Чтение онлайн

— А мне с ним? — полушутя спросила Эстер, и щелкнула пальцами, чтобы обломок тут же вырастил новую ветвь с почками.

Серена хохотнула и спрятала свою добычу в складках черного плаща.

— Правильные вопросы задаете, миледи.

Жаль, что риторические.

***

Эстер беспокойно шла по коридорам замка, ее шаги отдались эхом в пустынных залах. Она заглянула в каждую комнату, осмотрела все углы, где только мог находиться граф, но его нигде не было. Библиотека оставалась пуста, в мастерской царила пыльная тишина, она даже постучалась в его покои, но ответа не получила. Двери были заперты заклятием, которое она не решилась разбить сразу.

Ведьма задыхалась от растущей тревоги. Она почувствовала, что сердце бешено колотится в груди.

Она не могла отбросить мысль, что, пока она беседовала с Сереной, некроманты Гильдии, возможно, уже нашли путь в замок. Могли ли они просто выкрасть Кейна? Или сейчас, в эту самую минуту, разворачивается битва за его жизнь и свободу где-то в тайных уголках поместья или в его окрестностях? Она слишком рано открылась ей, нужно верить, когда люди говорят тебе прямым текстом, что вы враги… черт!

В конце концов, она вспомнила, что граф говорил, что проводит в своей каморке в башне много времени, когда ему нужно подумать; Эстер не хотелось туда возвращаться, потому что она слишком хорошо помнила произошедший там разговор. Страшно даже думать, что целительница так яро отвергала предложение некроманта о слиянии сил, просто ради того, чтобы буквально через несколько дней выполнить похожий ритуал и спасти ему жизнь… Эстер не была уверена, но так было думать легче, чем признаться, что ее тянет в Тьму из-за нее самой. «Я отдала часть души некроманту, и немного его мрака попало мне в сердце» или «у меня не хватило стержня, и я соблазнилась темной властью» — что звучит лучше?

С каждым шагом по винтовой лестнице она чувствовала, как сердце бьется все сильнее, и каждый ее вдох сбивался с ритма от волнения. Узкая лестница закручивала ее вверх, и казалось, что с каждым шагом она все ближе поднимается к небесам. Свет факелов бросал на стены тени, создавая иллюзию движения в пространстве, завороженном временем и секретами.

Наконец, Эстер достигла вершины и стояла перед невзрачной дверью, за которой, как ей казалось, находился Кейн. С надеждой она постучала. Дверь скрипнула, открываясь, и она увидела его силуэт в полумраке комнаты. Он стоял у окна, растрепанный и ошарашенный ее неожиданным появлением, но, к ее великому облегчению, живой и целый.

— Кейн! — воскликнула она, ее голос дрожал от облегчения и радости. — Я так волновалась! Я думала, что…

Но слова оборвались, когда он резко поднял руку, останавливая ее.

— Уходите, — его голос был холоден и бескомпромиссен.

Эстер остановилась, изумленная. В комнате повисла тяжелая тишина, и в воздухе чувствовалось напряжение. В глубине ее сердца зародилось новое тревожное предчувствие. Почему Кейн не рад ее видеть? И что значит… что значит «уходите»? Он с ума сошел?

— Я… я… — девушка заикалась, не зная, как на это реагировать. Она так обрадовалась, наконец найдя его в безопасности, а он ее прогоняет? В груди защемило, и по коже побежали мурашки от осознания неизбежной катастрофы.

— Я прошу вас, миледи, — Кейн выдохнул и чуть собрался, провел рукой по волосам, пытаясь пригладить, он выглядел нервным и раздраженным. — Уходите. Уезжайте. Принц уже собирает ваши вещи, до ближайшего города вас довезет Ирви, а там возьмете кучера. Я заплачу полную сумму, обещанную за ваш труд. Вы заслужили.

Эстер почувствовала, как земля уходит из-под ног. Что произошло в ее отсутствие? Ее брови нахмурились, и голос зазвучал тверже, когда она снова заговорила:

— Почему? Что случилось, Кейн?

Некромант взглянул на нее, и в его глазах блеснула сложная смесь эмоций — вины, беспокойства, решимости. Но тут же всю эту искренность он похоронил глубоко в себе, и отстраненно ухмыльнулся, протянув:

— Целительница может отправляться домой, если знает, что скоро некого будет исцелять. Рано или поздно нагрянет целая свора темных, и мне не нужно еще и за вашу безопасность беспокоиться.

Вот как! Такие мы теперь формулировки выбираем! Эстер ахнула, ярость заполнила ее грудь, словно горячий свинец, и она уже готова была в очередной раз высказать этому высокомерному аристократишке все, что она о нем думает, и какое право он вообще имеет — ее прогонять, как собаку! Но не успела — граф вдруг подошел ближе, и аккуратным, нежным движением вложил ей что-то в руку.

И остался так стоять. Очень близко.

Гнев схлынул; весь воздух из легких почему-то пропал тоже, дышать стало тяжело. Невольно Эстер заметила, что от Кейна пахнет свечным воском, мокрой землей и металлом. Кровью. Не самый чувственный букет, на героя романтического романа все же не похоже, но… но. Искренне. Это — и есть его сущность.

— Сохраните в память обо мне, прошу, — прошептал он, лишь крепче сжимая руки вокруг ее, не давая посмотреть, что он положил в ладонь. Его голос был едва слышен, но каждое слово оставалось в ее сердце, как отпечаток, как ожог.

Она посмотрела в глаза Кейна и увидела там отражение всего того, чего они вместе пережили — бурные чувства, трудные уроки и мимолетные мгновения радости. Она ощутила, как в его присутствии тает вся злость, и что остается — это только непреодолимое желание остаться рядом с ним, несмотря на все опасности.

В ее руке, которую Кейн так крепко держал, она почувствовала что-то холодное и твердое. Наконец, он разжал пальцы, и Эстер увидела там крошечный амулет — простой, из поблекшего серебра, с гравировкой инициалов, которые означали для них обоих очень много.

— Я буду носить его всегда, — тихо произнесла она, и сняла цепочку с шеи, чтобы подарок Кейна повесить рядом с кольцом — как сокровище.

Он улыбнулся — такую усталую, но искреннюю улыбку, которую Эстер запомнит навсегда. Кейн аккуратно коснулся ее щеки, словно хотел запечатлеть это прикосновение в своей памяти.

— Мне жаль, что нам не досталось больше времени, — признался он, его голос звучал на удивление твердо, несмотря на весь вихрь чувств, который бушевал внутри; без формального обращения, без декорума, без масок. — Будь осторожна. И обещай мне, что ты не обернешься. Как в сказках — иди и не оглядывайся.

— Но…

— Пожалуйста, Эстер.

Они медленно спускались по узкой винтовой лестнице, и каждый шаг вниз казался Эстер шагом в неизвестность, которой она страшилась больше всего. Всё её существо стремилось вспять, к безопасному уединению каморки под крышей, где можно было забыть об опасности. Они шли, держа друг друга за руки, и её пальцы, отказывались ослаблять хватку.

Ведьма перебирала в уме всевозможные планы, аргументы, и даже ложь, которую могла бы использовать, чтобы убедить Кейна позволить ей не уходить. Она понимала опасность, которую несла Гильдия, но также чувствовала, что, если начнется сражение, им всем троим будет лучше защищаться вместе.