Двойное счастье генерала Сокола
Шрифт:
Сокол смотрит на меня таким взглядом, что мне даже становится жарко. Чувствую, как по моему позвоночнику ползут капельки пота.
– И еще… Ваша электрокардиограмма показала экстрасистолию сердца. Считаю, что вам необходимо пройти дополнительное обследование и медикаментозную коррекцию сердечного ритма, - стараюсь говорить как можно спокойнее.
– При необходимости мы можем провести радиочастотную аблацию аритмогенных зон.
– Не понял… Что это означает?
– нервно уточняет Сокол.
– Не могли бы Вы пояснять профессиональные термины…
– Радиочастотная аблация - это хирургический катетерный метод лечения сердечных аритмий, основанный на воздействии радиочастотной энергии на аритмогенные, образующие патологический ритм, очаги с целью их разрушения и подавления активности, - объясняю, чувствуя, как начинают дрожать мои пальцы.
– Не стоит волноваться, доктор, - вкрадчиво и хрипло произносит Сокол и снова морщится, словно ему неприятно или больно.
– Про это я все уже понял. Меня другое беспокоит…
Договорив, генерал поворачивает голову к ширме, из-за которой снова торчит веселая и хихикающая мордашка моей дочери.
– Нет, Андрей Иванович, Вы не понимаете всей серьезности существующей у вас…давно…проблемы, - говоря делаю акцент на слове “давно”.
– Раздевайтесь. Мне нужно провести осмотр.
Пока Сокол неспешно снимает с себя одежду, я, чтобы отвлечься от тела, просто потрясающего для его возраста, рассказываю об экстрасистолии:
– Экстрасистолы могут быть и у здоровых людей из-за переутомления, недостатка сна, стресса. Но… Чаще всего они являются симптомом болезней сердца. Среди них ишемическая болезнь, воспаление сердечной мышцы, дефект сердечного клапана. Для понимания и ответа на вопрос “почему”, необходимо пройти обследование.
– Интересно, Светлана. Но…
– Светлана Викторовна, - перебивая, осекаю переход Сокола на “ты”, четко показывая границу наших взаимоотношений.
– Да, и не разговаривайте пока. Мне нужна тишина.
Долго слушаю сердце генерала, звук и ритм которого меня настораживают. А еще…
Мне не нравится реакция моего сердца и тела на этого мужчину. И еще я снова чувствую запах. Нет…
Не больного человека, принимающего лекарства, а самца, источающего аромат похоти…
Стараюсь отодвинуться от Сокола как можно дальше. Но…
На каждое мое движение назад, он совершает такое же вперед.
– Все. Пожалуйста, одевайтесь, - нетерпеливо выдыхаю, убирая стетоскоп и возвращаясь на свое место.
– Вы замерзли, Светлана, - раздается мне в спину.
– Нет. С чего вы взяли, - произношу, не скрывая удивления.
– Да, и пожалуйста, Светлана Викторовна.
– Вы дрожите. Я это чувствую. Делаю выводы. Если вы не замерзли, значит, волнуетесь, - ухмыляясь, рычит Сокол.
– Вы, Андрей Иванович, заблуждаетесь на мой счет. Это ваши эмпирические умозаключения. Они не имеют никакой основы под собой, - жёстко парирую.
– А мои имеют. И я не подпишу вашу медицинскую комиссию. Потому что считаю, что Вы нуждаетесь в госпитализации.
– Отличная мысль, - хмыкает Сокол.
– Знаешь, Света, на мне даже нравится…
Глава 8
Андрей
Шесть лет спустя после метели
После неожиданной и очень важной встречи ощущаю себя немного пришибленным, но счастливым.
Счастливым настолько, что улыбка не сходит с моего лица.
Появилось давно забытое чувство радости и удовольствия. Жизнь вокруг заиграла яркими красками.
В тот день на вечернем докладе даже все обошлось без приказа о наказании. Подчиненным по поводу их огрехов только устные замечания сделал.
Весь доклад перед моими глазами стояла непоседа и болтушка Викуша.
И ещё мама её - злючка и вреднючка Светлана.
Пока мой личный кардиолог от смущения сердилась и психовала, мне хотелось ее схватить в охапку и зацеловать в благодарность за Вику - мою ПОБЕДУ!
Викуша стала моим первым и единственным “залетом” почти за двадцать лет одиночества. Хотя…
Была в моей жизни еще и хитро-мудрая любовница.
Она хотела захомутать меня беременностью.
Узнав об этом, я вышел из себя. Между нами разгорелся скандал.
Причин для моего раздражения было несколько.
Первая - я терпеть не могу шантажистов. Особенной, если предметом манипуляции становятся дети.
Вторая - мне, как охотнику, не нравится, когда из меня пытаются сделать дичь.
Третья - самая банальная: я не хотел связывать свою жизнь именно с этой женщиной. И все же…
После разговора, взвесив все “за” и “против”, я решил: пусть рожает, а там разберёмся. Но…
Этого счастья так и не случилось. Беременность оказалось ложной.
С любовницей разрешилось само собой. Мы с ней безболезненно расстались. Но...
Все же я озадачился и сдал все необходимые анализы. Обследование показало тератозооспермию. Диагноз означал, что мои сперматозоиды не способны к зачатию.
Побеседовав с врачом-репродуктологом, я поставил окончательную жирную точку в вопросе деторождения и семьи.
Это было почти два года назад.
Увидев Вику и Свету, я осознал мысль: человек предполагает, а Бог располагает.
В нынешней моей ситуации высшие силы управили меня: не оставив с любовницей и не дав совершить ошибку.
Я это понял, когда в коридор вышла Викуша.
Благо моя награда, в отличие от её матери, оказалась очень открытым и разговорчивым ребёнком.
Вика за пять минут успела выдать все пароли и явки.
Сейчас со смехом вспоминаю разговор с дочерью и свои сомнения в здравости моего восприятия действительности. Хотя нет…
Виктория оказалась именно тем чудом, которое мне и послали небеса.
И ведь что самое смешное, вопрос о чуде задала мне моя маленькая Победа:
– А вы, дяденька, верите в чудо? А в Деда Мороза?
– начала говорить Вика, отвечая на мой вопрос и рассматривая свои перепачканные маркером пальчики.
Увидев мой кивок головы, Вика скорчила гримаску:
– Я тоже верю!
– со вздохом прошептала девчуля.
– Вот и рисовала Дедушке Морозу ещё один рисунок.