Чтение онлайн

— Их…двое?

— Это не точно, узи и анализ ХГЧ дадут более правдивый результат. Но я столько работаю, что вряд ли могла бы ошибиться.

Улыбается. Наверное, я глупо выгляжу. Многие отдали бы все чтобы услышать о том что ждут ребенка, а я сижу и думаю нужен он мне или нет. От этого становится так противно. Тошнит от себя самой. Я кажусь себе грязной. Как будто все руки в крови. Моих не рожденных детей. Меня тошнит, мутит так, что в глазах черные мушки скачут.

Не слышу криков, не вижу паники вокруг. Мне не хорошо это последнее что я понимаю для себя.

Прихожу в чувства на кушетке в том же кабинете.

— Вы напугали нас, Василиса, — говорит врач.

— Ты как? — поворачиваю голову и вижу Наташу. Она не оставила меня, сидит рядом.

Одинокая слеза скатилась по щеке.

— Вы не оставите нас? — просит Наташа. И врач выходит. — Ну, ты чего, Лис. У тебя такое счастье, а ты плачешь.

— Наташа, — жалобно.

— Я не знаю, что у тебя в личной жизни, но мой тебе совет — рожай! Ты выносливая и боевая, ты сможешь воспитать. Даже сама. И, если хочешь, я могу помогать.

— Это ты сейчас так говоришь, а потом… — понимаю, что говорю необоснованные претензии, поэтому торможу себя. — Как я с ними одна?

— Об этом никто не знает. Я в девятнадцать забеременела и по глупости сделала аборт. Теперь не могу иметь детей, — вижу в глазах столько горечи и боли, что в пору захлебнуться. — Если возьмешь меня крестной я буду помогать, — вздыхает и улыбается. — даже если не возьмешь. Я все равно буду рядом и помогу тебе, пока нужна буду.

Не знаю, что повлияло, рассказ Наташи, или уговоры врача, но я решила оставить ребенка…детей. И будь, как будет.

Лиса

Наташа не соврала. Она поддерживала меня на протяжении всего периода беременности. Всегда была рядом. Прикрывала. Брала на себя тяжелые проекты и закрывала дыры в работе. Почти переехала ко мне жить. Я была не против. Чем больше становился живот, тем сложнее было делать дела, казалось бы, привычной важности.

Я до сих пор работала. Имея легкую конституцию тела, мне было просто скрывать беременность до семи месяцев. Думала, живот будет в два раза больше, ведь и малышей двое. Но живот был аккуратный и не сильно большой, а широкие платья отлично скрывали моё состояние. Я так думала, пока однажды меня не вызвала Оксана к себе в кабинет.

— О, проходи, садись, Лис, — оторвавшись на секунду от лэптопа, указала на кресло.

Ничего не подозревая, прошла и как можно ровнее, села в кресло. Как мои старания выглядели со стороны, я могла только догадываться. Ведь сегодня первая неделя восьмого месяца. И я планировала поговорить с Оксаной о переходе на дистанционку. Мало вероятно, что она оставит мне мою должность, но возможно, хоть какую-то работу предложит.

За эти месяца собрала поднакопила денег, но это капля в море, по сравнению с тем какими будут расходы, когда малыши родятся. Пол не узнавала из принципа. Без разницы, я их и так люблю уже больше всего на свете.

— Итак, Лиса, я тебя позвала, обсудить один вопрос, — Оксана щелкнула мышкой, а у меня такое чувство, что забили гвоздь в гроб.

Она узнала…

— Мы выходим на международный уровень, — смотрит так выразительно, будто я в компании не отделом по связям с общественностью работаю, а уборщицей, которая ни о чем не знает.

— Я в курсе, — приглушенно отвечаю.

— Так вот. Наш новый партнер, предлагает открыть офис в Штатах, а точнее в Лос-Анджелесе.

— Здорово!

— Да. Поэтому я хочу, чтобы ты слетала и посмотрела. Месторасположение, трафик и встретилась с партнером, обсудила детали контракта естественно. В общем провела исследовательскую деятельность, — улыбается так, будто в оплачиваемый отпуск отправляет.

Момент истины он такой. Как каменеем по голове. Дура, надо было раньше самой признаться. Руки, от того насколько сильно их заламываю, начинают болеть. Мне вообще стало тяжело. Колени болят, а от длительного сидения, спина вечером отваливается и все выходные я лежу на диване с ноутбуком, дорабатывая проекты.

— Оксан, я должна тебе в кое чем признаться, — виновато опускаю глаза.

— Лис, признаваться надо было месяцев пять назад, а лучше в тот же день, как о беременности узнала. А теперь терпи, потому что кроме тебя мне не кому доверить это задание, — быстро проговаривает, перебивая меня.

От шока открыла рот и вылупилась на своего директора. Она знала. Всё это время знала и молчала. Давала мне работать, не смотря на то что я скрывала от нее правду.

Предательские гормоны не вовремя напомнили про себя. Из глаз брызнули слёзы.

— Я не поняла, — удивленно. — Ты чего ревешь?

— Прости, Оксан. Япросто не знала, как тебе сказать и, — замолчала, подбирая слова. — И деньги нужны были.

— А сейчас не нужны?

— Нужны.

— Тогда собирай вещи, завтра ты вылетаешь ЛА. Тебе рожать через два месяца. Успеешь вернуться и родить на родной земле.

— Но…

— Слушай, Василис, давай на чистоту. Я проглотила твою подставу с беременностью и по большому счету даже рада за тебя. Восхищаюсь твоим оптимизмом ростить ребенка одной очень тяжело…

— Двух, — вставила зачем то.

— Как двух?

— Плода два. Два ребенка.

— Абалдеть! — буквально секунду сидела шокированная. — Суть дела не меняет. Либо летишь в ЛА, либо мы прощаемся. Естественно, тебе все выплатят, как полагается, но это будет всё. Конец.

— Лечу, — поспешила заверить и сердце ёкнуло.

Лиса

— Ты навсегда уезжаешь, Лис? — округляя глаза спросила подруга.

— Нет, но мало ли что пригодится в ЛА. Надо было хоть погоду погуглить, да? — плюхнулась с грацией слона на кровать. — Мне страшно.

— Может стоило отказаться? — вкрадчиво спросила Ната.

— Может и стоило, но ты сама понимаешь. Работа мне нужна. Тех накоплений надолго не хватит и если не будет хотя бы небольших поступлений в мой бюджет, но я утону с детьми.

— Я помогу, — завела свою пластинку Наташа.

— Я знаю, дорогая, но я не могу сесть тебе на шею. Хорошо?

— Хорошо, — вытирая слёзы. — Готова? Такси уже ждет.

— Готова.

Час еды до аэропорта прошел мимо меня. Думала о перелете, мысленно разговаривала с малышами и просила не волноваться.

— Если что, сразу звони, я тут же прилечу, поняла?

— Конечно, не переживай.

Лететь бизнес-классом намного приятнее. Начиная от качества сидений, заканчивая вежливостью стюардесс. Комфо-орт!