Чтение онлайн

— Нет — скромно ответил я.

— Вот и я не слышал, и никто не слышал, мы у специалистов уточняли. А там пожалуйста, мрут только эти категории населения, а остальные продолжают работать. Причём работают сейчас в ЮАР, в основном, только две отрасли, сельскохозяйственная и горнодобывающая, что с остальными толком не известно. Может ещё, как то держаться на плаву, а может уже и совсем загнулись. Данные то у нас старые, а новых, скорее всего, больше не будет. Страна таким мощным ПВО прикрыта, что сквозь её барьер ни один летательный аппарат пройти не может, точно также, как и суда любого типа не могут зайти за определённую черту. Коллеги из дружественных стран пробовали в пешем порядке пробраться и тоже полный облом. Ни одна группа ни то что не вернулась, а даже на связь выйти не смогла. А кое кого из них, в нашем ГРУ готовили. Ну а там такие специалисты, о которых я лучше помолчу. Так что вот, а ты говоришь не верю. Тут братишка не до Станиславского. Впору думать, как самим не загреметь под фанфары, как говаривал один из персонажей нашего, многосерийного кино.

Примерно час говорил только Аркаша, ещё столько же сыпал вопросами я, вот и получилось, что спать мы засобирались только без чего то там, три. Хозяин, приняв во внимание мои габариты, предложил мне занять его кровать. Отказался, она была не на много шире раскладушки, а скрипела, пожалуй, похлеще её.

— Ты мне матрац отдай, я на пол лягу — попросил я зевающего друга, отодвигая от окошка стопку книг.

— Держи, но не говори потом, что я не предлагал тебе, ложиться на кровать. И вот ещё что, я завтра… Нет, уже сегодня. Короче уйду я рано, будить тебя не буду. И не перебивай, когда старшие разговаривают. Оставлю тебе вторые ключи. Уйдёшь, квартиру закроешь, а их с собой заберёшь.

— Зачем? — удалось мне вставить слово.

— Затем. Всё, о чём я тут говорил, не шутки. Надеюсь ты это понял? Так вот, вдруг в стране начнёт, что то происходить или сам увидишь, чего то неладное…

— Чего увижу? — ещё раз спросил я.

— Да откуда я знаю, чего. Может уже завтра над Москвой тарелки начнут летать. Не суть. Твоя задача, не глазеть на них, как это делали папуасы, а бросать всё к чёртовой матери и бежать сюда. Я буду время от времени позванивать, а если вдруг связи не станет, просто сиди и жди меня.

— Сколько ждать?

— Сказал же, пока не приду. А я приду обязательно. Без меня никуда не рыпайся, мы с Петей маршрут отхода уже отработали, прихватим и тебя. Ты хотя бы представляешь, какой бардак здесь начнётся, если эти гады страну займут?

— Не очень.

— Если честно, то я тоже. Но наши специалисты просчитали несколько вариантов и ни один из них ничего хорошего простому населению не несёт. Понятно, чего я имею ввиду?

— Частично — сознался я.

— Ну, пока и это сойдёт. Главное помни: бежишь сюда и ждёшь меня. Всё просто, до безобразия.

Уснул только под утро и даже не слышал, как ушёл мой знакомый чекист. Проснулся от того, что на кухне зазвенел будильник, открыл глаза и долго соображал, почему я лежу на полу. Когда всё вспомнил, встал. Оказалось, что уже достаточно поздно, на простеньких часах было ровно час, а за окном светило морозное солнце.

— Вот это я покемарил, на хозяйском полу — сказал я вслух и со скоростью метеора побежал в туалет.

Выпитое пиво давно просилось наружу, но я об этом узнал только сейчас.

Пока брился допотопной, электрической бритвой и обедал тем, что осталось на столе, стрелки будильника неутомимо двигались вперёд. Поэтому набрать номер телефона гостиницы, с красочным, сельскохозяйственным названием, получилось только в начале третьего. Около минуты я терпеливо ждал ответа с другой стороны, потом, когда там взяли трубку, вежливо попросил позвать к аппарату Германа, а услышав его голос заговорил уже с ним.

— Привет, давно проснулся? — спросил я друга.

— Давно — ответил он и настороженно спросил: — А это кто?

