Чтение онлайн

— А ты что и про другие можешь, чего то рассказать? — спросил я товарища, поразившись его обширным познаниям.

— Про другие не могу — уверенно ответил он. — Не было их в нашей школе. Но за характеристики ТТ несу полную ответственность. Мне про него такой человек рассказывал, что ты ему в подмётки не годишься. Ветеран войны, кавалер медали «За боевые заслуги». Он, между прочим, войну в Берлине закончил, а в отставку майором ушёл. Понятно тебе!

— Да понятно, понятно — успокоил я, ни с того ни с сего, разошедшегося товарища. — Ты про пистолет то, чего ещё хотел рассказать. Какие у него приимущества?

— Убойная сила большая и целкость меткая — тут же отозвался Герман. — А это для оружия такого типа самое главное. Подумаешь, ломается быстро. Ты ещё попробуй сделай эти восемьсот выстрелов, через которые он откажется стрелять.

— Ну да — согласился с ним я. — Где столько патронов взять, на восемьсот то выстрелов?

— Точно — подтвердил Герман и тут же спросил: — Собирать сам будешь?

— Попробую — ответил я и передвинул к себе поближе всё, что раньше именовалось пистолетом.

— Пистолетик, если честно, так себе. Старенький, давно не чищенный и ржавчиной от него попахивает. Так что особо не постреляешь — глядя на меня мутными глазами, вынес свой вердикт друг, относительно конфискованного мной у бандитов оружия. — Ну чего сидишь? Давай. Собирай. Помнишь, как я делал? Вот точно так же, только в обратном порядке.

Легко сказать собирай. Если бы снова разбирать, тогда бы я точно, это не глядя сделал. А в обратном порядке, это надо ещё всё в мозгах прокрутить, словно кассету в видеомагнитофоне. Как там у него было? Это сюда, а это туда.

— Снять скобу, выдернуть рычаг — начал я мысленно повторять слова и движения Германа. — Потом затворную раму, пружину из неё. Так, дальше фиксатор, снова рычаг, за ним ствол наружу. Снимаем ударно спусковой механизм и всё, нет пистолета.

После сборки, я ещё раз десять раскидал и собрал доставшееся мне имущество, пока не достиг почти идеального автоматизма и получив, в качестве вознаграждения за это, из уст совсем окосевшего друга, достойную прилежного ученика, похвалу.

— Молоток. Легко справляешься. Я, помню, три занятия не мог его нормально собирать — запихивая в рот, одновременно, колбасу и конфету, не поскупился товарищ на комплимент.

Как то быстро его развезло. Дома сидим всего минут сорок, а он уже практически никакой. Сильно видать торкнул приятеля, наш неудачный поход с москвичом. И что прикажите мне делать? С ним здесь, остаться или попытаться, куда нибудь смотаться, предложив ему пару часиков самостоятельно поспать?

— Ты как, наелся? — спросил я друга, наблюдая за тем, как он кривится от того, что пытается съесть.

— Вроде да, а что такое? — кивнул он головой в ответ.

— Может давай завалимся на боковую, а вечером по городу прогуляемся?

— Не, я из гостиницы больше ни ногой. Ты, как хочешь, а я тут сидеть буду — отказался Герман от второй части моего предложения. — А поспать можно. Только я лягу на твою кровать. Хватит и того, что мне ночью приходится маяться на этой скрипучей раскладушке.

— Идёт, можно и на кровать. Ты ложись давай, а я попробую тут, кое до кого дозвониться — предложил я другу закончить с обедом, прямо сейчас.

— Кому дозвониться? — спросил он, с разочарованием поглядывая на порожний стакан.

— Другу. Есть у меня и в этом городе такой. Попытаюсь прозондировать нашу с тобой ситуацию, может нам действительно, больше не стоит никуда ходить и лучше завтра же утром, уехать домой. Он спец по таким вопросам.

— Правильно, нечего нам, в этом их дерьмовом городе больше делать. Завтра же домой улетим — не поленился Герман ещё раз подчеркнуть своё отношение к столице.

Пока я выходил в коридор и пробовал дозвониться к Аркадию, с которым надо было состыковаться ещё в день приезда, мой друг легко перебазировался на мою великолепную, двухспальную кровать, залез под огромное одеяло, как всегда не раздеваясь и сейчас тихо посапывал, положив свою умную голову сразу на обе подушки.

— Во, это я понимаю, отбой за сорок пять секунд — вспомнил я рассказ друга про его службу в армии и тут же пожелал ему доброго сна: — Спи давай, дорогой ты мой товарищ, а я пока по городу покатаюсь.

Прежде, чем покинуть номер, спрятал за шкаф трофейный пистолет, не пожалев на его упаковку один из дефицитных пакетов. Затем оделся. Стараясь не шуметь, освободил свою походную сумку, закинул её на плечо и словно кот, на мягких лапах, снова выбрался в коридор.

Аркаше я не дозвонился. Никто, у него дома, трубку так и не взял. Ничего, перезвоню позднее. Сейчас же попробую добраться до известных мне комиссионок и изучить их ассортимент. Может действительно, зря мы приехали в этот, не очень приветливый для нас город и будет лучше, прямо завтра уехать домой.

Свободное такси долго не попадалось и мне уже начало казаться, что проще не заморачиваться с ним, а топать прямиком в метро. Но, прямо по заказу, как только я об этом подумал, из-за очередного поворота дороги, показался бледно-зелёный огонёк. Я, пару раз махнул ему рукой, подъехав ближе он остановился, а его владелец, опустив боковое стекло и внимательно изучая меня оценивающим взглядом, тут же задал вопрос:

— Куда тебе?

— Туда — кивнул я, в сторону проспекта.

— Годится. Садись — с радостью в голосе, предложил мне симпатичный водитель.

На этот раз за рулём арендованной мной машины, сидел молодой, улыбчивый парень, лет двадцати пяти и с ним у нас быстро завязался непринуждённый разговор, почти такой же, как бывает у чукчей. Поболтали о морозной погоде, о скользких, плохо чищенных дорогах, о неразумных пешеходах и, естественно, о хитрых сотрудниках ГАИ, имеющих нехорошую привычку, прятаться в самых неподходящих местах. Короче разговаривали обо всём, что касалось дороги, ни словом не обмолвившись о конечном пункте, выбранного мной пути. Я уже и позабыл, зачем и куда еду, когда щофёр сквозь смех, спросил меня:

— Слушай, а тебе на проспекте, куда?

— В комиссионный — ответил я и посмотрел в окошко, пытаясь разузнать, куда нас занесло.

— В который? В ближний или в дальний? — уже без смеха, спросил водитель.

— В оба — обрадовал его я, своим, основательно развёрнутым, ответом. — Сначала в ближний, а потом и в дальний.

— Нормально. Тогда начнём с того, что дальше стоит. Ближний мы уже проехали.

— Как скажешь, мне всё равно с какого — ответил я и вновь уставился вперёд.