Двойное счастье генерала Сокола
Шрифт:
В промежутке отвожу ее в туалет и прошу еще немного потерпеть.
И красавица моя очень старается, что меня сильно радует. Но…
Терпилка Викина подходит к концу пока я занимаюсь генерал-полковником Терентьевым.
Куколка несколько раз выглядывает из-за ширмы, корча мне лица и показывая, что хочет выйти.
Генерал это замечает и проявляет свое неудовольствие тем, что на приеме присутствует ребенок.
Зная, что Терентьев мой последний на сегодня пациент и, что он совершенно прав, я, краснея и бледнея, проявляю неимоверную выдержку и лояльность. Но…
Тут раздается звонок начальника госпиталя, который просит меня пообщаться еще с одним генералом.
Не проходит и пяти минут, как Сизов сам его ко мне приводит.
Пока заканчиваю выписывать рецепты Терентьеву, Вика снова просительно выглядывает из-за ширмы. Понимаю: терпение малышки на исходе, - потому качаю головой, позволяя ей выйти в коридор.
Дочь возвращается в кабинет минут через пять, сияя, словно медный пятак.
Еще через пять я прощаюсь с генерал-полковником. Не успеваю и глазом моргнуть, как в мой кабинет заходит генерал-лейтенант Сокол.
И тут я впадаю в ступор…
Глава 7
Светлана
Шесть лет спустя после метели
Увидев генерал-лейтенанта Сокола замираю, как лягушка в момент опасности.
Моя услужливая память сразу же начинает тасовать в мозгу картинки той далёкой ночи, которую я до сих пор не могу забыть. Хотя очень стараюсь!
Я со стоном резко распахиваю глаза и вижу прямо перед собой красивое, благородное, взрослое мужское лицо, широченные плечи, подпертые мощными ручищами с буграми мышц и выпирающими венами.
Не знаю, что замечает он на моем лице, а я точно взгляд, транслирующий животную похоть и страсть…
И тут же в одну секунду его рот накрывает мои губы.
От неожиданности ахаю и делаю вдох.
Этот мой жест позволяет его языку глубоко войти в мой рот.
То, что он начинает творить внутри, выбивает из меня протяжные стоны.
Моё дыхание сбивается, меня выгибает.
Грудь начинает ходит ходуном.
Оторвавшись от моих губ, мужчина целует и ласкает меня.
Млею от всего, что он делает, стону громко в голос. Дышу тяжело прерывисто через нос, как спринтер.
Он опускается от шеи вниз, зацеловывая каждый сантиметр моего тела.
Проходит по дрожащему животу.
Приближается к самой легко возбудимой моей эрогенной зоне.
На меня от стыда сначала нападает столбняк, потом я начинаю дёргаться, пытаясь закрыться и подняться вверх, чтобы не дать ему сделать то, на что он решительно настроен.
– Нет, не надо, - громко выдыхаю, резко дергая бедрами вправо и влево, пытаясь избавиться от его жадных губ и языка.
– Пожалуйста, не надо! Ужас… Мне стыдно… Я умру от стыда! Ох…ох…ох! О, Боже мой, уй, оёй, йой…
– Тттшш, малышка! Не мешай, лаская тебя, наслаждаться тобой и твоим удовольствием! Стони, сладкая! Стони так же громко, как и ночью…
Несмотря на его подбадривающие меня слова и успокаивающие движения, фраза “как и ночью” электрическим током пробивает мой мозг.
“Неужели он со мной это уже делал? И что? И мне понравилось? И кто этот мужчина? И где я? И почему мы голые? Я умерла? Это ангел? Но…Ангелы - они же бесполые… Святые небеса, может я просто сплю, а это все плод моей больной фантазии?” - начинаю мысленно задавать сама себе вопросы, все еще пытаясь сопротивляться, пока не захлебываюсь от собственных стонов и криков. Но…
Еще секунда другая и я взрываюсь от удовольствия, пронизывающего меня сотнями мелких разрядов тока и огня, жар которого шаровыми молниями прокатывается по каждой клеточке моего организма.
Дергаю головой и вижу ЕГО.
Не обнаженного, а одетого в прекрасно сидящую на нем форму с генеральскими звёздами на погонах.
ОН как и я удивлен. Но…
Мы оба молча смотрим друг на друга.
Сокол взглядом пронизывает меня, сжигая до тла мое спокойствие…
В этот момент, из-за ширмы, таинственно улыбаясь, опять выглядывает Вика и, хихикая, шепотом восклицает: “Я здесь!”
Мы с генералом одновременно как по команде поворачиваем головы в ее сторону.
Смотря на МОЮ дочь, Сокол отмирает первым и, жестко сверля меня взглядом, мягко и тихо-вкрадчиво произносит: “Я требую объяснений!”
Пытаюсь сообразить, что он имеет ввиду, и как мне выкрутиться из создавшейся ситуации.
Делаю носом глубокий вдох и выдох.
– Здравствуйте, Андрей Иванович. Присаживайтесь, пожалуйста, - говорю как можно спокойнее, занимая свое место и подтягивая пальцами к себе папку с данными генерала Сокола, которую мне принес начальник госпиталя.
– Вы…
Сокол начинает говорить, но останавливается, и внимательно смотрит на бейджик на моей груди.
– Светлана Викторовна, не подписали мою медкомиссию. Хочу знать причину и еще…
Тут он снова переводит взгляд на Вику, которая так и продолжает выглядывать из-за края ширмы.
– А почему с вами на приеме ребенок?
– Сокол выдает фразу, которая меня вводит в ступор.
– Вам что не с кем оставить малышку? Или Вы не можете устроить дочь в детский сад?
Я стучу три раза по столу ручкой.
Делаю так, потому что у нас с Викой есть ряд невербальных сигналов, которые она хорошо знает. Этот означает, что она мне сейчас мешает.
Дочь все прекрасно понимает. Недовольно морщится, но все же уходит за ширму.
Не желая отвечать на вопросы Сокола, безэмоционально говорю то, что считаю нужным для себя:
– Андрей Иванович, согласно протоколу Вы прошли плановое обследование. Результаты анализов в целом неплохие. Но.., - делаю паузу и смотрю в отдельный лист.
– Ряд показателей указывают на то, что у вас есть проблемы с сердечно-сосудистой системой. Один из них меня особо настораживает, потому что он “говорит” на развитие инфаркта миокарда.