Чтение онлайн

Во время массовых арестов фашистские изверги схватили 3 марта 1933 года и Эрнста Тельмана. Это был тяжелый удар, нанесенный партии в исключительно серьезной обстановке. Партия лишилась своего лучшего, наиболее стойкого и целеустремленного руководителя. Но в этот ответственный момент партия показала себя достойной своего вождя.
– 7 февраля на пленуме ЦК в заключительной части своей речи Тельман указывал партии: "Нужно неуклонно держать курс на сохранение партии и ее развитие вопреки террору и всем ударам фашистов!

Необходимо проводить политику единого фронта для мобилизации масс на борьбу!

Необходима также концентрация всех сил для организации сопротивления масс, для борьбы масс. Демонстрации, забастовки, массовые стачки и, наконец, всеобщая стачка - все эти формы массовой борьбы должны быть противопоставлены фашистской диктатуре!

Нужно держать твердый курс на ликвидацию всех парламентских иллюзий, на подготовку масс к внепарламентской, массовой борьбе!

Надо всячески способствовать развитию инициативы самих масс, развитию самостоятельности, активности внутри низовых парторганизаций и в руководящих органах!

Претворение всего этого в жизнь означает поражение и разгром фашистской диктатуры! Вперед, на борьбу! Выполним свой революционный долг во имя победы германского рабочего класса и всего трудового народа!"{9}.

Партия продолжала борьбу в духе этих указаний Тельмана.

Несмотря на террор и бешеную травлю, несмотря на то, что десятки тысяч лучших партийных функционеров и рядовых коммунистов были арестованы и подвергнуты чудовищным пыткам в застенках СА, а сотни из них убиты, коммунистическая партия добилась большого успеха на выборах 5 марта 1933 года, получив 4848 тысяч голосов. Если прибавить к этому многочисленные демонстрации, забастовки и вооруженные столкновения, то следует прийти к выводу, что уже в этот первый период гитлеровского господства Коммунистическая партия Германии была единственной, действительно борющейся силой, стойкой и последовательной противницей фашизма. Попытка гитлеровского фашизма уничтожить, истребить коммунистическую партию одним мощным ударом, путем массового террора потерпела неудачу.

Результаты выборов 5 марта 1933 года еще и в другом отношении не оправдали ожиданий гитлеровцев: социал-демократическая партия потеряла лишь небольшое количество голосов, а количество голосов, поданных за партию католического центра и немецко-национальную партию, даже несколько увеличилось. В общем за нацистов голосовало 17,7 миллиона человек, а за все остальные партии, вместе взятые, - 21,5 миллиона. Эти результаты имеют немаловажное значение для правильного освещения позорной капитуляции перед нацистской диктатурой партий, именовавших себя "демократическими". Для того чтобы наскрести большинство в две трети голосов в рейхстаге для принятия закона о чрезвычайных полномочиях{10}, Гитлер отнял у коммунистической партии 81 мандат, полученный ею на выборах 5 марта. Он арестовал коммунистических депутатов и 9 марта объявил их мандаты недействительными. После этого незаконного аннулирования значительного числа мандатов рейхстаг, разумеется, не являлся больше органом народного представительства, избранным конституционным путем. Оставаясь даже на позициях буржуазного парламентаризма, партия центра, германская демократическая партия и социал-демократическая партия имели полную возможность сорвать все попытки Гитлера придать своему правительству хотя бы видимость законности. Так называемым демократическим партиям было, в сущности, достаточно лишь опубликовать соответствующее совместное заявление об антиконституционном характере нового рейхстага и отказаться от участия в нем. Это, конечно, не привело бы еще к падению гитлеровского правительства, но лишило бы его возможности вводить в заблуждение народные массы утверждением о якобы "законном приходе к власти", что, в свою очередь, облегчило бы мобилизацию масс на борьбу против фашистской диктатуры. Но названные выше партии были далеки уже и от такой даже с точки зрения буржуазного парламентаризма вполне оправданной позиции.

Правое крыло партии католического центра, представлявшее интересы магнатов тяжелой индустрии, стремилось прежде всего оказать поддержку гитлеровскому правительству и даже не помышляло как-либо воспрепятствовать ему и тем более не собиралось порицать его за кровавый террор против рабочего движения. На заседании рейхстага 23 марта лидер фракции центра прелат Каас заявил под аплодисменты нацистских депутатов: "В этот час, когда грозовые тучи собираются над Германией и окружают ее со всех сторон, мы, партия центра, во имя спасения германской нации, во имя ее процветания протягиваем руку всем, в том числе и нашим прежним противникам"{11}.