— Конь… — хотел было выступить я, но вовремя взял себя в руки. — Ты чего там, с похмелья? Я это, Антон.

— Нет, трезвый. А ты сам то, как? И, чего звонишь? Чего то голос у тебя охрипший?

— Нормально у меня всё и голос не охрипший — удивился я, его вопросу про здоровье. — А звоню потому, что узнать хочу, как ты на счёт прогулки?

— Можно. А куда?

— Да хоть куда. Давай хотя бы в центр.

— Нет, в центр не поеду. Не хочу. Ты, кстати, с другом говорил, насчёт того, что с нами было?

— Говорил — ответил я.

— И как? — спросил товарищ.

— Плохо — ну а, зачем мне врать.

— Вот видишь. В центр не поеду. Ну его.

— Тогда давай смотаемся, хотя бы до ВДНХ. Ты на такси или пешком подскочишь, а я подъеду на метро.

— Договорились. На ВДНХ я точно, никого из них не встречу. Говори во сколько и, конкретно, где?

— Можно у центральной арки, а во сколько? Ну… — я замолчал, но тут же начал говорить, пытаясь рассчитать поездку. — Так, сейчас почти полтретьего, тогда давай в четыре, раньше не смогу.

На выставке нам удалось проболтаться почти до семи, ещё час мы добирались до дома, потом ужинали минут сорок, после чего я, в течении получаса, почти на ходу, придумывал версию ответа, на поставленный Германов вопрос: о дальнейших перспективах нашего пребывания в столице. С учётом полученной от Аркадия информации, я пришёл к выводу, что приятелю будет лучше, прямо завтра же, с утра, ехать в аэропорт и любыми правдами или их альтернативами, мотать домой, в его родной город. Мать — это святое и он у неё один, а что нас всех ждёт завтра, не знает никто, даже я, с моим сверх чувствительным, мыслительным аппаратом.

— Давай любые деньги и вали из города — в который уже раз повторял я другу. — Бандиты оказались очень крутыми и вычислить нас могут в любой момент.

— А ты, как же? — спросил, озабоченный Герман.

— А что я? Поживу здесь ещё денёк и к товарищу перееду, он приглашал. А потом тоже, в родные пинаты. Дела все улажу и домой.

— Да, какие у тебя тут ещё дела? Сам же говорил, что знакомый из министерства, ничего прямо сейчас сделать не сможет, Новый год на носу.

— Правильно, говорил. Но встретиться то с ним я обязан, раз договорился. А там выходные, может придётся его в ресторан пригласить. Не могу же я просто зайти к нему в гости, попросить барахла на десятку и тут же свалить. Надо поговорить с человеком, пообещать ему чего то, а где это лучше делать?

— Понятно, что в кабаке — согласился со мной Герман.

— Вот. И я об этом. За пару дней, ну максимум за три, всё улажу и домой, на работу. Ты там, кстати, сходи к парням, выручку собери и у себя пока подержи, я им звякну, чтобы отдали.

— Ладно, сделаю — с готовностью, согласился друг.

Спать улеглись рано, Герману утром в аэропорт. А мне… Мне тоже не помешает полежать в тишине и подумать. К примеру о том, какого чёрта я забыл в этой самой Москве? Ну, допустим, чего то тут случится. Я на всех парах несусь в квартиру Аркаши и, как самый последний дурак, сижу в ней и жду, когда за мной дяденьки приедут? Нет, был бы я студентом МГУ, как все тут считают, так бы, наверное и поступил, но, на самом то деле, я не студент, а зубастая акула серьёзного бизнеса. И, чего мне тогда тут околачиваться, когда у меня там, шведы… Нет, домой надо ехать. До-мой. Какой никакой, а дом у меня там имеется, и друзья в городе тоже живут, и бандиты знакомые есть, которые ужом вывернутся, а сквозь пальцы инопланетян пролезут. Вот завтра схожу по адресу, на улицу Делегатскую, во второй подъезд, квартира номер… Я ещё раз прокрутил в голове указанный мне для встречи адрес, где проживал Алексей Сергеевич и сделал окончательный вывод: если не в субботу, то в воскресенье, прямо с утра, тоже ломанусь к ближайшему самолёту и домой, пока инопланетяне не налетели. Ну бред же. Да быть такого не может. Где мы, а где они, покорители дальнего космоса.