Чтение онлайн

— У тебя платка, случайно, не будет?

— Будет — улыбнулся я в ответ: — Причём не случайно. Держи.

В отличии от такси, в автобусе к нам отнеслись более лояльно и намного приветливее. Водитель, при встрече, напомнил о необходимости оплатить проезд, он же продал и талоны, но не целую пачку, как первоначально предлагал, а всего два, ровно столько, сколько нам и требовалось. Пассажиры, которых вопреки нашим ожиданиям было немного, проявляя заботу о бестолковых гостях столицы, наперебой разъясняли, где лучше сойти, чтобы быстрее добраться до подземки и делали это вплоть до нужной нам остановки. Они все, так растрогали меня, своим добрым отношением к незнакомым людям, что перед выходом из автобуса я не сдержался и толкнул краткую, благодарственную речь, вызвав неподдельный восторг у сидевших рядом старушек.

— Какой вежливый молодой человек — услышал я в свой адрес, уже соскакивая со ступенек. — А с виду шпана шпаной.

До станции метро, откуда мы начинали эту, не очень приятную, поездку, добрались действительно быстро. И немудрено. Большую часть пути я таскал нас по местным подворотням, используя доскональное описание маршрута одного славного старичка, знавшего этот район не понаслышке. В самой подземке время тоже бежало с каким то неестественным ускорением. Машинист состава лишний раз не тормозил, на остановках не задерживался, да к тому же ещё и в полупустом вагоне, было очень тепло и в меру уютно, благодаря чему нервозность, буквально пропитавшая насквозь моё крепкое тело, постепенно начала исчезать. И если бы не голос, изредка доносившийся из крошечного динамика и сообщавший о начале движения или информирующий пассажиров о названии следующей станции, то я, наверняка бы и вовсе заснул, плотно прижавшись к мягкому тулупу друга. Но не сложилось, вскоре пришлось выходить на пересадку. А жаль. Рельсы подземного города так славно раскачивали мчавшийся на бешеной скорости поезд, что пять минут крепкого сна, легко бы забрали всю мою накопленную усталость и можно было бы с лёгкостью забыть о необходимости расслабляться при помощи подручных средств, обычно употребляемых внутрь.

— В магазин зайдём — предупредил меня Герман, на подходе к временному дому. — Я водку куплю, мне пиво не поможет.

Кроме «Московской», в ближайшем к гостинице гастрономе, прихватили буханку чёрного хлеба и почти палку варёной колбасы, друг сказал, что от копчёной у него изжога. К чаю снова купили десяток пирожных, хотя я и возражал, предполагая, что как раз они то и не пошли приятелю на пользу. Мне казалось, что ему и пол кило дефицитного «Мишки на севере» будет за глаза, чтобы с лёгкостью восстановить, потрёпанные сегодня нервы. Для себя я снова взял две бутылки пива, на этот раз обычного, «Жигулёвского», баночное редкость даже в Москве, так что не стоит его тратить на обычную расслабуху. Распихав часть продуктов по свободным карманам, мы в быстром темпе преодолели отделявшее нас, от тёплого номера, расстояние и уже через несколько минут открывали его, взятым на вахте ключом. А ещё минут через десять, мой уставший товарищ открывал купленную бутылку, наливал её содержимое в не очень чистый стакан, полностью игнорируя приобретённую в магазине закуску.

— Садись — в приказном тоне промолвил Герман, приглашая и меня присесть за плохо оформленный стол. — Хочу выпить за то, чтобы дружба наша никогда не кончалась, а город этот побыстрее избавился от собственных нечистот. Чтоб им гадам пусто было, а мы жили весело и богато.

Поднеся к губам водку, он одним махом опорожнил полностью заполненную, двухсот граммовую посудину. Затем, с чувством глубочайшего удовлетворения, вдохнул запах собственного кулака, через пару секунд мощно выдохнул его наружу и только после этого, вгрызся своими ровными зубами в толстенный кусок «Любительской» колбасы.

— Хорошо пошла. Зараза — засовывая в рот ещё и огромный кусок отломленного хлеба, поделился товарищ своими специфическими, внутренними ощущениями.

— А почему, зараза? — спросил я его, сделав пару глотков, из только что открытой бутылки пива.

— Потому что «Московская» — зло ответил он. — Теперь для меня всё, что связано с этим дерьмовым городом, имеет только такое название. За-ра-за!

