Чтение онлайн

«Странно, я чувствую себя полной сил», - недоуменно произнесла эльфийка, сев на постели и сладко потянувшись.

«Конечно, - фыркнул насмешливо Дима. – Мы тебя немного своей магией подзарядили. Можешь не благодарить».

«Ага, - переваривая информацию, пробормотала Мила. – Спасибо, конечно. А зачем?»

«Нам надо серьезно поговорить», - вмиг утратив наигранную веселость, ответил малыш.

«А до утра это подождать не могло?», - улыбнулась такой срочности Мила.

«Нет, нам надо успеть до возвращения отца», - непривычно серьезно ответила Мия.

«Даже так, - удивилась необычному поведению дочки Мила, и тут же осознав слова малышки, потрясенно выдохнуть, - возвращения?!»

«Да, отец сейчас во дворце», - подтвердил слова Мии ее брат.

«Что? И бросил нас неизвестно где?» - возмутилась эльфийка.

«Мама, не волнуйся, - успокаивающе произнесла девочка. – Я уверена, что папа планировал вернуться до твоего пробуждения. У него там расследование. Лорд Бьярнел».

Голос малышки при упоминании советника дрогнул, заставив Милу устыдиться: она жива и в безопасности (не зря же Повелитель отнес ее сюда), а там во дворце идет борьба за жизнь мужчины, спасшего ее саму и еще нерожденных детей.

 «Хм, я об этом как-то не подумала, - признала свою поспешность в выводах эльфийка. – Тогда не будем терять времени, раз скоро наш папочка будет здесь. Вот только свет включу, и поговорим».

«Готово», - произнес Дима, и рядом с кроватью зажегся небольшой светильник.

«Умница ты моя, - похвалила Мила. – Что бы я без Вас делала?!»

«В темноте бы сидела», - со смехом ответил ее сын.

 «Ага, учитывая, что магия мне недоступна», - фыркнула она.

«Может, уже поговорим?» - раздраженно спросила Мия.

«Конечно, милая, - ласково ответила Мила, поднимаясь и направляясь на поиски ванной комнаты. – Я тебя внимательно слушаю».

«Мама, тут такое дело, что…», - неуверенно начала Мия.

«Да?» - заинтересовано произнесла эльфийка, открывая ближайшую к ней дверь, за которой оказалась вожделенная комната.

«Как думаешь, с лордом Бьярнелом все будет в порядке?» - неожиданно спросила малышка.

 «Ох, не знаю, милая», - честно призналась Мила, с содроганием вспоминая бледное, застывшее словно маска лицо мужчины. Закрывшись в ванной, она огляделась в поисках полотенца.

«Мама, он мой единственный», - выпалила девочка.

Мила шокировано замерла на месте.

«Ты уверена?» - переспросила она.

 «Мама, дракону сложно ошибиться», - горько усмехнувшись, ответил за сестру Дима.

«А если советник…», - но задать свой вопрос о том, что будет с ее малюткой, если пара той погибнет, она не смогла.

«Нет, он будет жив!», - закричала Мия, догадавшись, о чем умолчала ее мать.

«Конечно. Ведь его ждет такая замечательная малышка», - присев на край ванны, согласилась Мила, утешая дочь.

 «Ты не понимаешь. Я могу его спасти, - убежденно произнесла девочка, и торопливо добавила, - я не знаю, как объяснить, но наша связь сделает все сама. Мне просто надо быть рядом».

«Дима, это правда? Шанс есть?» - спросила эльфийка у сына.

«Да, я тоже должен быть там», - твердо ответил мальчик.

«Только не говори, что леди Бьярнел – твоя единственная?!» - нервно рассмеявшись, пошутила Мила.

«Хорошо, не буду. Подожду, когда ты будешь готова», - покладисто согласился с матерью малыш.

«Ох, и за что мне это все? – вскинув голову, обратилась она к Богам. – Я с вами поседею раньше времени. Подожди, но ты же сам предлагал ей сыпь наслать».

«Как наслал бы, так и забрал. А вот нечего на других засматриваться», - обиженно буркнул Дима.

«Да, ревнивец почище отца растет, - вздохнула Мила, уже где-то в глубине души заранее сочувствуя своей фрейлине. – И как нам во дворец попасть?»

Дети, перебивая друг друга, закидывали Милу идеями, но она с грустной улыбкой отвергала их, прекрасно понимая, что убедить ее дракона будет крайне непросто, если, вообще, ни невозможно. Для Повелителя безопасность матери его детей была в приоритете. И это подтверждал тот факт, что невзирая на непроглядную тьму он, бросив все, помчался прочь из дворца, чтобы, спрятав ее, уберечь от нависшей угрозы, оградить от неизбежных переживаний, останься она в своих покоях.

Дабы не терять даром времени, Мила решила искупаться, чтобы смыть с себя тяжелые воспоминания, да и оставаться в платье было невыносимо. Она была согласна надеть что угодно (да хоть в простыню завернуться), но снять его. Отыскав в одном из шкафчиков полотенце, она, скинув ненавистное платье, наскоро помылась. Облачившись в огромный темно-синий халат, к ее радости лежавший рядом с чистыми полотенцами (Мила подозревала, что другой одежды тут просто может не оказаться), она отправилась изучать вверенное ей жилище.

Помимо дверей в ее спальню в коридоре оказалась еще одна, расположенная напротив. Открыв ее, женщина увидела комнату идентичную той, что занимала сама. Захлопнув дверь, она спустилась по лестнице, ведущей на первый этаж, где оказались уютная гостиная и вожделенная кухня. Нет, аппетита у Милы не было, но выпить чего-нибудь горячего она не отказалась бы. К ее удивлению, она обнаруживала чайник с дымящимся отваром и ароматные булочки.

«Откуда такое богатство?» - спросила эльфийка, потянувшись к чайнику.

«Магия, мама, магия, - ответил ей Дима. – Дом был погружен в стазис, а когда вы с отцом переступили порог, то чары развеялись».

«Удобно, - одобрительно покачала она головой, наливая отвар в чашку, - нашим дачникам о таком можно только мечтать».

«Тут еще и камин есть», - как бы невзначай упомянул мальчик.

«Да-а?!» - заинтересовано протянула Мила и вернулась в гостиную, взяв с собой чашку, согревающую ладони своим теплом.

Устроившись с ногами в кресле, она, отпивая маленькими глоточками отвар, заворожено смотрела на пляшущий в камине огонь, пытаясь решить непростую задачу, что подкинули ей малыши. Задумавшись, она пропустила возвращение супруга, беззвучно вошедшего в дом.

Сам же Повелитель менее всего ожидал увидеть свою единственную, встречающей его. Он был свято убежден, что она мирно спит наверху, в его постели (где ей, по его мнению, самое место, особенно если учесть столь ранний час). Такая расслабленно домашняя, в его халате и с распущенными волосами, она заставляла его сердце то замирать от нахлынувшей нежности, то пускаться вскачь в бешеном ритме. И все же, вместе с тем в его душе, наконец-то, за последние часы воцарился долгожданный покой, отодвигая на задний план все гнусности, с которыми ему невольно пришлось столкнуться за эту ночью.