секунду исчез из виду и тут же появился в проеме, освещенный ярким светом. Барс, Настя и замыкавшая шествие тетя Эльза оказались в огромной прихожей, в которую вели еще три двери.

— Тут вас не найдут, — объявила тетя Эльза. — Я не знаю, от кого вы скрываетесь, но мое дело не спрашивать, а прятать. Только не знаю, где теперь взять врача.

— Не нужен врач, — отозвался Барс, — я сам справлюсь. Найдите перекись и чистый бинт.

— Может быть, сначала душ?

— А здесь он есть? — удивился Барс. — Конечно, не повредит.

Тетя Эльза увела Настю в душевую комнату, а Барс прошелся по прихожей, поочередно открывая выходящие в нее двери. За одной из них он обнаружил спальню с огромной деревянной кроватью, аккуратно застеленной синим покрывалом. За другой — маленькую кухню с подвесным шкафом, уставленным посудой, и настоящую электрическую плиту.

Честно говоря, такого комфортабельного подземелья Барсу видеть еще не доводилось. Он поглядел на «тирольца» — худого и высокого, который в своей дурацкой шляпе напоминал, скорее, дорожный указатель, чем мужчину. Но он только улыбался и кивал головой.

Из душа Настя вышла посветлевшая и наряженная в откуда-то взявшийся голубой халат. Барс взглянул на нее и отметил, что он ей к лицу и в целом Настя очень хороша. Раньше почему-то ему это в голову не приходило.

Тетя Эльза семенила следом за Настей с небольшим саквояжем.

— Вот, — сказала она, — тут все, что надо. А мы с Гжегошем пойдем соберем что-нибудь поесть. Да, я забыла сказать, — обратилась она к Барсу, — его зовут Гжегош. Он поляк. Точнее, польский еврей. Мы его тут еще во время войны прятали. Его уберегли, а родителей — не успели. Их убили на глазах Гжегоша. С тех пор слышит, но не говорит. Помогает мне работать. У нас тут небольшой пансион, там Гжегош и повар, и плотник, и электрик. На все руки мастер. И родители Дэвида здесь жили несколько месяцев, — пояснила тетя Насте. — А я — Эльза.

— Очень приятно, — наклонил голову Барс. — Меня зовут Игорь.

Когда тетя Эльза и Гжегош ушли, он открыл саквояж, вытащил из него все необходимое, еще раз осмотрел рану, обработал ее перекисью и наложил тугую повязку.

— Шрам, конечно, останется, — заключил он, — но рана пустяковая. Через несколько дней заживет. Сейчас главное — поесть и выспаться, потому что крови ты все-таки потеряла немало.

— Значит, Игорь? — прищурилась Настя. — Лечишь ты вполне профессионально. А убиваешь так же хорошо?

— Убиваю я лучше, — серьезно ответил Барс. — Проверять не советую.

— Да уж видела, — задумчиво произнесла Настя. — А позвольте полюбопытствовать, товарищ (не знаю, в каком вы звании) Игорь: какого черта вы устроили стрельбу в центре города? Совсем, что ли, мозгов нет?

— Это не мы. Нас кто-то подставил.

— Бедные какие, — насмешливо изрекла Настя, не отрывая от Игоря взгляда. — И танками не вы торговали?

— Какими еще танками? — удивился Игорь. — Где ты их видела? Ты еще самолеты на нас повесь. Не думал, что такая пустяковая рана может вызвать столько галлюцинаций.