Чтение онлайн

Да любой бы кончил, смотря на изображение молящего трахнуть себя Джесси.

— Вот это тебя накрыло… — послышалось за спиной, и кто-то отобрал у него уголек, уводя затем от стены. — Пошли на крышу, воздуха хлебнешь.

Ебаться желалось нестерпимо. Большой и уютно пахнущий кто-то — лицо расплывалось — весьма опрометчиво погладил его по плечу, когда они сели на скамейку, и Дарен, уже не задумываясь, на чистых инстинктах, которые вели его без включения мозгов, влез всем нетерпеливым собой на чьи-то колени, потерся стояком о стояк и вгрызся в раскрывшиеся под напором губы. Кто-то так же жадно вгрызся в ответ, ухватив его за шею, опрокинул на скамейку и перевернул на живот, стягивая джинсы до колен. Член стоял колом, работая домкратом, но то, что втиснулось ему в зад, по размерам походило на что угодно, кроме полового органа. На газовый баллон, например.

— Харви, сучара! — мгновенно узнавая, взвыл Дарен. — Я тебе разрешал?

Однако в последующие разы, когда его рот открывался, из него доносилось лишь протяжное «да» и «вставь мне по гланды, выеби меня своей дубиной».

Шло хоть и почти насухо, на одной смазке, которую удалось выдоить из члена летчика, но было на редкость кайфово, видно, что летчик умел управлять не только самолетами. А когда на этом члене еще и начал набухать узел, распирая изнутри все, что можно, Дарен взвыл уже от какого-то оглушающего ощущениями оргазма.

Трезвея, но не до конца — ха, смотря до какого, — он поморгал, потрогал себя за укушенную ягодицу и отрубился.

Утром, выбравшись из собственной постели в том же, в чем его, судя по всему, и уложили, он охнул, оглядел пустую комнату и решил, что душ нужно принять как можно скорее. В коридоре он столкнулся с разулыбавшимся при виде его Харви, сощурился и предупредил:

— Если скажешь хоть слово, я тебе вмажу.

Харви улыбнулся еще шире — наверное, решил, что это такие брачные игры, принятые в творческой среде.

Пока Дарен отмывался в душе, не веря себе, что он не порван, цел, вытрахан на совесть и организм, в отличие от мозгов, счастлив и сыт, выматерил шепотом всех, кого знал, включая мистера Бошена, Джесси, который, облачившись в комбинезон, деловито закрашивал белой краской наскальную живопись на стене. Однако фото этой стены уже разошлось по рукам, и сам Джесси, хмыкнув, сохранил его в папке ноутбука под названием «мое».

За завтраком те, кто вчера активничал в плане секса, сидели как мыши под веником, в отличие от тех, кто узнал о ночных приключениях из рейтингов и комментариев. Все-таки актеров среди потрахавшихся не было, и знать, что все это снималось на камеру, для простых участников шоу было и странно, и стыдно. Хотя и приятно. Тим теперь ходил за Бобом как приклеенный, и даже те, кто пропустил ночной сеанс сексотерапии, уже догадались и порылись в комментариях к выпуску, чтобы знать практически все подробности, и теперь усмехались, перешептываясь, а некоторые и завидовали. Харви тоже было попытался присоседиться к Дарену, но тот так зыркнул, что сразу стало понятно: зая не в духе.

«Понял, не дурак. Дурак бы не понял», — подумал про себя Харви, а сам наклонился к отвернувшемуся Дарену, вклинившемуся за стол между библиотекарем и целителем, и прошептал на ушко:

— Зая, ты не думай, там было темно, и никто тебя не разглядел.

Хотел было добавить про Джесси, но решил не при всех. И так зая нервничал.

А у Харви было чудесное, просто волшебное настроение: когда он шел мимо закрашивающего рисунок ведущего, разглядывая, как аккуратно и враскорячку медленно идет впереди Дарен, Джесси отложил кисточку, глянул на каракатицу и следящего за ним любовно летчика и подскочил, внезапно целуя того в щеку.