— Не знаю, а мне тут нравится. Просторно, красиво и люди добрые — не согласился с ним я и тут же добавил, заметив, как округлились у Германа глаза. — Ну, может быть за редким исключением.

— Мне тоже нравилось — снова наполнив стакан, но на этот раз лишь наполовину, отозвался резко захмелевший анапчанин. — До сегодняшнего дня. А после того, как нас тут чуть не обокрали… Нет, ну это ж надо, как простого работягу из станицы развели. Суки! А главное, я ещё вчера чувствовал, что чего то с этой сволочью не чисто. Понимал же, что цен таких сейчас быть не может, а всё равно полез. Не зря видно говорят, что жадность фраера погубит. Слушай, а может эта падла загипнотизировала меня? Ну не дурак же я, на самом то деле, чтобы в пасть к удаву, словно тупой кролик лезть?

— Не знаю — с трудом сдержался я от смеха, понимая, кто в действительности был гипнотезёром. — Может и загипнотизировал. Хотя нет, не думаю. Если бы нас по настоящему обработали, то сейчас мы с тобой не здесь сидели, а до сих пор в лесу бы околачивались. Без денег и без верхней одежды.

— А почему без одежды? — спросил Герман, так и не решившись ещё раз опустошить свой стакан.

— А ты чего не заметил, с какой завистью таксист на твой тулуп поглядывал?

— Нет! Вот же сволочь! Денег ему было что ли мало? — ещё сильнее вспыхнул, нетрезвый товарищ. — Всё, надо завязывать с этой Москвой! Как подумаю, чтобы со мной было, если бы ты туда не поехал… Поверишь, волосы на голове шевелятся.

Я улыбнулся, на время прекратив отхлёбывать пенную жидкость, из обычной, зелёной бутылки.

— Зря смеёшься — не разделил товарищ моего веселья. — Я же мог все деньги разом потерять. Да ещё и тебе остался бы должен. Нет, хватит с меня экспериментов. Домой пора возвращаться. До-мой.

— И что, так и поедешь обратно, без товара? А, как же точка? Будешь закрывать?

— А что нам, впервой что ли, всё заново начинать? Так и поеду. До весны у тебя поработаю. Ну, а если не сложится, так просто дома посижу. А весной все карантины отменят, к бабке не ходи. Ну, не дураки же там, наверху у нас сидят. Им, знаешь ли, тоже надо налоги собирать, товарооборот увеличивать. Да, как минимум следить за тем, чтобы число тунеядцев не увеличивалось. Помяни мои слова, к весне всё встанет на место.

— Ну, дай то бог — вспомнил я всевышнего и немного помолчав спросил, вновь не на шутку разнервничавшегося друга: — А может не стоит горячку пороть? Не ты один сегодня испугался.

— Кто испугался, я? — словно вулкан, взорвался Герман. — Да чтоб ты знал, я вообще ничего и никого не боюсь, тем более у нас теперь оружие имеется. А ну ка, где тут наш, трофейный пистолет? Дай ка его сюда!

Герман решительно встал на ноги и всем телом навис над столом, требуя отдать ему, мою новую игрушку.

— Ну, вот ещё. Отдай — откинувшись назад, улыбнулся я в ответ. — Во-первых вещь моя и кому попало я давать её не буду, давалка сломается. А во-вторых, оружие и пьяный человек, несовместимы. Об этом даже я знаю.

— Кто пьяный? Я? Да я железку эту, разберу на раз, с закрытыми глазами. Где полотенце? Ложи пистолет на стол и глаза мне завязывай. Сейчас посмотрим, кто из нас пьяный.

— Не, так дело не пойдёт. Сейчас ты постреляешь всё вокруг, а мне потом разбирайся тут, с администрацией. Ты сначала сдай мне теоретический экзамен, а там я посмотрю, допускать тебя к практическим занятиям или нет. Название скажи, калибр оружия, ну и всё такое, что ещё пологается в таких случаях — предложил я товарищу, совместить приятное с полезным.

Желает он повеселиться, так что ж, я не против, только пускай и мне чего то с его веселья обломится. Если он действительно такой спец по пистолетам, пускай поделится и со мной, своей ценной информацией. На данный момент реквизированное оружие для меня, почти, как обычный кусок ненужного железа, не больше.

— Легко — с лёгкостью согласился Герман, вытерев мелкие крошки с раскрасневшихся губ. — Пистолет наш, называется ТТ и назван он так, в честь конструктора, сумевшего его изобрести. Калибр у него…