Чтение онлайн

— Это просто нелепо. Гильдия всегда будет в курсе того, что она посчитает нужным знать. Может быть, совету стоило выполнять свои обязанности чуть лучше, и не допустить Абрахама к ритуалам воскрешения, — его голос был спокойным, но в нем слышалась сталь. — Я пытаюсь исправить ошибки моего дорогого братца, и миледи мне в этом помогает. Вы не смеете обвинять меня, выставлять меня перебежчиком.

Серена повела бровями, и ее губы изогнулись в искусственной улыбке.

— О, граф, вы не перестаете удивлять. Но пусть будет так. Гильдия желает, чтобы вы явились перед советом, чтобы обсудить вашу роль в судьбе Обсидиана. Мы не можем позволить, чтобы… неконтролируемые элементы… нарушили баланс, который мы так усердно стремимся сохранить.

— И что же случится, если я откажусь с вами пойти, леди Шварт? — он склоняет голову к плечу, картинно-заинтересованно прислушивается. — Вы великолепная ведьма, я отлично это знаю — но одна против троих магов и Принца? Будьте благоразумны.

Серена вздыхает, делает шаг назад. Рыжеволосая колдунья смотрела на Кейна с смешанным чувством уважения и раздражения. Он ухитрился поставить ее в тупик, и это было нечто, чего она, вероятно, не ожидала.

— Ваша правда. Если вы не последуете за мной добровольно, совет пришлет кого-то более убедительного. Я пришла с миром, Кейн, не превращайте это в войну.

— Тогда я буду ждать гостей, — сказал он, его голос был спокойным, но веским. — Я предпочитаю столкнуться с ними здесь, на моей территории, где я могу контролировать ситуацию. Тогда и выясним, на чьей стороне справедливость.

Эстер знала, что в этой игре каждое слово могло быть как кинжалом, так и щитом, и Кейн умело манипулировал ими, чтобы защитить и себя, и Ирви, и даже ее саму.

Серена кратко кивнула, признавая временное поражение в этом противостоянии.

— Понимаю, — ее голос звучал пусто, эхом откликаясь под высокими потолками. — Жаль. Я считала вас умнее, граф. В таком случае, я оповещу Гильдию о вашем решении — но ведь окажете старой подруге услугу, не выгоните босиком на мороз? Давно я в Исендоре не гостила. Все равно они меня сюда отправят подчищать улики, нет смысла уезжать.

Принц, уже застывший наизготовку у дверей, разочарованно заскрипел челюстями. Похоже, даже скелету было тревожно в присутствии этого сиятельного призрака прошлого.

— Разумеется, — выдавил Кейн, складывая руки на груди. — Надеюсь, обойдемся без банальщины, вроде кинжалов у горла, пока я сплю?

Серена окинула холл взглядом, слегка прикусила губу и хлопнула в ладоши, как счастливый ребенок, мгновенно сбрасывая образ посланницы Апокалипсиса, и возвращаясь к рыжей обворожительной бестии.

— Я придумаю что-нибудь поинтереснее. Как в старые добрые времена.

Интересно, если Эстер по стенам ее комнаты пустит ядовитую плесень, Кейн сильно обидится, что она испортила обои?

***

Тень Серены падала на старинные гобелены, преображая каждый узор в историю о подлости и заговоре. Воздух в поместье стал тяжелым, наполненным подозрениями и сторонними звуками, которые раньше казались безобидными, а теперь внушали тревогу. Игры по новым, невысказанным правилам, начались сразу же после того, как Серена осталась, и Кейн нашел себе новое занятие. Со старой подругой — новой угрозой — ему было много, что обсудить, и их чувство юмора, похоже, совпадало. Искры в карих глазах сияли так ярко, что могли, наверное, спровоцировать лесной пожар.

Эстер чувствовала, как все в ней тихо кричит от неопределенности. Не могла она решить, что хуже: угроза, которую Серена представляла для всего замка, или то, как легко Кейн вступал с ней в диалог, как будто не было никаких прошлых схваток и битв между ними. Они словно танцевали вокруг друг друга — игра в кошки-мышки, где каждый следующий шаг мог быть как смертельным, так и изумительно ловким.

Эстер осталась наедине со своими мыслями, и каждый разговор, каждая улыбка Кейна в адрес Серены рождала в душе Эстер новую трещину.

Она ходила по своей комнате, слыша отголоски их разговоров из коридоров. Было слышно, что они через многое прошли вместе, что у них есть история, в которой Эстер не участвовала.

С каждым шагом сомнения копились в ней, как снежный ком, который катится с горы, набирая в пути величину. Она боялась себе признаться, что ее волнение не связано только с потенциальной угрозой для жизни Кейна или ее собственной безопасности. Ее сердце не на месте, потому что она боится, что Кейн может переметнуться на сторону Серены — в магическом плане… и, что еще хуже, в любовном.

В течение дня она наблюдала, как Кейн и Серена спорят, смеются и обмениваются молчаливыми взглядами, в которых было больше общего, чем, разумеется, успело накопиться между ним и Эстер. Целительница боролась с невыразимым чувством предательства, хотя головой понимала, что Кейн ничего такого и не сделал. Она знала, что не имеет права на такие эмоции, знала, что их связь была чем-то большим, чем просто чувства — они были союзниками, друзьями, волшебниками, сражающимися за общее дело. Никто никому ни в чем не признавался, никаких обещаний, кроме рабочих, не давал. Сама придумала, сама потратила на него часть души, чтобы с того света вытащить — а теперь недовольна, когда оказалось, что у него кто-то был в прошлом.

Сама-то до сих пор цепочку с кольцом с шеи не сняла. Носит напоминание о погибшей любви, и даже не упомянула эту ма-а-аленькую деталь в разговорах с графом.

Эстер пыталась занять себя чтением древних свитков и изучением зелий — всем тем, что могло отвлечь ее от мыслей о предательстве и потере. Приезд Серены был пощечиной от реальности — да, за тобой гонялись по всему Исендору, вели обольстительные речи, держали за руку в дороге, рассуждая о судьбе. Ради того, чтобы ты наконец выполнила свою работу. Не ради тебя.

Вечером, прислонившись к окну библиотеки, Эстер наблюдала, как закат окрашивает небо в кроваво-красные оттенки, символизирующие конец еще одного дня. В глубине души она знала, что не может вечно уклоняться от страха, который витал в ее сердце. Но как же поступить? Как встретиться лицом к лицу с тем, что может оказаться более разрушительным, чем любая магия Серены или Гильдии?

Эстер отвернулась от окна и подошла к столу, на котором стоял светильник и несколько разбросанных книг. Ее рука медленно скользнула по переплетам, и на мгновение ее пальцы задержались на кожаной обложке тома. Учебник Ирви, темное знание. То, к чему она не должна иметь совершенно никакого отношения… быстрый взгляд все же не повредит. Просто узнать, что такого он изучает все эти годы под строгим наставлением Кейна.

Эстер открыла гримуар, и ее взгляд невольно зацепился за строки, наполненные описаниями мрачных заклинаний и проклятий, которые казались живыми, словно они могли в любой момент соскочить со страниц и овладеть ее сознанием.

Каждое слово, каждый символ в книге был насыщен мощью, которая тянула Эстер все глубже. Она была поражена разнообразием и сложностью темных искусств, которые здесь были описаны. Но больше всего ее беспокоил собственный интерес к этому.

Если она находит эту сторону магии такой интересной, не говорит ли это о какой-то неисследованной темноте внутри ее самой? Или это губительное влияние Кейна, который, несмотря на все свои улыбки и ужимки, держал Эстер на грани между светом и тьмой?