Это было неожиданно. И Харви почему-то подумал плохое.

— Знаешь, Джесси… — он виновато развел руками, — я вообще-то не по омегам, но против тройничка ничего не имею. Только давай так — тебя будет жарить Дарен, а я — его. Прикинь, как ему будет, а?

Джесси раззявил рот, закрыл, открыл, закрыл и снова открыл, покраснел и юркнул к себе в комнату. И только тогда до Харви дошло, что, может, Джесси не это имел в виду. Он даже к завтраку не вышел. Но испортить настроение Харви не мог никто. Даже прилипчивый Элмер со своими лекарскими лекциями.

— Никто не видел мой носок? — Брюс смотрел на переглядывающихся и улыбающихся участников шоу и подмечал, что так или иначе все стали стабильно садиться одинаково, и это походило на создающиеся парочки. — После каждой стирки постоянно не нахожу по одному носку. Чертовщина какая-то. Лучше бы, тварь такая, старые трусы сожрала, которые уже стыдно носить, но жалко выкинуть.

Он посмотрел на разные носки в обеих руках — один серый, другой черный, и грустно сказал:

— Властью, дарованной мне, нарекаю вас парой.

Натянул носки, помыл руки и сел за стол рядом с Харви, нарезающим себе бутерброды.

— Раньше, когда были активаторные машинки, винт цеплял какую-то шмотку и рвал ее в лоскуты. — Харви говорил серьезно, но глаза его выдавали. — Теперь такого нет, но белье боится и по старой памяти ныкается в пододеяльник или под резинку.

— Да ты, дедуля, поди, и динозавров видел? Раз про такие машинки знаешь? — расхохотался Шон. — А ты как, можешь похвастать богатством? Не этим, тут ясно. Другим. М?

Харви и это не испортило настроение. Он был счастлив, по-настоящему счастлив после долгого одиночества. Он чувствовал, что нашел то, что давно искал. Осталось завоевать заю. Например, юмором.

— Не хочу хвастать, — приподнял брови он, тщательно отпиливая тонкий пласт жесткой бастурмы для бутерброда, — но Гилли Бейтс и я суммарно имеем сто два миллиарда долларов и девятьсот семьдесят два рубля.

Смешки не сразу, но посыпались, и просыпающиеся альфы дружно заржали.

— Ты вот смеешься, а Харви уже два раза присунул. А ты еще ни разу. Так что кто тут еще лузер, — сказал Шону, отсмеявшись, Говард.

Ему тоже очень хотелось бы, и даже не столько секса, сколько тактильных нежностей, но Брюс ходил смурной и раздраженный, и Говард никак не мог понять почему. А подкатывать к мрачному альфе — то еще уравнение на икс, игрек и йот.

К середине недели альфы вспомнили про баню.

— Это не баня, — проговорил Харви авторитетно. — Это сауна. Финская.

— А разница? — спросил Элмер, вышедший в холл в белоснежном халате.

— Разница в том, что в бане влажность выше — тело прогревается быстрее, и влажный жар переносится труднее, чем сухой. У кого-то есть проблемы с сердцем?

Боб, ерзающий на диване рядом с влюбленно зыркающим на него Тимом, сообщил, что у него проблемы и он не пойдет. Тим сказал, что тоже не пойдет, и все сразу поняли, что эти двое явно не посуду мыть вместе будут. Отказался идти и Джесси.

— Почему? — спросил Дарен со скрытой надеждой, и Джесси, дефилирующий на кухню со стаканом недопитого сока, искренне фыркнул:

— Да’ен, ты тупица! Я омега. Ты ждал, что я пойду мыться с толпой альф?

Дарен вздохнул, провожая его задницу в коротких шортах взглядом. Харви, тоже вздохнув, положил руку на его колено и погладил утешающе. Дарен ничего не ответил, но и руку не стряхнул. Говард, наблюдающий за этой пантомимой, порадовался за этих двоих и посочувствовал Джесси, которого ждала двойная осада.