Вслед за тем фракция центра в полном составе голосовала за предоставление Гитлеру чрезвычайных полномочий. В эту фракцию входил тогда целый ряд нынешних сподвижников Аденауэра, а именно: Якоб Кайзер, доктор Генрих Фокель, доктор Генрих Кроне, доктор Елена Вебер, Пауль Бауш, Пауль Гибберт и другие. Если выступление прелата Кааса, рассчитанное на германскую и мировую общественность, носило еще довольно туманный характер, то Аденауэр откровенно выразил истинные взгляды того крыла партии центра, которое выражало интересы магнатов тяжелой индустрии. На заседании кельнского муниципалитета фракция центра, политическим лидером которой был обер-бургомистр Кельна Аденауэр, выступила 30 марта 1933 года с заявлением, в котором говорилось: "Мы ни в коем случае не должны препятствовать правительству, призванному к власти господином рейхспрезидентом и образованному в ходе успешной национальной революции. Такое сопротивление могло бы привести к серьезным и непредвиденным последствиям. Учитывая сложившуюся обстановку, следует создать для этого правительства возможно более широкую базу, на которую оно могло бы опереться.

Мы приветствуем уничтожение коммунизма и подавление марксизма, осуществленное ныне в таких масштабах, которые были невозможны в течение всего послевоенного периода. Проникновение социалистических идей в германский народ, начавшееся с 1918 года, не позволяло нам до сих пор приступить к созданию государства, которое соответствовало бы нашим воззрениям, ибо католическое меньшинство было в состоянии предотвращать лишь наиболее угрожающие последствия социализма".

Из этих слов видно, что реакционные круги Западной Германии уже не впервые выступают с призывами к уничтожению коммунизма и подавлению марксизма. Точно так же не впервые они в этих целях вступают в союз с запятнанными кровью нацистскими и эсэсовскими главарями и с гитлеровскими генералами. Правда, в наши дни они пока еще борются с коммунизмом другими методами, но основная линия их политики, то есть политика германского империализма, остается та же.

Именно для лучшего понимания современного политического развития в Западной Германии необходимо более настойчиво, чем раньше, напомнить о том, что лидеры партии католического центра не только расчистили дорогу фашизму своими чрезвычайными декретами в период Веймарской республики, но и явились его прямыми оруженосцами. К последним относятся Эрнст Леммер, ныне один из лидеров западноберлинской организации христианско-демократической партии, и другие, которые вместе с вышеназванными лидерами партии центра проголосовали в рейхстаге 23 марта 1933 года за предоставление Гитлеру чрезвычайных полномочий и тем самым узаконили кровавую диктатуру фашистов. Наконец, не следует забывать, что тогдашний генеральный суперинтендант{12}, а ныне епископ Дибелиус благословлял гитлеровское правительство во время совершения "государственного акта в Потсдаме"{13}. Выступая с проповедью в церкви св. Николая, он говорил: "Начало каждого нового периода в истории государства так или иначе связано с насилием. Если государство вершит свой суд над теми, кто стремится подорвать основу государственного порядка, над теми, кто с презрением отвергает веру и злобно желает погибели отечеству, то да будет с государством благословение божье"{14}.

Дибелиус говорил далее в своей проповеди о сотнях тысяч немцев, якобы изнывающих под гнетом иноземного владычества, и заявил, что судьба вынуждает германский народ "снова с оружием в руках отвоевывать свою свободу".

Германский народ не должен никогда забывать, что политика этих "демократических" представителей интересов монополистического капитала, как и позиция, занятая князьями церкви, не только способствовала установлению кровавого нацистского режима, но и помогла гитлеровцам ввергнуть страну в катастрофу второй мировой войны.

Коммунистическая партия в борьбе против террора нацистской диктатуры и подавления рабочего движения

После того как все буржуазные партии позорно капитулировали перед нацистской диктатурой, поддержав лживую версию о "законном" приходе фашистов к власти, последние развернули кампанию бешеного террора против всего рабочего движения в целом. С чудовищной силой и невиданной жестокостью фашисты обрушились, как и раньше, в первую очередь на коммунистов. Нужно сказать, что, несмотря на разоблачение коммунистами кровавых злодеяний фашизма перед лицом всего мира и подготовку к переводу партии на нелегальное положение, большинство членов коммунистической партии все же недооценивало масштабов террора и не предвидело тех беспримерных зверств, на которые оказался способен фашизм. При всем мужестве, проявленном подавляющим большинством коммунистов, при всей их стойкости арест десятков тысяч лучших и наиболее известных партийных работников не мог не отразиться на аппарате партии и явился для него очень тяжелым ударом.

Но, к чести коммунистической партии, следует отметить, что руководство на местах, в многочисленных первичных организациях проявило в эти дни большую самостоятельность и большей частью правильно ориентировалось в создавшейся обстановке. Об этом свидетельствуют, прежде всего, правильная оценка провокационного поджога рейхстага и ясное понимание необходимости всеми средствами продолжать борьбу. Было выпущено огромное количество газет и листовок, расклеено множество плакатов и лозунгов. На фабричных трубах и рудоподъемных башнях вывешивались красные флаги и транспаранты. На выборах заводских советов в марте 1933 года нацистам, по их собственным данным, несмотря на разнузданную демагогию и жестокий террор, удалось получить лишь 25% поданных голосов.